- Спасибо, - упрямица пододвигает карту обратно. – Но я в деньгах не нуждаюсь. Напомню, что я твоя гостья, Паш, а не содержанка.
Дельное замечание. И не поспоришь ведь.
Но я быстро нахожусь с ответом.
- Будет лучше, если ты не будешь светить свою карту. Ну, вдруг, за тобой плотно следят.
- Боже, Бойцов! – Тина раздраженно закатывает глаза и складывает руки на груди. – Ты пересмотрел боевиков и криминальных передач. Я - юрист чуть выше среднего. Никто не станет настолько заморачиваться со мной. Я - просто женщина, Паш.
- Ты самая красивая женщина, Тина.
И я определенно точно с тобой заморочусь, чтобы вернуть.
Глава 19
Паша
На самом деле, проблема Тины решается за пятнадцать – двадцать минут. И необходимости в переезде не было. Тут моя девочка права – Кононов не стал бы настолько заморачиваться, чтобы следить. Он уверен, что юрист его жены напугана до смерти несостоявшимися нападением и проникновением в квартиру. Да и я «пообщался» с горе-домушниками: у них не было приказа насиловать или убивать, только «культурно» донести, что от дела жены Кононова нужно отказаться.
Но я пошел на хитрость, чтобы приручить и вернуть бывшую. Шоковая терапия, так сказать. И вынужденно приукрасил ситуацию в личных целях.
- Павел Михайлович, это он, - Федя кивает на лобовое стекло.
Вглядываюсь, как из подъехавшего мерса выходит мужик чуть старше меня. На лице – выражение хозяина жизни, ярко кричащее: «Да я вас всех об колено сломаю».
Ну, посмотрим, кто кого.
- Вижу, - тяну, провожая взглядом урода. - Подождем минут десять, надо же человеку дать возможность зайти в офис, раздеться. Мы же вежливые ребята.
С заднего сидения раздается гогот.
Я снял крепких парней – работяг с ближайшего объекта. Бригада там идет с небольшим опережением, так что ничего страшного. Парни простые, но надежные. Я обрисовал им вкратце ситуацию, они меня поняли, всецело поддержали и согласились помочь. Этот самый Федя даже предложил «зуб за зуб»: подкараулить Кононова в темном углу и вернуть должок.
Я не согласился, потому что этот урод обязательно снимет побои и накатает заяву. А мне бы не хотелось подставлять пацанов. Так что действуем по изначальному плану.
- Пора, - когда стрелка на часах отмеряет положенные десять минут, выхожу из машины. Парни следуют за мной.
Мы беспрепятственно проходим пост охраны, поднимаемся на двадцать третий этаж. Отлично, так моя «просьба» будет донесена куда результативнее.
При виде нас секретарша, которая больше всего напоминает эскортницу, вскакивает на ноги и поднимает трубку телефона. Один из парней мягко отбирает ее и жестко просит:
- Не нужно никуда звонить. Давайте не будем портить сюрприз.
Толкаю от себя дверь в святая святых. Владимир Вячеславович пьет кофе. При виде делегации вздрагивает и расплескивает напиток на белую рубашку.
- Какого х..?! – ревет, пытаясь пальцами оттереть пятно с рубашки. - Что происходит?!
- Доброго дня, Владимир Вячеславович, - мерзко ухмыляюсь, останавливаясь напротив урода. Парни строго за мной. Прямо как в «Бригаде». – Не волнуйтесь так, мы ненадолго. Выяснить одно маленькое недоразумение.
- Какое нахрен недоразумение? – орет, с психом отставляя кружку с кофе в сторону. - Все вопросы к моему адвокату!
- Думаю, вы, когда запугивали и отдавали приказ влезть в квартиру к Денисовой Тине, не советовались со своим адвокатом.
Кононов откидывается на спинку стула. Мерзко тянет губы и смеряет меня презрительным взглядом.
- Не понимаю, о чем вы. Кстати, кто вы? Забыли представиться.
- Не понимаете, значит, - барабаню пальцами по столу. Разворачиваюсь и киваю пацанам, давая команду «фас!». – Ну, ничего страшного. Сейчас мы вам поможем, Владимир Вячеславович, освежим память.
Парни, не мешкая, обходят Кононова с двух сторон. Подхватывают подмышки, а Федя открывает настежь окно.
- Что вы?! Какого х…?!
- Такого! – рявкает Федор. - Освежить память. В буквальном смысле.
