— Боже мой… — Из глаз Дженевры потекли слезы. — Боже мой, я же говорила, что ничего не сделала…
— Успокойтесь, мисс Пейн, ведь все закончилось. Теперь вы можете вернуться на свое место с гордо поднятой головой.
Мои слова заставили старушку возмущенно тряхнуть этой самой головой.
— Нет уж, туда я больше не вернусь. Не хочу работать в доме, где мне не верят. Лучше уж и вовсе остаться без работы.
— Ну зачем же — без работы? — улыбнулась я. — Если вы умеете готовить и если, разумеется, хотите, вы могли бы работать у меня. От меня недавно ушла домработница. Вас, правда, может не устроить то, что я много курю…
— О, это сущие пустяки, мисс Камп, — просияла старушка. — По сравнению с тем, что со мной только что произошло…
Мисс Дженевра Пейн пообещала, что позвонит мне сразу, как только заберет из дома N свои вещи, и, искренне поблагодарив меня за участие, удалилась.
— Кажется, я совсем вас разочаровал, — вздохнул детектив Соммерс. — Вы ожидали, что я буду вести себя как герой, но, увы, героизм в нашем деле удается проявить крайне редко.
— Вовсе не разочаровали, — поспешила я утешить Соммерса. — Хотя, конечно, я не ожидала, что оправдать невиновного такая сложная задача. Казалось, все лежало на поверхности — придирки хозяйки, ее нежелание, чтобы мисс Пейн работала в этом доме. Я думала, что вы в два счета оправдаете Дженевру.
— И ни на секунду не допускали, что она действительно виновата? — хитро сощурился Соммерс.
Я покачала головой.
— А зря. Иной раз мне попадаются такие хитрюги, которые самого черта запутают. И, кроме как на улики, мне полагаться не на что. Я не могу себе позволить руководствоваться чувствами, Кэролайн. И вам бы не советовал. Если, конечно, вы все еще не передумали заняться расследованием. Постараюсь найти для вас какое-нибудь не слишком запутанное дело. Если подвернется, конечно.
Я расспросила Соммерса о его работе, а потом ему позвонили и нам пришлось распрощаться. Несмотря ни на что, детектив мне понравился: работая в полиции, он мог бы давно уже зачерстветь душой, но все же остался человеком. И, хотя он не совершил ничего из ряда вон выходящего, чтобы спасти мисс Дженевру Пейн, я все-таки была признательна ему за то, что он пытался хоть как-то ей помочь.
Выйдя из участка, я нос к носу столкнулась с дорогим кузеном Майлсом. Он процедил сквозь зубы что-то невнятное, что, очевидно, надо было толковать как «Здравствуй, Кэролайн». Мне стало любопытно, что привело его в полицейский участок, и очень скоро я ответила на свой вопрос. Дорогой кузен все-таки решился стать писателем и теперь надеялся получить консультацию у профессионалов.
Ну-ну, хихикнула я про себя. Удачи вам, дорогой Майлс Камп…
4
Ангелочек Энджи не оправдал надежд своего дядюшки и оказался сущим бесенком.
Это я поняла сразу же, как только зашла к Лесли. В гостиной все было перевернуто вверх дном, словно по дому пробежалось стадо обезумевших животных. Несколько стульев лежали на полу, скатерть съехала со стола и выглядела так, словно ее хорошенько пожевали, фарфоровая статуэтка — хорошенькая розовощекая пастушка и поросенок — валялась на диване, а диванная подушка, поменявшись местами со статуэткой, была заброшена на полку с книгами. Светлый ковер был обагрен красными пятнами, но я сразу догадалась, что причина их появления вовсе не убийство, а чье-то неосторожное обращение с банкой из-под кетчупа.
— Лесли, — охнула я, оглядывая своего растерянного друга. — Что это?!
— Это Энджи. Боюсь, тебе не удастся познакомиться с ней прямо сейчас, потому что она слишком переутомилась, приводя мое холостяцкое жилье в божеский вид, и теперь спит сном праведника. Да, я не ошибся — Энджи просто ангелочек. Но, увы, только во сне…
— Ты до сих пор не нашел няню?
— Я дал объявление в газету, но мне никто не позвонил. Пришлось обратиться в агентство, и они обещали кого-нибудь прислать. Я готов заплатить сколько угодно, лишь бы меня избавили от этого дьяволенка.
— Но ты же говорил…
— Говорил, — вздохнул Лесли. — Пока здесь была ее мать, Энджи проявляла чудеса вежливости и послушания. Но ты бы видела, что с ней случилось, едва сестра оказалась за порогом. Ребенка словно подменили. Нет, я, конечно, понимаю, развод тяжелая штука для детской психики. Но это не причина сводить с ума старого холостяка.
— Мне повезло больше. Я нашла себе домработницу. Правда, еще не знаю, правильно ли я поступила, наняв ее в полицейском участке.
— Что?!
Я подробно рассказала Лесли о своем знакомстве с Соммерсом.
— Так что теперь мисс Пейн работает в моем доме, — закончила я.
— Только писательница детективов может нанимать прислугу в полицейском участке, — засмеялся Лесли. — Так что, Толстяк нашел для тебя дело?
— Пока нет, — вздохнула я, — но обещал что-нибудь придумать. Угадай, кого я встретила, когда вышла из участка?
— Судя по выражению твоего лица, самого Элвиса в розовом «кадиллаке».
— Кузена Майлса. Он все-таки надеется поколебать лавры Рекса Стаута.
— Какая ирония… Разве можно так ненавидеть собственного кузена? Где же твои родственные чувства? Да и можно ли не любить Майлса — он ведь такой красавчик?
— Только не для меня, — поморщилась я, вспомнив презрительную усмешку, которой всякий раз одаривал меня дорогой кузен. — Может быть, у него и смазливая мордашка, но истинной красоты в его лице я не замечала.
— Неправда, он красив, — возразил Лесли. — Такие мужчины нравятся женщинам. У него благородные черты лица, античный профиль, тонкие — я бы даже сказал, аристократичные — губы. Правда, лицо у него немного надменное, но, насколько я знаю, женщин это даже интригует.
— Значит, у нас разные представления о мужской красоте, — буркнула я. — Не знаю, как остальным женщинам, а мне он кажется противным.
— Ты всегда была субъективной, Кэрол. Я уверен, если бы кузен Майлс проявил к тебе немного больше внимания и почтения, ты бы считала его очень милым.
— Не говори глупостей, Лесли, — окончательно разозлилась я. — Майлс совсем не в моем вкусе. К тому же он мой кузен. По закону мы с ним все равно что брат и сестра.
Мы с Лесли могли бы пререкаться и дальше — иногда наши споры длились часами, — если бы не раздался звонок в дверь.
— Наверное, миссис Брокен, — предположил Лесли. — Что-то рано сегодня, обычно она удивительно пунктуальна, — продолжил он уже из холла. — Ну теперь у нее прибавится работы. Правда, придется доплачивать… — Лесли осекся.
Я вышла в холл и сразу поняла причину его удивленного молчания. Если честно, я и сама удивилась не меньше его. На пороге стояла Мэгги Даффин. Траур уже был снят: на ней красовался коротенький светлый тренч, обнажавший красивые стройные ножки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
