себе под нос. Рассматриваю связку ключей, подбирая нужный. Вхожу внутрь и присвистываю от восхищения.
Вот это да!
На кухне встроенная белая мебель и техника — полный фарш, на второй этаж ведет мраморная лестница с коваными перилами, а в холле в высоком потолке зияет панорамное окно.
Охренеть!
«Надо сюда шкуру большую купить и диванов парочку. И можно лежать, пить винишко и смотреть на звезды!» — мечтательно размышляю я и вздрагиваю, когда со стороны улицы доносится вой сирены.
«А говорят, город тихий», — усмехаюсь криво и тут же замираю на месте от резкого окрика.
— Ни с места! Руки за голову!
*** История Вити Торганова https:// /ru/reader/vernut-lyuboi-cenoi-b421501?c=4671234
Глава 7
— Все в порядке, ребята, — медленно поворачиваюсь к группе быстрого реагирования, и самому смешно.
Что там завтра напишут в местных пабликах?
«Нового прокурора взяли с поличным на взломе дома профессорши»
Журналюгам только дай повод. А там и про Лидку всю гнусь раскопают.
«Прокурор-домушник и его жена-наркоманка».
— Ты кто такой вообще? Залетный, что ли? — хмуро смотрит на меня старший по званию.
— Новый прокурор района, — улыбаюсь, стараясь выжать из пьяной улыбки максимум харизмы. — В портфеле приказ о назначении, — киваю я на свой рундук, брошенный на диван. — Вот, решил купить этот дом… Приехал посмотреть.
— Ага. Ночью! — усмехается капитан и кивает хилому парню в бронике. — Проверь!
Тот лезет ко мне в портфель. Вопиющее нарушение всевозможных правил. Но я сейчас даже дергаться не могу. Берегу руки-ноги. Прострелят нафиг. А они мне обе еще пригодятся.
— Слышь, Тимур, действительно, прокурор. Сарычев. Мельников сегодня на планерке говорил о назначении, — тянет растерянно Хилый броник.
— Позвони в отдел, — приказывает тот, кого назвали Тимуром. — И хозяйке заодно.
— Паспорт, в маленьком кармане на змейке, — снова киваю на портфель. Выдыхаю спокойно. Первый испуг сошел. Теперь проще будет.
— Да, и паспорт есть! — радостно восклицает Хиляк.
— А где документы на дом? Когда купили и у кого? — продолжает допрос капитан Тимур.
— Да я только изъявил согласие его купить. Сделка еще не оформлялась. Ключи вот дали, чтобы осмотрелся, — объясняю терпеливо. Очень терпеливо. И сам себе обещаю вздуть этого самого Тимурчика при первой возможности. Идиот, блин.
— А кто ключи передал? — продолжает напирать капитан.
— Сосед. Виктор Петрович… Тор-как там его. Забыл фамилию, каюсь, — напряженно морщу лоб, пытаясь вспомнить то, что никогда не знал.
— Торганов, что ли? — улыбается Тимур. — А где он живет? Номер дома? Сбегай за ним, братан, — поворачивается он к мрачному крепкому парню, отдаленно напоминающему Стэтхэма.
— Да ну? — изумляется тот. — Харитонова отправь, — кивает на Хилого. — А я тут за этим присмотрю. Не нравится он мне. Надо в отдел везти. Пальцы пробить. Ну какой прокурор, на хрен!
— Старший советник юстиции, — рявкаю, теряя терпение. — Устроили тут балаган, кто пойдет за Торгановым. Приказ слышал, лейтенант? Шагай! Или под служебное расследование решил нарваться? — угрожаю и чувствую, как противно колет затылок и раздуваются ноздри. Точно сейчас взорвусь.
Я вам покажу «пианино», суки!
— Добрый вечер! — слышится от двери знакомый голос.
В мятых штанах и такой же майке в дом влетает Тор. Злой как собака. Только молота в руках не хватает.
— Ой, здрасьте, Виктор Петрович, — расплывается в улыбке капитан Тимур. — Вот приехали по вызову… А тут «прокурор» какой-то! — роняет насмешливо.
