Читаем без скачивания Крест Евфросинии Полоцкой - Ольга Тарасевич

Труп женщины (личность сразу же установили, так как тело нашли соседи) обнаружили висящим на крюке массивной люстры. Как можно предположить, невысокая Лилия вытащила в центр комнаты журнальный столик, и…

Мнение эксперта, проводившего вскрытие, было сформулировано предельно четко: «Смерть гражданки Полыкиной Л. О. наступила от механической асфиксии вследствие сдавливания органов шеи петлей. Об этом свидетельствуют следующие признаки: наличие в верхней части шеи одиночной замкнутой странгуляционой борозды, полнокровие внутренних органов, острое вздутие легких, жидкое состояние крови и переполнение ею правых отделов сердца». Черным по белому. Самоубийство. Не выявлено ни единого, даже легкого телесного повреждения. Ни ссадины, ни царапинки, ничего.

Показания свидетелей тоже говорили в пользу версии о добровольном расставании с этим бренным миром. Никаких посетителей и гостей к двадцатипятилетней девушке не приходило.

Выходит, сама?

Но все же Егор Михайлович не закрывал дело, упрямо продолжая получать санкции на продолжение расследования.

Володя зашелестел протоколами допросов.

«Да, понятно, – подумал он, откидываясь на спинку стула. – Судя по беседам с лицами, входившими в круг общения покойной, у девицы просто не было причин лезть в петлю. Хорошая должность в банке. Своя квартира, за которую почти выплачен кредит. Любимый мужчина. И – она долго выбирала курорт для отдыха. Да разве человек, оплативший турецкий пятизвездочный отель, станет накануне отдыха сводить с жизнью счеты? Розанов прав: здесь что-то не так. А разобраться не мог, возраст, болячки постоянные. Так что придется мне. С одной стороны, правильно это. Убийца не должен разгуливать по свободе, неотвратимость наказания и все такое. С другой – у меня в последнее время одни „висяки“ идут. А здесь тоже быстрого результата ждать бессмысленно. Так что Карп всю душу вымотает, прежде чем хотя бы на две недели отпустит».

– Отпуска не будет, – в унисон мыслям следователя снова заверещала Амнистия. – Не будет!

Внезапно она прервала свое щебетанье, нахохлилась, искоса поглядывая на стоящий рядом со следователем трещавший телефон. Этот аппарат с громкой связью Амнистия явно недолюбливала.

– Володя, на выезд, эксперты и криминалисты уже уехали, – передал дежурный. – «На высотках» два трупа. Обнаруживший тела мужчина вызвал милицию, дожидается приезда на месте происшествия. Из местного отделения все уже там.

Седов негромко выругался. «На высотках» —это неофициальное название квартала, который строится в его округе на месте некогда ярко освещенной и совершенно не криминогенной березовой рощи.

Отличная была роща, прекрасное место для отдыха. Но вот все никак не успокоятся чиновники от градостроительства. Округ – не самый центр, где на месте исторических зданий уже давно стоит много офисных имитаций с современными стеклопакетами. Но и не окраина, двухкомнатная квартира в более-менее приличном доме здесь обходится минимум в триста тысяч долларов. Поэтому кому-то в голову пришла не то чтобы гениальная, но коммерчески выгодная идея. «Уплотнить» рощу. И возвести на ее месте пару больших жилых домов.

– Вот придурки! Все денег хотят урвать. А потом еще удивляются, почему Москва под землю проваливается, – ругались следователи прокуратуры, узнав новость. – Да не резиновый же город!

Протесты жильцов ни к чему не привели, их просто оттаскивали от деревьев, и сминали жалкие, от руки написанные плакатики, и рубили гулко стонущие березы.

На сегодня от рощи осталась куцая просвечивающаяся белая полоса вдоль дороги. Она упрямо напоминала Седову жидкую прядь, которой при советской власти какой-нибудь председатель районного парткома маскировал лысину.

Дома строятся по-богатому. И как-то по-дурацки. Еще не закончена работа над фундаментом, а повсюду уже высятся горы кирпича, блоков. Охрана на стройке есть, но это почему-то не спасает от происшествий. То алкоголики там соберутся попьянствовать, а потом при помощи ножей выясняют, кто кого уважает. То в яму, под фундамент раскопанную, какой-нибудь горемыка угодит. Наверное, по давней русской традиции, охранники на ночь глядя «закладывают за воротник».

В роще сроду ничего подобного не происходило! А теперь вот и еще одна новость – «на высотках» два трупа…

Несмотря на ночь возле стройки, слабо освещенной светом залепленных грязью прожекторов, толпилось много людей. Володя сразу понял: милиции приходится прикладывать усилия для того, чтобы преградить доступ толпы на место происшествия.

