Читаем без скачивания Имена льда - Екатерина Паньо

— Может, все-таки ошибка в программе адаптации? — неуверенно произнес он.

Директор покачал головой.

— Как ты думаешь, сколько раз за это время мы ее проверили? — проворчал он. — Другие версии будут? Как ты себя чувствуешь?

— Как с бодуна, — честно ответил он. — Или, скорее, после гриппа. После недели высокой температуры. Лихорадка. Бред.

— Вирус? — директор поднял брови.

Виктор неуверенно кивнул.

— Что-нибудь, поражающее именно местные организмы, — задумчиво произнес директор.

Ему на ухо снова зашептали. Виктор разозлился.

— Говорите вслух, — раздраженно прохрипел он.

Директор кивнул.

— Это, конечно, нельзя исключить совершенно, — Виктор узнал высокий звенящий голос начальницы отдела антропологии, — но вероятность крайне невысока. Адаптированный организм колониста не может быть абсолютно аналогичным местным организмам. Если они вообще существуют в природе, эти местные организмы.

— Даже если местные организмы не существуют, это не значит, что не существуют также вирусы, способные поразить подобные организм, — сказал Виктор.

Директор кивнул.

— Вирус, влияющий только на модифицированных пришельцев? — с издевкой произнес кто-то третий. — Интересно, чем он кормится, когда пришельцев нет.

— Майкл, не несите чуши, — устало произнесла антрополог. — Что вы знаете о вирусах? Они не нуждаются в пище. Они вообще в некотором смысле неживые. И могут находиться в неактивном состоянии веками. В неподготовленном организме пришельца они могут размножаться с невероятной скоростью. Можно также предположить наличие местных организмов. Но они либо выработали иммунитет к этому вирусу, либо какую-либо форму симбиоза, либо давно этим вирусом уничтожены.

Майклом звали ведущего кибернетика Бюро. Он не занимал начальственных должностей и был фигурой полумистической — его знали все, и никто, кроме, возможно, самого верхнего начальства, не видел своими глазами. По рабочей гипотезе работников бюро, Майкл был мертв уже не менее века.

— Девочка моя, о вирусах я знаю побольше иных прочих, — совершенно добродушно произнес он. — Знаете, сколько их прошло через мои руки? Но в одном вы совершенно правы. В незащищенной среде размножаются, как кролики…

— При чем тут кролики, Майкл!

Виктор прикрыл глаза. Разгоралась обычная межведомственная ссора. Он поднялся, сделал несколько неуверенных шагов и добрался до репликатора. Полная кружка холодной воды — вот все, что ему сейчас нужно. И сигарета.

— Как долго, вы говорите, вирус может находиться в латентном состоянии? — доносился до него голос Майкла.

— Века.

— Века — это поэзия. Вирус в латентном состоянии — это исключение фактора времени. Он способен находиться вне времени. То есть в наших координатах, практически, не существовать. Он живет только в рамках инфицированной системы… в смысле, организма — включается в его пространственно-временное существование. Собственной жизни у него нет — и поэтому с нашей точки зрения он вечен.

— Все это красивая теоретическая конструкция, Майкл.

— Нет, это практически то, с чем мы сейчас имеем дело, Лиза. Мы имеем дело с инфицированной системой.

— Организмом.

— Не имеет значения. То есть с вирусом, который обрел жизнь. Вполне конкретную человеческую жизнь.

Виктор осушил кружку и обнаружил, что функция производства табачных изделий действительно заблокирована. Он повозился с настройками, но ничего не получилось.

— Биологи имеют дело с жизнью, поэтому они так ничего и не поняли в вирусах, — продолжал бубнить Майкл. — Вирус это не жизнь. Это информационная машина, которая реализуется в живом организме так, как наши космонавты реализуются в среде иных планет.

Неприятный голос, — подумал Виктор, делая очередную попытку обмануть репликатор. Кажется, этот Майкл действительно не совсем живой. Может, поэтому так хорошо разбирается в полужизни? Спросили бы лучше у него. Межпланетчики — вот настоящие специалисты по полужизни. Только работа — и ничего личного. В полном смысле слова. Даже курево в репликаторе не предусмотрено.

— Какого черта мой репликатор не делает сигарет? — спросил он в пространство.

Перепалка оборвалась на полуслове. Они вдруг вспомнили о нем, и о том, что он их слышит.

