Читаем без скачивания За лесом — Березовая Роща - Александра Ус

Наработается дядя Николай за день, а вечером отправляется на озеро. Сядет в свой челн, оттолкнется веслом от берега и всю ночь ловит рыбу. Бывает, что повезет: не только мелочи пузатой, а больших, толстых линей наловит. Утром прибежит домой, рыбу покрупнее, переложенную аиром и крапивой в корзине, отнесет в местечко, сбудет дачникам по дешевой цене, потому что не один он рыбачит, ловят и в других озерах рыбаки и тоже продают в местечке.

Домой несет дядя Николай иногда немного соли, иногда кусочек мыла или бутылку керосина.

— Ишь ты какой! — не то завидуют, не то жалеют женщины. — Все в дом тянет.

Хоть и работящий дядя Николай, а никак не может выбиться из нужды. Но никогда не выпустит из дома человека, не угостив. Непременно за стол пригласит и при этом скажет:

— Чем богаты…

Какое удовольствие для Василинки проплыть на челне по озеру, которое тянется длинной полосой, будто широкая река. У озера — топкое болото. Идешь по трясине, а она колышется. Зазеваешься — и прорвется под ногами, поглотит тебя бездонье. Но подростки, а с ними и Василинка наловчились бегать по трясине, чтобы не подпустить стадо к опасным местам. Лошади поумнее, те на заливные луга не пойдут, а коровы черт знает куда полезут, по самое брюхо в воду забираются, ищут, где больше травы.

Отогнав коров от озера, Ананий ведет к тому месту, где причален отцовский челн. Пастухи с недоверием садятся в него. Ананий берет в руки весло и гребет, расплескивая тусклую воду.

Озеро называют бездонным, никто в нем никогда не купается. Василинка и плавать не умеет. Но разве подростки думают об опасности?..

Пригнав вечером стадо, Василинка собирается в ночное. Зашла за Петром, но тот еще не успел поужинать.

Тусклый свет коптилки еле освещал лица. За большим столом сидели дети и взрослые. Деревянными ложками черпали горячую еду из глиняной миски, старательно дули на нее.

— Садись, садись с нами ужинать, — пригласил Василинку дядя Николай.

Как же отказаться и не попробовать необыкновенного супа из первых грибков, мелкой рыбешки и молоденьких картофелин? Хлеба на столе нет, здесь давно его не видели. Испекут утром лепешку, а к вечеру от нее уже ничего не осталось.

Петр подвинулся на лавке, приглашая садиться.

— Гриб и рыба — хоть не мясо, однако вкусная закраса! — смеется Петр. Он так интересно говорит — стишками…

И Василинка берет ложку. Горячая еда обжигает рот, маленькие плотички-уклейки разомлели в чугуне и смешались с грибами и картошкой. Ах, какое объеденье!

Василинка теперь днем — на пастбе, а ночью — в ночном.

Василинка считала счастливыми всех, кто живет дома, вместе с родителями. Взять хотя бы Ликуту. Правда, отца у нее нет, но она живет с матерью. Нина пасет скотину, вместе с Василинкой целыми днями шлепает в лаптях по трясине, но она дома и не знает хозяйских оскорблений. Ликута иногда ходит на комсомольские собрания в местечко. А ее, Василинку, ни за что хозяева туда не отпустят. Федор вступил в комсомол без их ведома и разрешения, так сколько было ругани и попреков! Но парень не сдавался, стоял на своем. Василинке по душе такая смелость. И она, как немного подрастет, пойдет по его следам.

А сейчас о комсомоле и подумать нельзя. Шесть пудов ржи к рождеству принесет она в дом. Шесть пудов ржи… Если не будет слушаться хозяев выгонят со службы. А семье так необходима ее, Василинкина, помощь.

Из-за комсомольцев Федор поругался с Халимонихой.

— Некогда шляться на всякие собрания! — кричала старуха. — Рожь поспевает, скоро страда. И без тебя там хватает крапивников.

На этот раз Федор не стерпел обиды. В тот же день ушел из дома Халимона.

По всей деревне из рук в руки переходила газетка со стишком, под которым стояла подпись: «Петрок Концевой».

Живет у нас в деревне, чтоб дух ему вон,Кулак-богатей Гайдай Халимон.Одолжит соседу полфунта овса,А осенью возьмет за него двух поросят.Давайте ж, соседи, с принужденьем кончать,Пора уж жадные руки Гайдаю прижать.

Халимон с Лавреном взбесились от злости.

А парни и девчата побойчее, вроде Ликуты, почти каждую субботу по вечерам ходили за шесть километров в местечко на комсомольские собрания. Потом рассказывали, что там говорилось, какие интересные книжки читали. Вот послушать бы! А еще ребята говорили, что есть союз тружеников земли и леса, он защищает батраков. Скоро таких кровопийц, как Халимон, заставят платить по договору, определят, сколько часов батрак должен работать и какие дни отдыхать.

