Судя по всему, генералитет уговорил магистров использовать мертвецов в качестве пушечного мяса. Это же сколько некромантов будет надо для поддержания целого мертвого легиона? Я довольно улыбнулся. Половина всех природников уйдет на передовую! Стоит позаботиться о том, чтоб они оттуда не вернулись… ни в каком виде!
Через пару дней магистры принесут мне на подпись свои проекты. И начнется военная рути-ина! Но, на сей раз, я постараюсь несколько разнообразить процесс.
Подойдя к одной из стен, отстучал по ней незатейливый ритм. Толстенный кусок черного мрамора беззвучно отъехал в сторону, открывая узкий проход. Пора в гости. М — да, в самый глухой предрассветный час подлый некромант крался по заросшему паутиной потайному ходу, дабы сотворить очередную пакость… это про меня! Тьфу, и что в голову лезет? Отмахнувшись от парочки мерзких слизней, принялся считать метки.
Преемственность, надо заметить, великая вещь, даже если учесть, что, вселяясь в доставшиеся по наследству покои Великого Магистра, пришлось менять всю мебель. Ну да, брезглив я порой… Но иначе как бы я обнаружил такую полезную вещь, как план потайных переходов? Точнее, не совсем я, а который год покоящийся в запасниках слуга, так и не успевший растрепать о своей находке кому-то кроме меня. А что, надо было его пощадить? Вот еще! Да ради возможности невозбранно передвигаться по Оплоту и окрестностям, я бы и мать родную успокоил. Впрочем, ее я как раз вполне успешно… м- да, прикончил. Так вот, сейчас ни у кого, кроме меня нет таких планов, а две трети обитателей Оплота даже не в курсе, что таковые существуют. За этим я проследил лично…
Лиссаэль, маг огня
Действительно, с показательного выступления главного злодея нас потащили не в подвалы, а на третий этаж, где в одной из комнат, драпированной багровыми гобеленами, меня равнодушно ощупал какой-то узколицый тип с нервно подрагивающим веком. Темная мантия с серебряным узором из переплетенных змей скрывала тощую фигуру. Чьи это эмблемы? Я знаю… Безучастно позволив черному целителю делать свое дело, отстраненно наблюдала за тонкими легкими пальцами, скользящими по коже мерзнущих рук. Амулет силы, висящий у него на шее, тускло засиял, когда магия смерти покидала его, трансформируясь в нечто, способное уничтожить меня в любой момент. Слабо трепыхнулась, пытаясь избежать прикосновения черной силы. Мой огонь! Он же погаснет… Пальцы заледенели еще больше, хотя казалось, что дальше уже некуда, но боль в ребрах прошла. Ожоги на шее тоже престало саднить. Сглотнув, заворожено уставилась в глаза человека (человека ли?), залитые бездонной тьмой.
— С-следующий…
Зомби — прислужник отволок меня в сторону, а перед черноглазым предстал алхимик. Он бессильно провис на руках двоих сопровождающий и даже не сопротивлялся, когда бледные тонкие пальцы коснулись его висков. Только глухо застонал, приоткрыв мутные от боли глаза. Воин же попытался отшатнуться и, получив тычок в спину от стоящего сзади живого стража, упал на колени. Цепкие пальцы схватили его за копну волос, заставив поднять голову. Не обращая внимания на гримасы ронийца, пытающегося изобразить героя и не поддаться злым чарам, черный сделал свое дело. Быстро и безупречно…
Мне же было все равно, странное равнодушие поселилось где-то в глубине души. Убьют, не убьют, отпустят… зачем куда-то идти, когда можно лечь на эту лавочку и закрыть глаза. Резкий тычок привел меня в чувство. С трудом поняла, что это губительное безразличие последствие исцеления. Магический голод. Несовместимость энергий… да, я огонь и свет, а целитель это тьма и смерть… а о том, чтоб трансформировать накопленное, он даже не подумал. А я… У меня нет доступа к силе, чтоб облегчить скопившуюся в груди тяжесть, поедающую меня изнутри… изменить… истощение грозило поглотить меня целиком, не оставляя возможности для возвращения. Стиснув руки, попробовала хотя бы согреться. Бессмысленно…
Нас вели по темному безлюдному коридору. Гулко громыхали кандалы, цокали подошвы сапог, шелестел безумный сквозняк… оцепенение все больше охватывало тело, и я уже сомневалась, смогу ли выполнить договоренность. Смогу ли дожить?… может, это была жестокая шутка, дарящая ложную надежду?… не думать об этом… не думать… Ноги начали заплетаться, когда нас троих втолкнули в просторное помещение, где, о радость, был камин и слабо тлеющие в нем угли давали хоть каплю тепла.
Нервно трясясь, бросилась к огню. Замерла, скорчившись у решетки, не обращая внимания на спутников. Краем уха уловила, что стража, живая и мертвая, нас покинула. Воин, бренча кандалами, попытался выломать дверь. Безуспешно… я скривила губы в усмешке. Ремеш с силой навалился на створки, они неожиданно распахнулись и он выпал прямо под ноги какого-то некроманта. На миг мне показалось, что это Великий Магистр Мерль, но нет, просто похож… Тоже неприметный, зеленоглазый, в черной мантии свободного покроя. Вот только он зло, зло в чистом виде. Нерациональное, почти безумное зло. Откуда я это взяла? Не знаю… что-то в посадке головы, в движениях, в глазах… Алхимик, сглотнув, совершенно машинально встал на линии огня, прикрывая мою жалкую фигурку.
По знаку магистра двое сопровождавших его адептов подняли обездвиженного воина и зашвырнули внутрь. Окинув нас презрительным взглядом, будто мы жалкие, недостойные его внимания блохи, некромант отвернулся. Правда, на миг мне показалось, он заинтересовался мною, но… обошлось.
— Подготовьте их как следует, — и неторопливо двинулся дальше, продолжая отдавать распоряжения, — выставьте тут полную пятерку охраны. А где остальные?
— Дальше по коридору… — подобострастный, испуганный голос сопровождающего.
Дверь захлопнулась. Скрежет засова.
И Свист, шипя сквозь зубы, осел на пол, в отчаянии обхватив голову руками.
— За что?? — простонал он. — За что?! Мой Бог…
Я невольно усмехнулась дрожащими губами. Вот оно, осознание… а я уже прошла эту стадию, и горечь в душе сидит мерзлым комком, а не выплескивается бессильными слезами…
Ремеш, кряхтя, поднялся, окинул отчаявшегося Свиста недовольным взглядом.
— Не такой смерти я для себя хотел, — заметил он как-то слишком флегматично.
— А как-кой? — спросила, едва не прикусив язык. Хоть как-то надо обозначить для себя, что я еще жива и борюсь…
Ответил алхимик:
— Он хотел героической смерти… а я, я вообще не хочу умирать! Мой бог…
— Бог тут тебе не поможет! — резко оборвал северянина воин. — Может, стоит облегчить нашу участь? Я могу… — он выразительно поиграл мышцами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
