Читаем без скачивания Путь хитреца - Владимир Саньков

А сегодня был коллапс. В таком ступоре он оказался впервые. И это было бы понятно, произойди такое лет десять назад. Но теперь… Спасение явилось самым неожиданным образом, дав ему отсрочку для принятия нужных решений.

— Простите, милая юная леди, это не вашу «ауди» эвакуируют за углом? — неожиданно прозвучавший голос оказался очень и очень знакомым. Седой! — так Берестага называл про себя своего старого учителя. Одно его появление с совершенно элементарной идеей сходу разрешило ситуацию. Ева вынуждена была отложить расправу. Она бросилась к своей машине, на ходу обещая вернуться.

Ромашка. Седой. Как будто все призраки прошлого разом решили вернуться в его жизнь.

— Георгий Натанович! Как вы здесь?.. — начал приходить в себя Артем.

— Да вот вернулся и, кажется, вовремя.

Возвращение Седого из-за границы, где он провел несколько лет, было приятной неожиданностью. Натаныч научил его всему, дал силу, которая и определила успех всей жизни Артема. И за это мог рассчитывать на пожизненную благодарность ученика. Седой никогда не отказывал Артему в помощи. И, похоже, именно сейчас эта помощь ему понадобится.

А еще несколько дней назад жизнь фонтанировала настоящими свершениями и будущими проектами. Заказов стало так много, что Берестага начал задумываться о помощниках. Первым он приглядел Цыбульку.

Случилось это днем на Казанском вокзале, где «специалист по организации событий» под маской корреспондента «Московского комсомольца» изучал порядок работы линейного отдела милиции.

Событие началось с шумного цыганского гвалта. Ухохатывающиеся стражи порядка привели в отделение целый цыганский табор, во главе которого шествовала мамонтоподобная торговка.

— Что вы ржете? — возмущалась солидная дама в цветастых юбках. — Он кинул меня! — показала она звенящей от золота рукой на застенчивого студента — очкарика. Несмотря на то, что тот был приличного роста и не менее солидной комплекции, его несуразный наряд, очки и походка выдавали с головой типичного русского интеллигента.

Весь линейный отдел собрался на шоу. Берестага, естественно, тоже не мог пропустить такое зрелище. Из рассказа цыганки начала прорисовываться картина.

В ожидании подходящих поездов габаритная торговка разгуливала по перрону, толкая с рук дубленку. И тут из людской толчеи нарисовался перед ней этакий занюханный ботаноид в очечках, стареньком коротеньком пальтишке. Взгляд из-под очков добрый, наивный.

— Простите, можно посмотреть? — робко спрашивает.

— Бери, дарагой, совсем дешево отдам.

Бояться ей нечего, вокруг все свои. Да и что может сделать этот лохозавр? А тот куртку смотрит, щупает — весь в сомнениях, как будто решиться не может. На глазах зреет. Цыганка в людях разбирается, добавить чуть-чуть надо.

— Маладой, красивый, бери. Дубленка тибе очень харашо будет! Памерь, обещаю, как вылитая на тибя сядет!

— А сколько стоит? — все так же робко спрашивает студент.

— Тибе, дарагой, почти задаром, за пять тыщ отдам.

— За пять тысяч?! — удивляется очкарик. — Ох, как… у меня ж таких денег — то, может, и нету. Простите, минуточку.

Он из кармана деньги достает, прямо в толпе пересчитывает.

— Слава богу, мама аж десятью тысячами снабдила.

Слониха в экстазе: лошара перед ней по первому классу! Такой один на миллион попадается. Сам напрашивается.

Пересчитав деньги, мечта лохотронщика кладет их в карман пальто.

— А можно померить?

Он снимает пальто с деньгами, положить некуда.

— Подержите, пожалуйста. А зеркала нету?

— Какой зеркало? Тут паезда одни, пасматри в окно.

Пока покупатель искал свое отражение в стеклах поезда, цыганка с пальто и растворилась в толпе. А чтобы старое пальтишко, как улику, не таскать за собой, сразу полезла в карман. А не тут-то было! В пальто не то, что денег, там и карманов нет — срезаны. Видимо, через эту дырку очкарик и просунул деньги в карман брюк.

Вот и расклад в итоге: ботан в новой дубленке и при деньгах, а ушлая цыганка со старым дырявым украденным пальто без денег и дубленки.

Торговка завопила, давай милицию звать. Линейщики подобрались быстро. Ничем помочь, естественно, не могли. Но стражам порядка повезло. Бдительные цыгане сами поймали ловкача и привели в милицию.

Свою версию студент изложил коротко и внятно:

— Я попросил у нее дубленку для примерки. И, пока одевал, эта дама сбежала с моим пальто и десятью тысячами рублей. Пальто оцениваю в полторы тысячи.

