— Так вот, я больше знаю. Маг этот, говорят, есть сам Агниус Фоншой, демонолог, который кровожадно убивал инквизиторов и людей после падения Гильдии. Помните, был такой?
— Да, припоминаю, — кивнул Мартин.
— Так вот, теперь он вернулся, но… не все сходится. Демон, который с ним вместе шляется, он не совсем себя по-демонски ведет.
— Что значит «не по-демонски»?
— А то, что не такой он кровожадный, как те, которые у Фоншоя были. Людей он убивает не всех, а некоторым даже помогает…
— Да, странно, — отрешенно протянул Мартин. — Но это их проблемы. Вот пусть ими и занимаются. Собственно, для этого Орден и создавался.
— Да, но Орден найти этого мага с демоном не может, поэтому и попросил помощи у императора. Инквизиторы теперь патрули по всей стране собираются пустить. Меня тоже, возможно, запрягут.
— С этим ясно. Что-нибудь еще?
— Нет, больше сведений нет.
— Тогда забирай деньги и проваливай, — с этими словами канцлер передал мешочек с золотом Егрию.
— Что ж, спасибо, ваше благородие, — последние два слова шпион произнес с некой оскорбительной интонацией.
— Иди, работай, невежа! Через месяц встречаемся здесь же.
— Не прощаюсь, — проговорил Егрий, шустро спрятал вожделенный мешочек за пазуху, встал из-за стола и быстро зашагал к выходу.
— Теперь ты не сомневаешься в моих подозрениях? — вопросительно поглядел на Ролдина Мартин.
— Вы по поводу возможной войны с Орденом?
— А про что же еще! Конечно, про нее, проклятую!
— Теперь нет. Вы были совершенно правы.
— Да… — тяжело вздохнул канцлер. — Но лучше бы я ошибался.
— И что нам теперь делать?
— Ты же будущий канцлер, вот и придумай.
— Но… я…
— То-то и оно. Что ты, что этот идиот император: молоды и глупы. Но ты еще соображаешь хоть в чем-то. А вот император, так это же вообще позор нашего государства. Эх… видел бы сие безобразие Его Величество Влайдек Второй, так мигом бы отлупил этого негодного мальчишку.
Ролдин озабоченно почесал в затылке.
— Даже именем отца нарекли эту бездарщину, думали, что как назовут, так и править будет. По-отцовски. Ан нет, бестолковый получился сморчок. Умеет только праздники выдумывать, да вдрызг напиваться, — Мартин уже явно злился и начинал говорить по-простонародному. Порой на него такое находило. — Благо, что земли отцом отвоеванные обратно не отдает, а то я б его своими же руками придушил, как гниду, — продолжал браниться канцлер.
— Господин канц… э-э-э… может, перестанете ругаться, а то на нас уже заглядываются, — перебил наставника Ролдин.
И правда, трактирщик уже бросил на странную парочку несколько косых взглядов.
— Хорошо… хорошо, — начал успокаиваться Мартин.
— И все же, какие у вас планы на счет Ордена?
— Да есть у меня одна задумка. Хочу попросить помощи у Братства Равновесия.
— Братства? — округлились глаза у Ролдина. — Это те, у кого монастыри по всей империи разбросаны. Насколько я помню, их чуть больше двадцати.
— Двадцать пять, — уточнил канцлер.
— Вы думаете, они нам помогут?
— А куда же они денутся?! Братство давало клятву еще Его Величеству Влайдеку Второму, что станут защищать и поддерживать императора Мирании, если возникнет такая необходимость.
— А вы уверены, что они пойдут против Ордена? Братство Равновесия ведь тоже создавалось во имя Создателя.
— Должны. Инквизиторов сейчас мало кто любит. Даже священники считают, что Орден ведет себя слишком нагло и жестоко. Но поделать никто ничего не может. А Братство — это искусные воины. Они всю жизнь только и занимаются тем, что тренируются и ждут судного дня, когда демоны вырвутся из Бездны и начнется Великая война. Они тоже, своего рода, фанатики. Но фанатики полезные.
— Конечно, идея интересная. Но они — не армия. Их мало. Двадцать пять монастырей. В каждом, наверное, человек по сто, если не меньше.
— Да, их не так много, как хотелось бы. Но лучше так, чем совсем ничего.
— Почему ничего? А как же солдаты? Ведь император не всю армию отдал Ордену…
— На армию надежды нет. Армия — это сброд, а сброд идет туда, куда пальцем укажут. А наш несносный император этого делать не умеет, и глава Ордена об этом прекрасно знает.
— Не знаю. Все это очень как-то ненадежно, — засомневался Ролдин.
— Не тебе судить. От тебя вообще мало, что требуется: сядешь на мое место, пока я буду в отлучке.
— А как же вы? — недоуменно уставился Ролдин на своего наставника. От канцлера услышать такого он никак не ожидал.
— Я навещу Братство, попрошу их о помощи, — пояснил Мартин.
— Зачем идти именно вам? Не лучше ли послать гонцов?
— Нет, не лучше. Братству все нужно объяснить доходчиво. Все же ты был прав, когда говорил, что против Ордена они могут не пойти. Надо будет их убедить.
— Так почему бы не послать к ним, опять же, гонца и уговорить их главного явиться к нам? И уже здесь ему все объяснить.
— Для того, чтобы прийти на помощь, им нужна явная причина, обоснованная. Никакой гонец с его мозгами, способными запомнить лишь короткий текст, не сможет объяснить фанатику, зачем он потребовался императорскому двору.
— Правильно, конечно… — вздохнул Ролдин. — И когда же вы собираетесь отправляться?
— Сегодня.
— Как? — чуть не вскрикнул от изумления помощник канцлера. — Уже сегодня?
— А чего тянуть? Такие вопросы нужно обсуждать загодя.
— А как же отреагируют на ваше внезапное исчезновение во дворце? И меня примут ли? Я же всего-навсего ваш помощник.
— Да примут… — протянул Мартин. — Я кого надо предупредил и уже подготовил нужные бумаги. Так что уже сегодня принимайся за работу.
— Я, конечно, польщен вашим доверием, но… может быть, вы все-таки останетесь? А то как-то…
— Нет, все решено! — отрезал канцлер. — Я отправляюсь сегодня. А ты не бойся. Начнешь работать, и все пойдет. Зря я тебя столько уму-разуму учил, что ли?
— Хорошо, — обреченно вздохнул Ролдин.
— Ну все, мне пора. И помни: ты единственный, кому я теперь доверяю. Уши Ордена везде — будь на чеку, — канцлер встал из-за стола и, поправив одежду, направился к выходу.
— До свидания, господин канц… — Ролдин запнулся, на лице застыло глупое выражение.
Мартин недовольно покосился на него, но потом махнул рукой, открыл дверь и, запустив в таверну утреннюю прохладу, вышел.
Глава 4
Близился рассвет. На улице было тихо-тихо, от вчерашней вьюги не осталось и следа. Все вокруг словно прибывало в сказочном сне.
Первой пробудилась Наринна. Она открыла глаза, протяжно зевнула и потянулась. Тусклые лучики напористо пробивались сквозь дыры в ветхой крыше и стенах, лаская лицо девушки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
