– Ну что ж, все ясно, – подытожил Марк.
Сюзанна сделала ошибку – взглянула на него. Какой высокий, широкоплечий, сильный… но это ее не пугает, нет, наоборот, дает какое-то особое спокойствие, защищенность, заставляет кровь быстрее бежать по жилам… Вот это-то больше всего и раздражает.
– Увидимся тогда в понедельник. Насколько я понимаю, бесполезно спрашивать, не хочешь ли ты провести со мной уик-энд.
Непроизвольная ее реакция – испуганный взгляд, сумочка, зажатая в руке; в голове звенел сигнал тревоги. Мгновенно промелькнула картинка – как они проводят выходные… В его словах заключен явный подвох, что Марк тут же и подтвердил:
– Занимаясь картинами, конечно. А ты о чем думала? Смотришь на меня, как Красная Шапочка на серого волка.
Но в этом-то она не ошиблась, совершенно точно знала, что он имел в виду: предлагал ей выходные, наполненные страстью, бездумным, умопомрачительным наслаждением жизнью. А стоило ей соответствующим образом отреагировать – он ловко вывернулся. Теперь понятно, какую игру он с ней затеял.
Как это не похоже на того Марка, которого она знала раньше, – искреннего в своих поступках и намерениях, горячего, относившегося к ней с обожанием. Тот Марк сводил ее с ума поцелуями, но ему и в голову не пришло бы так, походя, смутить ее двусмысленным предложением, да еще насмехаться при этом.
Новый Марк гораздо циничнее, грубее, отстраненнее – и потому куда более опасен. Перестать о нем думать, и все! Трудно не признаться самой себе, что с того момента, как Марк снова появился в ее жизни, все перевернулось с ног на голову. У нее уже не хватает сил спокойно размышлять о том, что станется с ней через год или два, главное – прожить вот этот день, не оступиться, не допустить его возвращения в свою жизнь… Впереди уик-энд – прекрасная возможность отдохнуть, отвлечься; зачем все портить?
И все же выходные оказались безнадежно испорченными: все время в голове крутился вопрос, что принесет понедельник, и фантазия услужливо подсказывала тысячу вариантов. В конце концов это настолько ее утомило, что даже мысль о библиотеке не приносила облегчения. Собравшись с силами, решила ждать – что будет, то будет.
День начался отвратительно – Сюзанна опоздала на завтрак с подругой, это последняя неделя, когда они завтракают вдвоем. Ну как объяснить Элисон, что, прежде чем выйти из дома, она три раза укладывала волосы и перетряхнула весь свой гардероб? Неожиданно опротивел любимый костюм – в нем обычно ходила на работу. То ей казалось, юбка слишком короткая (Марк подумает, специально для него так оделась), то – наоборот: линии слишком строгие, скучные… Наконец, измучившись, остановилась на светло-голубом костюме классического покроя, который надевала всего два раза.
Глубоко вздохнув, она решительно толкнула дверь ресторанчика и поспешила к Элисон.
– Извини за опоздание, Эли. Ты не поверишь… – И осеклась: напротив Эли сидела третья из их неразлучной троицы.
– Кити, ты вернулась?!
– А разве кто-нибудь сомневался, что я вернусь? Подумай только, Элисон, – она забыла, что я возвращаюсь на этой неделе.
– Ну, это не единственное, о чем эта девушка забыла за последнее время, – пробормотала Элисон, будто бы про себя, но так, чтобы ее слышали.
– Да уж, это точно! – подхватила Кит. – Скажи-ка, давно ли мы собираемся по пятницам у Флэнагана, чтобы обсудить дела за неделю?
– Сейчас, минутку… – Элисон подсчитывала про себя.
– Три года и шесть месяцев.
– И эта девушка никогда ничего не забывала. Почти никогда не опаздывала. А теперь с ней что-то случилось! – убежденно изрекла Кит.
– Да не забыла я, не забыла, – вздохнула Сюзанна, – просто застряла. К тому времени, как пришла бы, вас бы уже не было, вот и поехала домой.
Сюзанна сказала чистую правду – действительно просидела над полупустой чашкой кофе еще полчаса с того момента, как ушел Марк, хотя помнила, где ей нужно быть.
– Значит, застряла, – повторила Кит деловито. – Интере-есно…
– Да, и мне тоже любопытно: почему бы вдруг девушка вырядилась в этот костюмчик нежно-голубого цвета… Помнится, я видела ее в нем только раз – в тот день, когда мы юридически зарегистрировали существование нашего союза, – как бы невзначай поделилась своими наблюдениями Элисон.
– Может, хватит, а? Очнитесь! Я здесь, перестаньте вести себя так, будто меня нет.
– Да мы уж с этим фактом смирились, – коротко известила Элисон. – Вот и делаем вид, что не замечаем отсутствия в пятницу вечером нашего незаменимого источника информации.
– Так это мы девушку не замечаем? Или, наоборот, она вокруг ничего не видит? – поинтересовалась Кит.
– Стало быть, вы обе были здесь? А Флэнаганы мне почему-то ничего не сказали.
– Ну и еще мы приняли к сведению сообщение Риты, – поощряюще заметила Кэт. – А именно – что предполагаемый джентльмен на серийного убийцу не похож.
– Знаете, если бы серийный убийца в первой серии не вызывал сомнений в том, кто он, так всех последующих серий и не было бы, – не растерялась Сюзанна.
– Ладно, Сюзанна, чего уж там, – давай-ка рассказывай, кто такой Марк Херрингтон.
– У тебя едва кончился медовый месяц, а ты уже интересуешься другими мужчинами?
– Это не ответ на вопрос.
– Я надеялась, ты поймешь. – Сюзанна подозвала официантку.
– Сегодня, пожалуйста, морковный чай, Кэрол. Кит не собиралась сдаваться.
– Хорошо, ты не намерена о нем говорить, пусть так. Но со временем все изменится, мы подождем, правда, Эли?
Голос Кит звучал ласково, но Сюзанна затылком чувствовала невесть откуда взявшуюся опасность.
Кит настроена все видеть исключительно в романтическом свете, даже когда ничего похожего нет.
Массивные чугунные ворота особняка Цируса оказались закрытыми. Дом времен королевы Анны встречал куда менее дружелюбно, чем в день похорон; несмотря на позднее утро, вокруг стояла тишь.
«Может быть, мне повезет, – думала Сюзанна, открывая ворота, – и меня никто не ждет, кроме бесплотной тени почившего».
Позвонила, напряженно прислушиваясь к переливам звонка, раздававшимся где-то в глубине дома, – в ответ ни звука. Позвонила еще раз – никого нет; стала доставать ключи, посланные Джо Бревстером, потихоньку себя ругая: стоило так волноваться, нет его дома.
Зловещее попискивание сигнализации ее напугало, но, тщательно прочитав инструкцию, прилагавшуюся к ключам, она поняла, что сумеет отключить ее самостоятельно. Отыскала панель управления, ввела нужный код – бипер умолк, наступила тишина.
Эванс Джексон до сих пор висит на почетном месте; ее совсем не удивило, как Марк отозвался об этой картине. Больше поражает другое: в какую невероятную тишину погрузился дом теперь, когда отключена сигнализация, и еще – толстый слой пыли, ее, кажется, не сметали годами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
