Единственное, что пришло мне в голову, было: «Вот дерьмо…»
— Скажи нам все, что ты знаешь про Нечестивый Грааль, — велел мне первый голос, а второй подхватил:
— Скажи, скажи…
— Я пока еще ничего не знаю, — ответил я. Мне даже не пришлось врать. — Я едва-едва приступил к поискам.
— Найди его для нас, — заявил первый голос, непреклонный, как судьба, как айсберг, подстерегающий корабль.
— Найди его для нас, — отозвался второй голос, жестокий, как раковая опухоль, как пытка.
Оба голоса говорили все громче, сотрясая темноту вокруг, но я не мог позволить себе дрогнуть и испугаться. Стоит только дать слабину, и эти властолюбивые ублюдки набросятся на меня. И та, и другая сторона способны были уничтожить меня в мгновение ока, придравшись к малейшему поводу или просто так. Но они не сделают этого, пока рассчитывают использовать меня в своих интересах.
Я смотрел в темноту, всем своим видом выражая полную бесстрастность.
И ангелы, и демоны говорили со мной одинаково высокомерно, уверенные в своей силе, но, кажется, я мог задать им вопрос, который многое прояснит.
— Если вы так могущественны, — заговорил я, — почему бы вам самим не найти Нечестивый Грааль? Мне всегда казалось — ничто не может быть сокрыто от вас и ваших хозяев.
— Нам не дано его увидеть, — ответил второй голос. — Его укрывает сила.
— Но вы же можете отыскивать сокрытое.
— Вот ты и отыщешь его для нас.
— Я не работаю бесплатно, — решительно заявил я. — Если бы вы могли заставить меня найти Грааль, вы бы уже давно это сделали. Поэтому кончайте меня запугивать и сделайте стоящее предложение.
Молчание длилось довольно долго, потом они произнесли слитным хором:
— Чего ты хочешь взамен?
— Информации, — ответил я. — Расскажите о моей матери. О моей сбежавшей, загадочной матери. Расскажите, кто она и где сейчас находится.
— Мы не можем тебе этого сказать, — заявил первый голос. — Мы знаем лишь то, что нам дано знать, для нас тоже существуют запреты.
— Мы не можем тебе этого сказать, — вторил второй голос. — Мы знаем лишь то, что творится в темноте, и есть вещи слишком ужасные даже для нас.
— Значит, по сути, вы всего лишь мальчики на побегушках, вам говорят только то, что считают нужным. Тогда отправьте меня обратно. Я занятой человек.
— Не смей так с нами разговаривать. — В первом голосе зазвучали неприятные нотки. — Если будешь нас оскорблять, мы тебя покараем!
Я повернулся в другую сторону.
— И вы спустите им это с рук? Если я буду ранен или убит, вы потеряете единственного человека, который может найти Нечестивый Грааль.
— Не трогайте этого смертного! — тотчас вмешался второй голос.
— Не смейте так с нами разговаривать!
— Мы говорим, как хотим! Так было и всегда будет!
В темноте началось движение, обе армии приготовились к бою.
Звучали злые голоса, раздавались страшные угрозы, проклятия и ужасные обещания.
И пока все это происходило, я смог без особого труда тихонько улизнуть и вернуться в свое тело, которое поджидало меня за дверью бара, расположенного недалеко от «Странных парней». За мое короткое отсутствие тело это успело порядком онеметь, и я громко застонал, пытаясь размять затекшие мышцы. Потом потер руки, чтобы восстановить в них кровообращение, а напоследок плотно закрыл сознание, вернув на место все свои самые надежные щиты.
На Темной Стороне не протянешь долго, если не научишься нескольким полезным приемам по защите сознания и души от нападения или влияния извне. Если разгуливать без защитных экранов, очень скоро в голове станет так же тесно, как в лондонском метро в час пик.
Но все случившееся означало, что я не смогу использовать свой дар. Стоит мне отключить защиту, чтобы осмотреться, как посланцы Сверху или Снизу тут же снова схватят меня и сделают предложение, от которого я уже не смогу отказаться. Поэтому мне в любом случае придется заняться поисками Грааля, причем очень шустро: бегать туда-сюда, задавать нескромные вопросы, порой выкручивать руки.
Значит, мне не обойтись без Сьюзи Стрелка — она нужна мне даже больше, чем я прежде предполагал.
Сьюзи жила в одном из самых неухоженных районов Темной Стороны, на тихой, узкой улочке неподалеку от куда более оживленных кварталов. Улочку слабо освещали неоновые вывески мрачных магазинчиков, предлагающих самые мерзкие и сомнительные удовольствия и товары по непомерным ценам. Даже сам воздух здесь пропитался грязью. Неоновые лампы мигали невероятно быстро, а на мужских и женских лицах в подсвеченных витринах то появлялись, то исчезали безразличные улыбки. Где-то громко играла музыка, в другом месте кричали, умоляя, чтобы боль никогда не кончалась.
Я шел по середине улицы, потому что тротуары были завалены размякшим от дождя мусором. К тому же мне не хотелось, чтобы меня хватали за рукав в попытке затащить куда-нибудь. Я старался не привлекать к себе внимания, даже не смотрел на витрины — так куда безопаснее. Вовсе ни к чему, чтобы кто-нибудь пострадал в самом начале моего расследования.
Дом Сьюзи стоял в центре всего этого безобразия, между скотобойней и длинным зданием мясной фабрики. Та сторона жилого дома, где находилась квартира Сьюзи, была обшарпанной, запущенной, малопригодной для жилья. Кирпичная кладка потемнела от времени, ее покрывали слои рваных афиш, а местами — непристойные граффити. Все окна были забиты досками. Но я знал, что за единственной дверью с облупившейся краской скрывается толстый металлический лист с замками новейшей конструкции и всевозможными степенями защиты — как электронными, так и магическими. Сьюзи очень серьезно относилась к своей безопасности.
Я принадлежал к тем немногим избранным, кому Сьюзи открыла правильный дверной код. Я осмотрелся, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, что никто не проявляет ко мне нездорового интереса, потом склонился над скрытой кодовой клавиатурой с микрофоном. (Стучать или кричать было бесполезно, хозяйка все равно никогда не отвечала.) Я набрал нужный код, произнес в микрофон свое имя, и прямо на поверхности растрескавшегося дерева медленно проступили черты лица. Нечеловеческого лица: множество глаз открывались один за другим и внимательно изучали меня, потом уродливое существо начало погружаться в дерево и наконец исчезло. Оно выглядело разочарованным из-за того, что не придется применить к посетителю силу. В конце концов дверь открылась, а как только я вошел и сделал пару шагов, с треском захлопнулась за моей спиной.
Пустую прихожую освещала единственная лампочка без абажура, свисающая с низкого потолка. К стене степлером был пригвожден волк. Кровь на полу, похоже, еще не засохла. В паучьей паутине трепыхалась мышь. Сьюзи никогда не питала склонности к ведению домашнего хозяйства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