Скорей бы дождаться того времени! Тогда ни она, ни младший братик Митька не будут от темна до темна бегать за стадом, вечером еще вести лошадей в ночное…

Василинка со слезами вспоминала, как маленького, худенького Митьку снаряжали служить далеко от дома, в чужую деревню. По его побелевшему лицу катились крупные, как горошины, слезы. Губы посинели оттого, что он их сжимал, чтобы не заплакать. Мама едва сдерживала слезы. Тоня ласково гладила брата по головке, одна Василинка стояла будто окаменев, потому что вдоволь изведала батрацкой доли. Но все-таки она служит здесь, в своей деревне, а он, совсем кроха, очутится среди чужих людей.

— Будь, сынок, послушным, старайся, — чуть слышно проговорила мать, обнимая его на прощанье.

Но Митька резко повернулся, молча вышел из дома, вспрыгнул на воз. Хозяин натянул вожжи, крикнул: «Но!» Телега быстро покатилась, повезла Митьку.

Василинка завидовала Федору, вырвавшемуся на свободу, и грустила без него. Халимонова хата стала еще более мрачной, не было с кем перекинуться словечком. Федор, бывало, увидит, что она идет по воду — возьмет у нее из рук коромысло, вскинет на плечи и принесет воды.

Халимониха не скрывала своего недовольства:

— Чего хватаешься за ведра? Она и сама справится. Тебе что, своей работы нет?

Искры подымаются в небо

Василинка подводит к забору кобылу Машку, взбирается на верхнюю жердь и залазит на гладкую спину лошади. Раньше, когда гостили у тети Агафьи, так хотелось скакать далеко-далеко на коне… Теперь каждый день, утром и вечером, Василинка ездит на коне, где трусцой, а где и галопом. Младшие дети завидуют ей. Известное дело, дети. Откуда им знать, что Василинка не испытывает никакого удовольствия от езды, что для нее это нелегкая, утомительная работа. (После ухода Федора от Халимона обязанность водить коней в ночное возложили на Василинку.)

Сидя верхом, девочка крепко держит на поводу молодого сильного Цыгана, который норовит вырваться из рук. Следом за парой лошадей плетется жеребенок. Машка — очень чуткая и заботливая мать. Едва ее малыш свернет в сторону с дороги — тут же бросается за ним следом… Тогда лучше спрыгивай на землю — все равно не усидишь на спине лошади.

Пока доберется до ночного, лошади так издергают и вымотают ее, что, упав на землю, Василинка тут же засыпает.

Рядом с ней ложится Ликута. Ее отца белополяки убили. С той поры Ликута ходит за плугом, всякую работу по дому делает и по людям зарабатывает на хлеб. То у Халимона за взятое в долг зерно отрабатывает на жатве, то навоз разбрасывает на его земле, а то еще куда подается.

Ликута очень любит петь. Пойдет в лес за грибами или за ягодами да как запоет — кажется, роща оживает, эхо разносится далеко-далеко…

И на жатве ее пение веселит женщин. Разогнут спины, послушают и еще усерднее жнут.

А Ликута то ли острым серпом шаркает, то ли снопы вяжет, ни на минуту не умолкает:

Перепелка, сизая головка,Не летай по полю,Не хватай колосья,Перепелка…

Другая подружка, Нина, совсем не служит, живет в своей семье. Каждый день, как пригонит стадо на обед, ей разрешают чуток поспать. А Василинку кто пожалеет? Работы у Халимонов хоть завались. Не успеет оборы развязать, лапти с ног сбросить, как приказы сыплются один за другим. Мальчик, будто телепень, тяжелый, а девочка, которая весной родилась, плакса, каких свет не видел. Хоть к потолку подбрасывай колыбель, а она все не засыпает.

Пока воды наносишь из колодца полную бочку — плечи и руки отрываются, а потом надо выскоблить голиком с песочком пол, лавки и столы в обеих хатах по субботним дням — так незаметно и пролетит полдня, а там уже время гнать стадо на пастбище. Хуже всего, что Василинке не дают с собой ни кусочка хлеба. А так в лесу есть хочется, чуть в обморок не падаешь. Кажется, дали бы буханку хлеба, съела бы в один присест и крошки не оставила.

После жатвы немного полегчает. В каждой бедняцкой хате еще до молотьбы на току обобьют несколько снопов ржи, высушат в печи, в жерновах смелют и варят кулеш. А когда свезут с поля снопы, по жнивью пасут стадо. Мальчики отлучатся на минутку и вырвут два-три кустика картошки. Конечно, брать чужое нехорошо, но испечь картошку в костре не преступление. Пастушки соберутся вокруг костра, прутиками шевелят головешки, а в горячей золе печется картошка. С нетерпением все ждут, когда она будет готова, а потом перебрасывают картофелину с одной руки в другую, чтобы быстрей остывала, и понемногу чистят кожуру. Смотри в оба, а то обожжешь ладони, когда рассыплется ароматная картофелина…