— Начальство надо знать в лицо, — сердито пыхтит Торганов. — Вам документы предъявили?
— А вдруг это подделка, — недовольно восклицает Тимур. Двое других молча сливаются с пейзажем.
— Ага, и форма, и паспорт, — кивает Тор и подводит итог. — Прокурор настоящий. Про сигнализацию я не предупредил. Даже не знал, что Елена Вадимовна поставила. Если вызов ложный, я заплачу…
— Да я сам, Витя, — лезу за кошельком и добавляю хмуро. — Вы бы так настоящих домушников ловили.
— Так ловим, — негодующе выдыхает Стэтхэм.
— И много поймали? Вы лично? — давлю холодным взглядом. Ну не нравится мне этот парень, хоть тресни!
— Хмм… — закашливается он.
— Ни одного, — замечаю с усмешкой и великодушно отпускаю патруль. — Ладно, бойцы, свободны. Благодарю за службу.
Парни выходят гуськом, а Торганов разводит руками.
— Ну, прости, Феликс. Надо было с тобой пойти. А я домой торопился…
— Да ладно, проехали! — отмахиваюсь я и прошу, не скрывая усмешки. — Раз зашел, покажи, что тут и как, по-соседски.
— Да я сам толком ничего не знаю, — пожимает плечами Торганов и вздыхает тяжко. — Ну, пойдем, посмотрим.
Видимо ему совсем неохота тут со мной по дому таскаться и наверняка хочется в кроватку, под теплый бок к жене.
— Ладно, я сам, — мотаю головой. Человек и так на меня столько времени потратил. Неудобно.
— Тут вроде больше капканов нет, — соглашается со мной Витя.
— Да я сам дурак — не додумался! Такой дом, и без сигнализации?
— Ну, прости, брат, — виновато тянет Виктор.
— Ладно, проехали, — стукаю его по плечу. — Все нормально, бро… Дом я покупаю. Как там с хозяйкой связаться?
Записываю телефон. Провожаю Торганова до калитки. Долго вожусь с замками и, наконец, возвращаюсь обратно. Бесцельно брожу по комнатам. Кабинет, гостиная, еще какая-то комнатенка пустая и рядом спуск в подвал. Перегнувшись над деревянными перилами заглядываю вниз. А там сауна и диван какой-то виднеется.
Ладно, завтра с утра на свежую голову еще раз везде пройдусь. Надо все недостатки выявить и сбить цену.
«А кстати!» — тру лоб и ржу. Я же даже не спросил, сколько эта хибара стоит. А, что там! Прокуроры гуляют!
Поднимаюсь на второй этаж, дергаю первую попавшуюся дверь и попадаю в роскошную библиотеку. Нет, я знал, что хозяева оставляют всю мебель. Но книги, блть. Книги! Неужели они никому не нужны?
Веду пальцем по выпуклым корешкам серьезных изданий. Нет, тут не полные собрания сочинений прозаиков и поэтов, не лоснящиеся золотом переплеты нарядно изданной ахинеи типа «Тысяча великих анекдотов» или «Стопятьсот мудрых мыслей». Наоборот, сборники по юриспруденции, справочники по медицине и книги по философии.
Наверное, собирал чувак, а как ласты склеил, так никому его наследие и на хер не нужно. Так и я сдохну, а Алиска все мое барахло на свалку отнесет. Выкинет и забудет.
Провожу ладонью по толстой буйволовой коже большого кресла, стоящего у окна. От нечего делать вглядываюсь в темноту и иду обходить свои новые владения дальше, постепенно влюбляясь в этот дом.
«По-любому куплю», — решаю, ощущая себя наследником неведомого профессора Никольского. Распахиваю следующую дверь и замираю на месте. Большая комната с окнами во всю стену встречает меня эхом и пустотой.
«Обои надо переклеить и поставить кровать. Размер кинг-сайз из Москвы выписать», — мечтательно оглядываю свою будущую
