Я начал перечислять известные нам вещи, которых не было в Шандакоре:
— Вы пользуетесь лишь вьючными животными и колесницами. А мы давно уже изобрели летательные аппараты. Мы покорили космос и планеты. Скоро мы завоюем звезды!
— Быть может, мы были неправы, — кивнул Рул. — МЫ остались здесь и завоевали самих себя.
Он взглянул на склоны холмов, на ожидающую армию варваров и вздохнул:
— В конце концов, теперь уже все равно.
Так проходили дни и ночи. Дуани приносила мне пищу, делилась своей порцией воды, задавала вопросы и водила меня по городу. Единственное, что она мне не показывала, было какое-то место под названием «Дом Сна».
— Скоро я буду там, — сказала она как-то и поежилась. — Скоро? — переспросил я. Лучше было не спрашивать.
— Рул следит за уровнем воды в цистернах, и когда придет время… — Девочка сделала рукой неопределенный жест. — Пойдем на стену.
Мы поднялись на стену, пройдя между призрачных солдат и знамен. Снаружи царили тьма, смерть и ожидание смерти. Внутри сиял огнями Шандакор в своем последнем гордом великолепии, каК будто не чувствуя надвигающейся гибели. Жутковатая магия действовала мне на нервы. Я смотрел на Дуани. Она перегнулась через парапет и глядела наружу. Ветер шевелил ее серебристый гребешок, прижимал к телу легкие одежды. В глазах Дуани отражался лунный свет, и я не мог прочесть ее мыслей. Потом я увидел, что глаза ее полны слез.
Я обнял ее за плечи. Она была только ребенком, ребенком чуждой мне расы, такой непохожей на мою…
— Джонросс…
— Да?.
— Так много осталось вещей, о которых я никогда не узнаю.
Я впервые прикасался к ней. Ее странные кудри шевелились над моими пальцами — живые и теплые. Кончики острых ушей были мягкими, как у котенка.
— Дуани! — Что?
— Я не знаю…
Я поцеловал ее. Она отстранилась и испуганно посмотрела на меня своими сияющими черными глазами. Внезапно я перестал считать ее ребенком, забыл, что она не человек, — это было не важно.
— Дуани, послушай! Тебе не надо уходить в Дом Сна! Она смотрела мне прямо в глаза. Плащ ее распахнулся от ночного ветра, руки упирались мне в грудь.
— Там, снаружи, целый мир, в котором ты сможешь жить. А если он тебе не понравится, я возьму тебя с собой на Землю. Тебе незачем умирать!
Она продолжала молча смотреть на меня. Внизу, на улицах, горели яркие огни и бродили безмолвные толпы. Дуани перевела взгляд на мертвую долину за стенами города и холодные враждебные скалы.
— Нет.
— Но почему? Из-за Рула и всей этой болтовни о гордости расы?
— Такова правда. Корин понял это. Я не хотел думать о Корине.
— Он был один, а ты — нет. Ты никогда не будешь одинока.
Дуани подняла руки и ласково провела ладонями по моему лицу.
— Вот он, твой мир, — та зеленая звезда. Представь себе, что он должен исчезнуть и ты останешься последним человеком Земли. Представь, что ты вечно будешь жить со мной в Шандакоре, — разве тебе не будет одиноко?
— Это не важно, если рядом будешь ты!
— Это очень важно. Наши расы так же далеки друг от друга, как звезды. У нас нет ничего общего.
Я вспомнил все доводы старого Рула, разозлился и наговорил ей гадостей. Она дала мне выговориться, потом улыбнулась и сказала:
— Все не так, Джонросс. — Она повернулась, чтобы взглянуть на город. — Это мой мир, и другого не будет. Когда он умрет, я умру с ним.
И тогда я возненавидел Шандакор.
После этого разговора я потерял сон. Каждый раз, когда Дуани уходила, я боялся, что она уже не вернется. Рул ничего не говорил, а я не осмеливался спрашивать. Часы летели как секунды, и Дуани была счастлива, а я — нет. Мри оковы запирались на магнитный замок. Я не мог открыть его и не мог порвать цепи.
Однажды вечером Дуани пришла ко мне с таким лицом, что я понял правду еще до того, как заставил ее рассказать, в чем дело. Она уцепилась за меня и не хотела разговаривать, но в конце концов произнесла:
— Сегодня мы бросали жребий, и первая сотня ушла в Дом Сна.
— Это только начало. Дуани кивнула:
— Каждый день будет забирать с собой следующую сотню, и так пока все не уйдут.
Не в силах больше Выносить эту пытку, я оттолкнул от себя Дуани и вскочил на ноги.
— Ты знаешь, как отпереть замок. Сними с меня цепи! Она покачала головой:
— Давай не будем ссориться Сейчас, Джонросс. Пойдем. Я хочу побродить по городу.
Но мы все же поссорились и ссорились этой ночью еще много раз. Она не хотела покидать Шандакор, а я не мог увезти ее силой, потому что был скован цепями. Освободиться же от них я смогу лишь тогда, когда все, кроме старого Рула, уже уйдут в Дом Сна, достойно завершив долгую историю Шандакора.
Мы с Дуани проходили мимо танцоров, рабов, и князей в ярких плащах. В Шандакоре не было храмов. Если этот древний народ и поклонялся чему-то, то только красоте, и весь город был их святыней. В глазах Дуани светилось восхищение. Мысленно она теперь была очень далеко от меня.
Я держал ее за руку и смотрел на башни, украшенные бирюзой и киноварью, на мостовые из розового кварца и мрамора, на розовые, белые и алые коралловые стены, и все они казались мне безобразными. Призрачные толпы были только пародией на жизнь, роскошные миражи были ужасны, это был наркотик, западня.
А все эта их «способность мыслить», подумал я и не увидел разума в этих словах.
Я взглянул на огромный шар, медленно поворачивавшийся в небе. Шар, который поддерживал все эти иллюзии.
— Ты видела когда-нибудь город таким, какой он на самом деле — без Призраков?
— Нет. По-моему, только Рул, старший из нас, помнит, как это выглядело. Думаю, им было очень одиноко тогда — ведь даже в те времена нас оставалось меньше трех тысяч.
Да, им должно было быть одиноко. Наверное, Призраки требовались для того, чтобы заполнить пустые улицы, а не только чтобы отпугнуть суеверных врагов.
Мы долго шли молча. Я продолжал смотреть на Шар. Потом сказал:
— Мне пора возвращаться в башню. Дуани нежно улыбнулась:
— Скоро ты избавишься от работы в башне и от этого. — Она прикоснулась к моим цепям. — Не надо, не грусти, Джонросс. Ты будешь вспоминать меня и Шандакор, вспоминать, как сон.
Она подняла вверх лицо — такое милое и такое непохожее на мясистые лица земных женщин, и глаза ее светились темным огнем. Я поцеловал ее, а потом подхватил на руки и отнес обратно в башню.
В той комнате, где вращалась большая ось, я опустил ее на пол и сказал:
— Мне надо проверить, как дела внизу. Иди наверх, на платформу, Дуани, оттуда видно весь Шандакор. Я скоро поднимусь к тебе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
