тело стало полностью их собственностью. Накинув на меня мешок, меня повели в неизвестном направлении. Но сдаваться ещё рано. Я найду этого человека, чтобы любой ценой узнать о своих родителях.
Продолжительное время, я пребывал в темноте. На моей голове было что-то черное. Мешок. Узел, мешок… Да, точно. Стянуть вниз — слишком долго. Придется просто развязать. Отвратительное чувство. Я чувствовал его все время. Когда меня запихнули в мешок, мне казалось, что я погрузился в какой-то жбан с крышкой. Странно, но он был сухим и теплым. А сейчас… Моё лицо уперлось во что-то ледяное и жесткое. Острое? Это нож! Здесь я не один. Я резко стал изворачиваться от того, кто представлял оружие. Должно быть, это был один из охранников. Я с выпадом выставил вперед свой нож. Его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. И в этот момент я сделал наверное непоправимое. Как это ни странно, я полоснул его по животу. Мешок на голове не было для меня помехой. Я прекрасно ориентировался в пространстве без зрения. Так что ощущал себя отлично. Даже лучше, чем в тусклом свете небесного тела.
— Остановиться!
Грубый голос разнёсся по помещению. Нож в моих руках дернулся, как бы признавая поражение. Наступило молчание. Потом прозвучало что — то похожее на смех.
— В твоём то положении глупо было делать это.
Голос для меня незнакомый. В груди появилась тяжесть. Мне стало больно. Кажется, правый бок расцарапан. Это было жутко. Во рту стало неприятно. Холодная кровь текла на живот. Больше я ничего не чувствовал. Но все-таки боль отошла. Просто я стал как-то странно падать. Меня поймали.
— Снимите с меня эту тряпку!
Боль переросла в агрессию к тем, кто поймал меня. С меня сняли мешок. Стало светлее. Над моим лицом мелькнуло лицо пожилого мужчины в дорогом костюме. Теперь я видел комнату.
— Кинз Енкуис.
Человек произносил имя и фамилию с каким-то наслаждением от каждого слога. Чувствовалось, этот человек относится к той категории людей, которые всю жизнь хотят чтобы у них все было лучше, чем у других. Особенно у таких, как я. Что за тип, подумал я.
— Чего тебе надо?
Человек всё больше улыбался и меня это противило.
— Это ты мне скажи.
— Согласился убить меня.
Сейчас я понял, что это был за человек.
— Гергин!
Злость так и вырывалась из меня. Нужно немного успокоиться. Быть хитрее этого. Этот еще не знает, с кем имеет дело. Он поймёт это, когда я встану и сделаю первый выпад. Только бы это сделать сейчас. Иначе меня на пару с мешком сразу же унесут. Хотя нет, он догадывается. Он же знает этот трюк. Надо попробовать воздействовать на него голосом. Тогда он расслабится и подставится.
— Не имею ничего личного.
— Дали задание, нужно выполнять.
Я с ухмылкой посмотрел на него. До победы над ним мне еще далеко. Нужно продолжать. Вопрос: Как? Как действует голос? Тут все решают интонации и контраст. Если после первого же моего слова он скажет мне расслабиться и попробует атаковать, скорее всего я буду иметь реальный шанс победить. Хотя это вряд ли. Вряд ли он решится напасть на меня. Он связал меня не просто так. Ему было что-то нужно.
— Если за это тебе не дали бы кассету, вряд ли согласился бы.
Я опешил. Этот тип застал меня врасплох. Поэтому, услышав его слова, меня всего объяла злость. Все сомнения пропали.
— Ты знаешь моих родителей?
Гергин стал приближаться ко мне. Остановился напротив меня.
— А сам-то как думаешь?
Я не мог больше сдержаться.
— Отвечай!
В руках стала копиться сила. Покалывало приятно. Я был уже на том пике, когда энергия бьет через край. Видимо он понял это по моим глазам. Попробовал обойти меня по кругу. Пора. Главное действовать импульсивно. Я выставил руки в сторону Гергина и тот отлетел в стену. Его наёмники сразу двинулись с места. В маленьком этом помещении они разом могли добраться до меня. Освободив завязанные руки я принялся отражать их удары. Левой рукой я схватил ногу ближайшего ко мной человека, а правой врезал ему в челюсть. Тот улетел в угол, где упал и затих. Правой рукой схватил первого, которого можно было ударить. Поджимая его к себе для устойчивости я перекинул его через себя. Он сразу полетел следом. Не успел он коснуться пола, только попытался закрыться от следующего моего удара. Дальше все произошло очень быстро. Улетел еще один в другой угол. Упал и уже не поднялся. Один из наёмников попытался оказать мне сопротивление, выхватил нож и стал яростно махать им, кружась вокруг меня, словно какой-нибудь фанатик. Несколько раз он попытался ударить меня в голову. Нужно попытаться применить силу! Махая так руками я не смогу победить. Наоборот, буду выглядеть глупо. Именно этого они и ждут. Они будут нападать, бить в чувствительные места, и их преимущество станет очевидным. Пусть я и не боюсь боли, но ведь они уже попробовали меня ударить! Поэтому нужно думать, как лучше.
— Назад!
Моя сила прошлась по помещению и откинуло всех, как Гергина в стены. Нужно было выбираться отсюда. Остатками сил я выбил дверь и стал бежать по коридорам. Опять обернулся. Группы наемников стояли возле выхода. Куда я теперь? Куда угодно, хоть в самую дальнюю комнату, лишь бы вырваться отсюда и чтобы преследователи меня никогда не догнали. Скорее всего, они решат пойти по моему следу. А там может и следы затеряются, если я выберусь за пределы владений Гергина. Стоп. Что я делаю? Мне нужно убить Гергина.
— Черт!
У меня не хватит времени на всё. Я уже измотан. Моя сила исчерпалась. И если сейчас я его убью, то мне и дальше придется бежать. Ведь у него наверняка больше людей. Это плохо. Хоть я никогда раньше не сталкивался с Гергином, я уже понял все. Сколько бы врагов я ни убил, на их место придут другие. Моё время вышло.
Прошлое.
Никто не думал, что все обернется против них. Были ли они наивными? Возможно. Но когда у человека есть мечта — появляется и цель. Что-то сделать. Что-то менять. Что-то… исправить. Пусть даже потеряв навсегда часть себя. Или даже найти то, чего так и не увидел раньше. И это было важнее всего остального. По большому счету, такими, наверное, и были эти пятеро друзей. Они все еще верили в свой проект, в свою команду, хотя давно уже не было той уверенности, которая на протяжении последнего времени была
