– Ну хорошо, хорошо! Ты своего добился! – Джеки сняла пушистый комочек с плеча и, согнув ноги в коленях, усадила на них котенка. – Только объясни мне, как ты, такая кроха, ухитряешься орать так, что в ушах звенит!
Виски не обращал внимания на ее слова. Поудобнее устроившись у нее на коленях, он облизнулся, довольно заурчал и сонно сощурил глазки, чувствуя на своей шерстке теплые лучи утреннего солнца.
Джеки посмотрела в сторону окна.
– А солнце уже высоко. Сколько же сейчас времени?
В ответ дверь ее комнаты распахнулась, впустив крепко сбитую пожилую женщину с затянутыми в узел седыми волосами.
– Наконец-то мы проснулись! – Она прошла в комнату и раздернула шторы, от чего комнату сразу залил ослепительный солнечный свет. – Я уж думала, вы намерены весь день проспать.
Джеки спокойно взглянула на хмурую экономку:
– И когда же ты видела, Грета, чтобы я валялась в постели целый день?
– Ладно уж, поскорее вставайте и идите завтракать. Уже десять часов!
Джеки не стала спорить, сняла с колен Виски, слезла с постели и сладко потянулась.
– Хорошо, Грета, я буду через несколько минут.
– Вот и отлично! – Бросив недовольный взгляд на Виски, Грета удалилась.
Только теперь Джеки позволила себе улыбнуться. Грета жила в их семье с тех пор, как Джеки себя помнила. Воспитанная в суровой немецкой семье, Грета была великолепной экономкой, но при этом крайне строгой и требовательной. Несмотря на всю ее ворчливость и, казалось бы, полное отсутствие эмоций она была очень привязана к обоим Холтам – и к отцу, и к дочери.
За двадцать минут Джеки успела умыться и надеть желтое, с белыми кружевами, муслиновое платье, а густые блестящие волосы стянула сзади желтой лентой.
– Идем, Виски, – позвала она. – Пойдем позавтракаем и посмотрим, что интересного сегодня в газетах.
Спускаясь вниз, Джеки услышала, как Грета спорит со стоящим в дверях мужчиной.
– Герр Холт сейчас отсутствует, – непреклонно говорила она. – Так что вы можете или оставить бумаги мне, или отнести их ему в контору.
– Понимаю, – отвечал ей низкий бархатный голос. – Вы позволите мне зайти, чтобы я мог оставить мистеру Холту записку, объясняющую мой визит? После чего я сразу же уйду.
Грета загородила вход своим внушительным телом.
– Простите, сэр. У меня нет привычки впускать визитеров... особенно незнакомых.
В ответ он коротко засмеялся.
– Я деловой компаньон мистера Холта, мадам, и, могу вас заверить, абсолютно респектабельный человек.
– Ну, это еще вопрос! – ввернула Джеки из-за широкой спины Греты и положила руку ей на плечо. – Все в порядке, Грета. Я знаю мистера Уэстбрука. Можешь его впустить.
Грета отступила в сторону с недоверчивым выражением на суровом лице.
– Вы уверены, фрейлейн?
– Да, Грета, совершенно уверена.
Грета помедлила, цепким взглядом оценивая внешность Дэна, затем неохотно удалилась в кухню, что-то ворча себе под нос.
Дэн проводил ее изумленным взглядом.
– Очень любезная особа, не так ли?
– Любезность – это не самое главное, мистер Уэстбрук,– сухо отрезала Джеки. – Что я могу для вас сделать?
Дэн пристально смотрел на Джеки. При дневном свете она казалась еще прекраснее: более юной и нежной и почему-то более беззащитной. Однако ее колкость осталась прежней.
– Во-первых, можете позволить мне войти.
Джеки жестом пригласила его пройти и, закрыв дверь, повернулась к нему лицом.
– Зачем вам понадобилось видеть моего отца?
– Мне нужно, чтобы он подписал один контракт, – сказал Дэн, не сводя с нее глаз.
– Вы всегда сами разносите бумаги, мистер Уэстбрук?
– Нет, – усмехнулся он.
– Понятно. Так вот, папа находится в конторе. Уверена, что вы знаете, где она расположена, тем более что вы давно работаете друг с другом. – Она с вызывающим видом надвинулась на него.
– Да, конечно, знаю, – спокойно произнес Дэн, кладя документы на низкий столик около двери. – Впрочем, я хотел видеть вас, а не вашего отца.
Ошеломленная этим наглым заявлением, Джеки замерла на месте.
Дэн приблизился к ней:
– Я не слышу вашей резкой отповеди, очаровательная мисс Холт!
Джеки не смела поднять на него взгляд, пребывая в полном смятении.
– Итак? – Он легко коснулся ее руки.
– Мне нечего вам сказать, – наконец выговорила она.
Усмехнувшись, Дэн взял ее руку в свою.
– Трудно поверить! – Он поднес ее руку к губам. – Я скучал по вас, Жаклин!
Джеки вырвала у него руку.
– Вы меня даже не знаете!
– Вы так думаете?
Случайно брошенное замечание насторожило Джеки. Она посмотрела ему прямо в серые глаза, пытаясь проникнуть в смысл его слов – что же ему о ней известно?
– Вам лучше уйти, мистер Уэстбрук, – неуверенно сказала она.
Дэн улыбнулся, лукаво и многозначительно, не отрывая взгляда от ее потемневших синих глаз.
– Меня зовут Дэн! И я рад, что вы думали обо мне, дорогая, потому что вы тоже не выходили у меня из головы. Вы позволите мне немного задержаться? – мягко спросил он. – Я прошу немногого... чашку кофе и... возможность поговорить с вами.
– Только кофе и разговор? – саркастически уточнила она, отчаянно стараясь держаться как обычно. – Я вижу, мистер Уэстбрук, у вас довольно скромные запросы.
– Я готов принять все, что вы предложите.
Возникла двусмысленная пауза.
– Фрейлейн Холт еще не завтракала! – раздался ворчливый голос Греты, которая прошла мимо них в столовую и со стуком поставила поднос на стол. – Я подала пирог с клубникой и кофе, – объявила она, выйдя оттуда и окидывая Дэна быстрым оценивающим взглядом. – Вы тоже можете позавтракать, герр Уэстбрук, – проворчала она и, не дожидаясь ответа, зашагала прочь своей тяжелой походкой.
Джеки изумленно взглянула ей вслед.
– Должна признать, что впервые вижу Грету такой любезной!
– А это считается любезным?
– Для Греты? Да, конечно.
И снова неловкое молчание.
– Решение за вами, Жаклин... Могу я с вами позавтракать?
– Мне не стоило бы этого разрешать.
– Но вы разрешите, правда?
– Только кофе!
– И беседа! – озорно подмигнув, напомнил он.
– Ну хорошо, я могу с вами поговорить, – уступила ему Джеки.
Она быстро повернулась и первой вошла в столовую, стараясь не поддаваться его магнетическому очарованию, чувствуя в нем какую-то опасность для них обоих. Ей не нравилось, что он производит на нее такое волнующее впечатление... Все это просто романтическая чушь, которую она всегда презирала. Прогнав Виски со стула, она напомнила себе, что должна обязательно выяснить, что на самом деле он о ней знает.
– Какой кофе вы предпочитаете, мистер Уэстбрук?
