Наступивший рассвет, окрасил пустынный пейзаж Невады в пылающее море красного и медного, и окончательно отказавшись от сна, я решила немного размяться. В круглосуточном магазинчике при заправке купив кофе, я заверила Кита, что смогу вести весь остаток пути. Он с радостью передал руль мне, но вместо того, чтобы уснуть, взял кофе и занимал меня болтовней все оставшиеся часы. Он все еще переигрывал своим новым «мы-друзья» отношением, почти вынуждая меня скучать по его прошлой враждебности. Я по-прежнему была полна решимости не давать ему никаких причин усомниться во мне, поэтому упорно трудилась над тем, чтобы улыбаться и кивать в нужные моменты. Это было довольно трудно, с постоянно стиснутыми зубами.
Некоторые из разговоров были не так уж плохи. Я поднимала деловую тему, и у нас появлялось много деталей, которые нужно было проработать. Он рассказал мне все, что знал о школе, и я проглотила его описание моего будущего «дома». Подготовительная школа в Амбервуде, оказалась престижным местом, и я подумывала о возможности того, чтобы рассматривать ее как колледж. По стандартам Алхимиков я знала все, что было необходимо для моей работы, но что-то во мне всегда жаждало как можно больше новых знаний. Мне предстояло научиться довольствоваться чтением и исследованиями, но все же, колледж - или просто хотя бы нахождение рядом с тем, кто много знал и мог чему-нибудь меня научить - давно уже стало моей мечтой.
Как у «выпускницы» у меня были привилегии покидать университетский городок и первым по плану - после поддельных удостоверений личности — было приобрести мне машину. Зная, что мне не придется попадать впросак в школе-интернат, делало вещи немного более терпимыми, хотя было очевидно, что половина энтузиазма Кита по обеспечению меня собственным транспортным средством было для того, чтобы убедиться, что я смогу выполнить всю работу, на этом назначении.
Так же Кит просветил меня о том, чего я не знала — но, все же, должна была знать.
— Вы с Джил зарегистрированы как сестры, — сказал он.
— Что? — Мне понадобился весь мой самоконтроль, чтобы удержать машину на дороге. «Жить с вампиром — это одно дело, но быть с ним в родстве?»
— Почему? — потребовала я.
Боковым зрением я увидела, как он пожимает плечами.
— Почему нет? Это объяснит, твое постоянное пребывание рядом с ней — и это хороший повод
сделать вас соседками по комнате. По правилам школы, студенты разных возрастов не проживают
вместе, но... ну... ваши «родители» обещали немалое пожертвование, что заставило их пересмотреть
свои устоявшиеся стандарты.
Я так опешила, что даже не последовала своей внутренней привычной реакции — врезать ему, когда он растянул губы в самодовольной улыбке. «Я знала, что мы будем жить вместе... но сестры? Это было... странно. Нет, не совсем так. Нелепо».
— Это безумие, — сказала я, наконец, все еще, слишком потрясенная, чтобы придумать более красноречивый ответ.
— Это только на бумаге, — сказал он.
Верно. Но все равно осознание кровного родства с вампиром как-то выводило из строя весь порядок вещей. Я была горда тем, что научилась уживаться со всеми вампирами, но часть всего это пришла из строгих убеждений находиться подальше от них, имея деловые отношения на расстоянии. Игра в сестру Джил нарушала эти границы. Задание предполагало более тесное знакомство, и я не уверена, что была к этому готова.
— Проживание с одним из них не должно оказаться, для тебя таким уж ужасным, — отметил Кит, барабаня пальцами по стеклу распаляя мои нервы до предела. Что-то в этом, слишком случайном разговоре, заставило меня подумать, что он загонял меня в ловушку. — Тебе не привыкать.
— Сомневаюсь, — ответила я, осторожно подбирая слова. — Я провела с ними максимум неделю. А если точнее, большую часть моего времени я прибывала с дампирами.
— Тоже мне разница, — фыркнул он пренебрежительно. — В любом случае, дампиры даже хуже. Они мерзость. Не люди, но и не совсем вампиры. Продукт противоестественного союза.
Я не ответила, и сделала вид, что сосредоточена на дороге. В его словах была истина, какой нас обучали Алхимики. Меня вырастили на вере, что обе расы, морои и стригои, были темными и злыми. Они нуждались в крови, чтобы выжить. Какой вид человека пил из другого? Это было отвратительно,
но простая мысль о том, что в скорее мне предстоит возить мороя на кормление, заставляла меня неважно себя чувствовать.
Но дампиры... тут дела обстояли иначе. Или, по крайней мере, так было для меня сейчас. Дампиры были наполовину люди - наполовину вампиры, созданные в те времена, когда две расы еще свободно смешивались между собой. На протяжении последних веков, вампиры изолировались от людей, и обе наши расы пришли к соглашению, чтобы такие союзы находились под строгим табу. Тем не менее, раса дампиров сохранилась, невзирая на все трудности, даже, несмотря на то, что дампиры не могли воспроизводить друг от друга потомство. Зато могли с Мороями или людьми, и немало мороев выполняли эту задачу.
— Согласна? — спросил Кит.
Я осознала, что он смотрит на меня, ожидая, что я соглашусь с ним в том, что дампиры омерзительны или, может быть, он надеялся, что я не поддержу его мнения. Но, не смотря на это, я молчала слишком долго.
— Согласна, — ответила я. Я понахваталась стандартных выражений алхимиков. — В некотором
смысле, они хуже мороев. Их раса никогда не должна была существовать.
— Ты испугала меня на секунду, — сказал Кит. Хоть я и наблюдала за дорогой, но мне
показалось, что он мне подмигнул. — Я уж подумал, что ты кинешься на их защиту. И я должен был бы
знать лучше, а не верить всяким россказням про тебя. Мне абсолютно понятно твое стремление к славе
— но человек, который должен оставаться не преклонным, попытался якшаться с одним из них.
Я не могла объяснить, что однажды, проведя немного времени с Розой Хэзевей, можно было забыть о том, что она дампир. Физически дампиры не отличались от людей. Роза была настолько преисполнена жизни и страсти, что казалась больше человеком, чем я. Роза, конечно же, не приняла бы смиренно эту работу, промямлив «Да, сэр». Не то, что я.
Роза не сдалась даже, когда ее заключили в тюрьму, с довеском моройского правительства против нее. Шантаж Эйба Мазура был катализатором, подстегивающим меня ей помочь, но так же я никогда не верила, что Роза совершила убийство, в котором ее обвинили. Эта уверенность наряду с хрупкой дружбой привела к тому, что я нарушила законы Алхимиков, помогая Розе с ее парнем дампиром — грозным Дмитрием Беликовым - ускользнуть от властей. На протяжении всего этого, я с удивлением наблюдала, как Роза противостояла всему миру. Я не могла позавидовать кому-то, кто не был человеком, но я, безусловно, могла позавидовать ее силе и неотступности, ни при каких условиях.