– Была драка? Огнестрельное ранение? – поинтересовался Володя у визуально знакомого милиционера.

Тот пожал плечами:

– Насчет драки не знаю. Стреляли с глушителем, звуков выстрелов не было. Ну да вон тот мужчина в камуфляже, Алексей Адамов, вам все расскажет. Тут другое. Дед близнецов – крутой чин в ФСБ. За лентой полно ребят из этого ведомства. А простой народ поглазеть вышел. Дед-то у Грековых – человек старой закалки, правильный, принципиальный, морали всем читал. А тут такая беда – внуков не уберег.

Упоминание о ФСБ неприятно царапнуло.

«Спокойной работы не видать», – с тоской подумал Володя и перешагнул через желто-лимонную ленту ограждения.

На земле лежали двое парней. Смерть разворотила одному грудь, второму череп, но все же с первого взгляда было понятно – действительно, близнецы, очень похожи. Одежда на них разная. На том, что ближе, – джинсовая куртка, на втором – короткая кожанка. Но темные вьющиеся волосы, скуластые лица, подтянутые фигуры – как две капли воды.

Возле тел работали эксперты и криминалисты. Первый порыв – присоединиться к коллегам, так проще составлять протокол осмотра места происшествия.

Но Седов решил вначале поговорить с человеком, обнаружившим трупы. Протокол, схема – это минимум пару часов занимает. На часах уже три ночи, что свидетеля задерживать.

Он приблизился к сидящему на кирпичах мужчине, одетому в камуфляж. И сразу же удивился резкому диссонансу между крепкой, массивной, похожей на спецназовскую фигурой и заплаканным лицом.

«Переигрывает, – решил Володя, устраиваясь рядом и извлекая из портфеля протокол допроса. – Смерть – это всегда трагедия. Но такие мужики, с явно военной выправкой, слезами обычно не заливаются. Переигрываешь, дорогой ты мой человек. Зачем? Почему? Буду разбираться».

Записав фамилию, имя, отчество, а также адрес, Володя пристально посмотрел на покрасневшее лицо свидетеля. Губы Алексея Адамова дрожали.

– Леночка, доченька. Четыре года всего. Как мы с женой ее ждали, как хотели, чтобы родилась именно девочка, – всхлипнул Адамов. – Уже три недели, как пропала. Таня, это жена моя, буквально на пару минут ее возле магазина оставила.

– Я помню, – следователь нахмурился и стал покусывать кончик ручки. Ему сразу же стало нестерпимо стыдно за свои подозрения. – По сводке проходило. Девочка объявлена в розыск. Какой-то кошмар творится. В последнее время столько детей исчезло. Не понимаю, как земля носит этих ублюдков! У меня, уже ко всему привычного, от печальной статистики мороз по коже. Три года, пять лет. Ужас…

Адамов отвернулся, промокнул украдкой глаза. Потом заговорил, отстраненно, как робот.

– Сам майор. Знаю: все, что может, милиция делает. Претензий нет. Но мне постоянно кажется: где-то здесь наша Леночка. Голос ее слышу: «Папа, папа!» Могу полночи по улицам ходить. Понимаю, бессмысленно. И все равно ищу.

– Надо надеяться, – вырвалось у Володи. – Даже если кажется, что ничего не исправить.

– Только поэтому и живу. Ищу, надеюсь. А на стройке этой дурацкой, мне сначала показалось, драка. Что двое одного метелят. Я довольно далеко был, еще возле дороги. Но здесь прожектора. Бросился, закричал. Еще не добежал – упали те двое.

– Вы видели того, кто стрелял?

– Лица – нет, не разглядел. Фигура, кажется, худощавая. Время я упустил, неправильно сориентировался. Бросился к парням, один еще стонал. Но то, что не жильцы, понял. Сам первую чеченскую прошел. Знаю, что к чему. Но все равно – «Скорую» вызвал, милицию. Бегал здесь как сумасшедший. В одной руке мобильник, в другой – арматуру какую-то нашел. Никого. Убийца как сквозь землю провалился.

– Негусто, – пробормотал Седов и стал уточнять, в котором часу произошло убийство.

– Нет! Вы не имеете права изымать вещественные доказательства без санкции следователя! Что вы мне свое удостоверение показываете!

Отложив недописанный протокол и прижав его к портфелю кирпичом, Володя побежал к экспертам. В руках Сергея Бояринова белел клочок бумаги.

– Вот, Володя, нашли в кармане парня, Никиты, кажется. А товарищи из ФСБ требуют отдать им эту записку.

Седов почувствовал, как его сканируют две пары глаз. Потом мужчины презрительно переглянулись. Не Апполон, да, брюшко, подбородок двойной, простодушная физиономия, явственно читалось на их лицах.