Цыганка от такой наглости аж крякнула. Ей бы сказать, что это он от нее свинтил с дубленкой, да возмущение захлестнуло:

— Какой деньги?! — разрядила она в него всю свою нерастраченную мощь. — С пальто сбежала, — подтвердила она, — так в карманах-то ничего не было! Там даже карманов нет! А пальтишко-то помоечное. Ему и место на свалке!

И тут студент проявил недюжинную эрудицию:

— Ну, раз денег не было, на тебе две статьи: за покушение на десять тысяч рублей и кражу пальто.

Покатываясь со смеху, Берестага поинтересовался у одного из сотрудников отдела:

— Что ей грозит теперь?

Тот хмыкнул, подписывая протокол:

— Открытое похищение денег, пальто. Могут года три впаять.

— А парнишка?

— А что парнишка? Он — жертва грабежа. Сейчас все подпишем да отпустим.

Получив настоящее удовольствие от «спектакля», Берестага дождался студента для более близкого знакомства. На выходе из линейного отдела тот снял ненужные очки и, не ведая ни о чем, бодро зашагал навстречу качественным переменам в своей бурной жизни.

Семен Цыбулька родился в интеллигентной краснодарской семье. Иван Аркадьевич — его отец — типичный российский подкаблучник с мягким характером, выбирая между необходимостью доказывать свое мужское право на последнее слово и возможностью спрятаться за бутылкой «беленькой», предпочитал последнее. «Беленькой» он изменил только несколько раз с «красненькой», да и то не по-настоящему, считая ее лучшим выходом из всех жизненных передряг.

Мать — Марина Сергеевна, в прошлом учитель, напротив, как человек с гипертрофированной ответственностью, сначала взяла под контроль домашний быт, раздражаясь от беспечности мужа и подрастающих сыновей, затем семейный бюджет. А после, видя, что никому ничего не надо, стала единственным добытчиком. Бросив работу в школе, она сделала карьеру в крупной компании, торгующей пшеницей и мукой. А когда разобралась в бизнесе, перехватив нескольких крупных клиентов, организовала свою фирму по поставке зерна из Кубани на московские мукомольные комбинаты. Дело пошло, и она перевезла бизнес и семью в Москву.

Свой командный стиль, укрепившийся в этом мужском деле, она применяла и в семье, сокрушаясь от непонимания со стороны домочадцев. Семья же в полном составе практиковала «мягкий бунт», клянясь в лояльности и послушании, а на деле саботируя установленный дома порядок.

Старший сын — Игорь — сбежал из дома первым к женщине, которой уступал в возрасте 8 лет. «Синюхе» предпочел «дурь», «лишь бы не как отец», родному дому — чужой, «лишь бы не там, где мать». Младший — Семен — тоже продержался недолго. Сначала он просто пропадал ночами, доводя мать до истерики. Позже совсем перебрался в общагу мединститута. Видя такую «увлеченность» медициной, Марина Сергеевна оплатила его обучение премудростям Гиппократа. Но лекциям в мединституте Семен Цыбулька предпочитал веселую компанию, красивых девушек и новую страсть, затмившую остальные — игровые автоматы. Мамины деньги помогли преодолеть первые две сессии. А затем Марина Сергеевна поставила ультиматум: или начинай учиться, или иди в армию.

Семен подумал-подумал и поступил в театральное училище, освободившись и от армии, и от ненавистного мединститута. Как ему это удалось? Неизвестно. Всем сказал, что сам поступил. Поверили, поскольку очевидным было, что хоть и разгильдяй, но между ушей не ветер гуляет. А когда познакомил родных с будущей женой Машей, стало понятно, что парень-то точно не промах.

— Правильная девочка, — оценил старший брат.

Впрочем, очаровать красивую девушку из хорошей семьи для Семена с его репутацией ловеласа было не так уж и сложно. Главной проблемой в жизни молодожена оставалась финансовая зависимость от матери. Деньги были нужны всегда, их все время не хватало. Параллельно с учебой Семен торговал гербалайфом, продавал рекламу в журналах, толкал акции финансовых пирамид. Позже он начал сам организовывать разные предприятия. Например, газету «Секс и автомобили», интернет-портал «Легкие деньги», журнал-каталог эксклюзивной мебели.

Самым поразительным было то, что все (!) его начинания были в той или иной мере успешны. Своей активностью, энтузиазмом и работоспособностью он заряжал людей на свершения и получал быстрый результат. Но каждый раз, как что-то начинало получаться, внутри Семена Цыбульки его вечный тайный демон переключал рубильник. И интерес к делу, энтузиазм и радость, как по мановению волшебной палочки, сменялись тоской и брюзжанием, устранить которые, правда лишь на время, можно было только одним способом. И этот способ окончательно уничтожал все усилия, направленные на выход из тупиковой зависимости от материнских денег.