— Предполагалось, что все твои дурные привычки остались в личном архиве, — проворчал директор. — На самом деле это какой-то глюк — репликатору чихать, что готовить.

— Функция заблокирована, — сказал Виктор.

— Так разблокируй, — буркнул директор.

— Не получается.

Директор раздраженно вздохнул.

— Значит, бросай курить.

— Легко сказать.

— Никуда не денешься.

— Ладно. Дождусь, когда пришлете техников.

— Техников не будет, — сказал директор.

Виктор оглянулся. Кто-то снова что-то зашептал, но директор метнул через плечо свирепый взгляд, и шепот прервался.

— Шеф, в принципе, все работает, — сказал Виктор. — Отладка канала займет чуть больше времени, чем мы предполагали…

— Не в этом дело, — сказал директор. — Пока мы не разберемся с этим твоим вирусом, мы не можем рисковать специалистами.

Виктор заказал репликатору чашку крепкого черного чая и вернулся к койке. Директор был прав. Специалистами рисковать нельзя. Что до межпланетчиков, то подобный риск — это, собственно, и есть их основная функция. Прилететь на планету, протянуть канал, настроить бесперебойный прием, проверить на себе и отладить программу адаптации и принять колонистов. В его случае — инженеров и техников Космического бюро, которые со временем превратят планету бета/Mensa4 в регулярный сектор земной информационной сети.

— Сколько времени может занять изучение моего… состояния? — спросил он.

Директор замялся.

— Вирус — это только предположение, — продолжал Виктор. — Может, дело в чем-то другом. Я не чертов антрополог, не врач и не кибернетик. Могло случиться все, что угодно…

— Вот именно — все, что угодно, — проворчал директор.

— Но теперь все в порядке, — продолжал Виктор. — Я в полном порядке. Все, что мне нужно — немного времени и рабочие версии программ…

— Виктор.

Виктор от неожиданности глотнул вместе с чаем порцию воздуха. Он не предполагал, что директору Космического бюро известно его имя.

— Виктор, тебе не нужны программы. Мы не будем присылать колонистов на бета/Mensa4.

Виктор поставил чашку прямо на пол и посмотрел директору в глаза.

— Почему?

— Мы сворачиваем программу по освоению этого сектора, — жестко произнес директор. — По требованию правительства.

— Могу я поинтересоваться причиной?

— Можешь. Твоя идиотская выходка со взломом собственного бокса. Зачем ты это сделал?

Виктор пожал плечами. Он не помнил, как взламывал бокс.

— Это точно был я? — спросил он.

И сам понял, что это глупо — если бы кто-то просто захотел воспользоваться его памятью, вряд ли он стал бы восстанавливать личность Виктора Крамских. Это могло быть нужно только одному человеку в целой вселенной. Ему самому.

Директор покачал головой.

— Ты не выполнил плана даже частично…

— Потому что у меня глючили программы!

— Я проверил программы, которые тебе пересылали. Лично проверил. Все работает.

— Значит, были повреждены во время пересылки.

— Возможно. Но это означает, что канал нестабилен. И мы не можем пересылать по нему колонистов. Но самое главное — это твое собственное поведение. Ты повел себя… неадекватно.

— Я был болен.

— Мы не можем это проверить. А правительство битком набито паникерами.

— Я понял. Мне собирать манатки? И искать новую работу?

Директор снова одарил его тяжелым взглядом.

— Тебе не придется искать работу, — сказал он устало. — Некоторые тут считают, что ты сам виноват — я с ними не согласен. Но… Лично у меня другая версия. Но ее я тоже не могу проверить.

Виктор взял с пола чашку и отхлебнул, не чувствуя вкуса. Директор какое-то время рассматривал его молча, а потом продолжил:

— Мы не можем забрать тебя на Землю.

— Правительство решило, что я опасен? — ядовито поинтересовался Виктор.

— Не в правительстве дело. Ты слишком большой — после восстановления. Канал для тебя теперь узок.

— Я могу восстановить архив В.-У67Х-3.

— Не можешь. Во-первых, у тебя нет ни программ, ни нужной формы доступа. Во-вторых, у тебя другой исходный генетический материал — ты адаптирован, если ты помнишь. И это же в-третьих: если версия с вирусом верна — искажен код твоего адаптированного организма. Архив В.-У67Х-3 неприменим. Его восстановление тебя просто убьет. А создать новый архив при неизвестном исходном коде самостоятельно ты не сможешь.

Виктор залпом допил чай и поставил чашку снова на пол.