Парни обхватывают урода за колени и свешивают с окна. Двадцать третий этаж, промозглый осенний ветер, сбивающий с ног. Который разносит по округе крики о помощи, но, разумеется, никто на них не обращает внимания, потому что тупо не слышно.
Стоит ли говорить, что «прогулка» Кононову быстро надоела?..
- Парни, достаточно, - делаю знак рукой.
Они заносят раскрасневшегося и продрогшего мужика внутрь. Он уже не выглядит серьезным властителем мира, способным выставить жену на улицу, а на другую женщину - натравить таких же уродов, как он сам. Ошалелые глаза бегают из стороны в сторону, ноги не держат. И уважаемый бизнесмен пыльным мешком оседает на пол прямо под ноги к моим пацанам.
- Чего вы хотите? – бормочет, глядя снизу вверх. Выглядит жалким и мерзким.
- Вот это другой разговор, - придвигаюсь ближе. – Ты оставляешь в покое мою женщину – Денисову Тину. Не мешаешь делу о разводе, которое она ведет. И действуешь строго в рамках закона. И если судья нахрен все у тебя отберет и присудит твоей жене, ты покорно все ей отдашь. И не посмеешь преследовать ни Тину, ни свою бывшую. И если я узнаю, что ты попробуешь манипулировать ребенком…В следующий раз мои парни не будут держать тебя так крепко. Ты понял?
- Понял.
- Вот и отлично, - поднимаюсь на ноги и развязно похлопываю Кононова по плечу. – Рад, что мы поняли друг друга, Владимир Вячеславович. Хорошего вам дня.
Мы с парнями с чувством выполненного долга покидаем офис Кононова. Не сомневаюсь, Тина, если узнает, что я немного помог ей с делом, никогда мне этого не простит. Но я не мог поступить иначе. Терпеть не могу тех, кто, пользуясь своим преимуществом, загоняет женщину в угол в безвыходное положение. Угрожаетмоейженщине. С такими типами у меня разговор короткий. На их же языке. И этот Кононов еще легко отделался. Я мог бы последовать совету Федора, но Тина бы мне этого не простила.
Выдаю пацанам премию, отвожу их на объект и благодарю за помощь и содействие.
А сам бронирую шале в одном комплексе за городом у знакомого, который, кстати, тоже строила моя компания, и довольный набираю Тине.
- Алло?
- Собери необходимые вещи на пару дней, - отдаю четкий приказ, чтобы моя упрямая девочка мне точно поверила. - Возьми теплые и удобные. Нам нужно уехать из города. Ситуация оказалась более серьезной, чем я думал.
Глава 20
Тина
К моменту, когда Паша возвращается домой, я накручиваю себя до предела. Взвинченная, я не могу сидеть на месте, расхаживаю из угла в угол, заламывая пальцы и прикусывая их, чтобы не скулить от опоясывающего страха, как побитая собака.
Меня снова, как и вчерашней ночью, душит страх. Только умноженный на десять. Но теперь не за себя, а за жизнь Паши. Что, если, все гораздо серьезнее, чем он обрисовал? И я, попросив его о помощи, создала ему огромные проблемы и угрозу для жизни.
А что…если он не вернется?..
Боже!
Я не выдерживаю накала напряжения и оседаю прямо на пол в коридоре. Вою в ладони, задыхаясь от ужаса картинок, что крутятся в голове. Чувствую острую необходимость в том, чтобы сильные руки обняли и прижали к груди, в которой гулко бьется сердце. Чувствую буквально жизненную потребность вдохнуть до боли знакомый запах своего мужчины.
Не моего мужчины…, - напоминаю себе.
Плевать! Пусть не мой, но только бы живой!
Задыхаюсь от слез, перед глазами – мутная пелена. Внутри выворачивает, ломает…
В момент, когда я дохожу почти до предела, в двери проворачивается ключ.
Резко вскидываю голову и сквозь слезы рассматриваю силуэт.
- Тина? – по коридору разносится удивленно – испуганный голос Паши. Он падает рядом, стараясь заглянуть мне в глаза. – Что случилось? Что-то болит?
Его руки шарят, ощупывая мое тело на предмет повреждений. Заключают лицо в объятия, и Бойцов сначала подушечками больших пальцев, а потом, наплевав на осторожность и мои запреты, поцелуями собирает мои слезы. Нежно прикасается к моим губам, воскрешая воспоминания и чувства. Внутри патокой разливаются тепло и спокойствие.
