Читаем без скачивания Исцеление памяти - Дэвид Симандз

До поездки в Индию мы с Элен год учились в миссионерской школе, где прослушали очень важный курс по тропической медицине. В нем, в частности, говорилось, что половина всех детей в Индии умирает в возрасте до пяти лет. Мы знали об этом факте детской смертности. Однако два года спустя, когда наш десятимесячный сын Дэвид умер в несколько часов от приступа скоротечной дизентерии и мы похоронили его мартовским утром в красной земле Бидара в Индии, Элен и я по–новому поняли, что такое детская смерть.

Конечно же, Бог понимал, что значит быть человеком. Но благодаря Воплощению, Его окончательному отождествлению с нами в страданиях и смерти Иисуса Христа Господь теперь во всей полноте знает и понимает это не только из действительного всеведения, но и из реального опыта.

Теперь мы уверены, что Он знает нас и разделяет наши тяготы. Он стал одним из нас, Он целиком и сполна прожил жизнь человека — от утробы матери до могилы, и поэтому мы знаем, что Он «может сострадать нам в немощах наших» (Евреям 4:15). А раз мы уверены, что теперь Он знает, нужно, чтобы наша жизнь не оставалась той же, что и прежде.

• Участие Его Духа в нашем исцелении. Сочувствующий, понимающий Бог, Который знает нас и заботится о нас, — самая главная излечивающая сила в нашем исцелении. Однако все, о чем мы только что говорили, — это в каком–то смысле прошедшее время, это Христос истории. И поэтому мы благодарны Богу за то, что Он не остался в прошлом. Благодаря действию Святого Духа Христос исторический становится Иисусом сегодняшнего дня и личного опыта. Ведь именно благодаря Духу все, что Христос Своими страданиями, смертью и воскресением сделал возможным, становится действительным в нашей сегодняшней жизни. Святой Дух — по–гречески «параклет». «Рага» — «возле», «рядом», a «kaleo» — «звать», «призывать». Тот, Кто призывает, находясь рядом[1]. И Послание к Римлянам 8:26–27 убеждает нас, что Дух Святой помогает в наших немощах, ущербности и слабости. Греческое слово, соответствующее слову «помогать», состоит из нескольких слов, означающих «соучаствовать, поддерживать с другой стороны»[2]. Какая прекрасная и точная картина — знающий, понимающий и заботливый Бог, отныне участвующий в нашем исцелении!

Такая уверенность складывается в контексте Послания к Римлянам 8:18–28, где апостол Павел говорит о боли и страданиях жизни в этом падшем и несовершенном мире. Даже тварный мир природы «совокупно стенает и мучится доныне» (Римлянам 8:22). Воистину, этот мир — мир страждущий. Затем Павел продолжает: «И не только она, но и мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего» (Римлянам 8:23). Да, природа стенает, и мы, хотя и христиане, стенаем тоже. Но мы не остались в одиночестве. Сам Господь в присутствии Своего Святого Духа тоже стенает с нами. «Также и Дух подкрепляет (нас) в немощах наших; ибо мы не знаем, о чем молиться, как должно, но Сам Дух ходатайствует за нас воздыханиями неизреченными» (Римлянам 8:26).

Это должно стать средоточием нашей проповеди — так невероятна эта Благая весть, для многих наших страждущих слушателей кажущаяся слишком хорошей, чтобы ей поверить. Нам надо проповедовать об этом со всей любовью, сочувствием и пониманием, которые мы способны получить от Духа Святого, всегда открыто рассказывая о собственной жизни, где мы обрели подобное исцеление души и понимающую любовь.

Спасительное принятие в христианской общине

Для создания доверительной обстановки помимо содержания проповеди чрезвычайно важно еще вот что. Пастор в своих проповедях может говорить обо всем, что мы описывали выше. Тем не менее, пока христиане его церковной общины в своих отношениях не будут ощущать того спасительного принятия друг друга, о котором рассказывают проповеди, не будет и атмосферы, необходимой для исцеления. Множество страхов и тревог, которые мешают людям открываться, вызваны болью, причиняемой нездоровыми межличностными отношениями. Как мы уже видели, воспоминания о таких отношениях уходят далеко в прошлое, иногда даже в период внутриутробного развития ребенка. В таких случаях бывает, что люди усваивают всю систему языка разрушительных отношений еще до того, как учатся говорить. Важно, чтобы теперь они могли научиться новому языку здоровых отношений взаимопомощи. Но, чтобы выучить этот язык, сначала нужно слышать, как на нем говорят другие люди. Вот почему церковь играет такую важную роль в процессе исцеления. Христиане, способные поддержать тех, кто борется и страдает, должны окружить этих людей пониманием и любовью. Возможно, иногда им во имя любви придется вступить с кем–то в противоборство, но это всегда будет делаться ради воссоздания нового человека, а не осуждения его. Суровая любовь бывает необходима, но она должна оставаться суровой любовью.

Можем ли мы честно сказать, что именно такова обстановка в большинстве наших церковных общин? Фред Смит, христианский писатель, проповедник и бизнесмен из Далласа, штат Техас, написал на эту тему колкий современный рассказ. С его разрешения я привожу здесь большой отрывок из этого повествования.

«Умоляю, только не в больницу!»

Дикая сцена. Он лежит на улице, истекая кровью; сбивший его водитель скрылся с места происшествия. Ему срочно нужна медицинская помощь. Но он без конца повторяет:

— Умоляю, только не в больницу!

Все удивленно спрашивают, почему.

Он отвечает с мольбой:

— Я там работаю. И мои коллеги удивятся, если увидят меня таким. Они никогда не видели меня грязным и окровавленным. На работе я всегда был аккуратным и здоровым. А теперь я в таком жалком виде.

— Но больница — как раз для больных людей. Мы вызовем «Скорую»?

— Умоляю, не надо. Инструктор с курсов безопасности движения для пешеходов, куда я ходил, будет недоволен мной за то, что я попал под машину.

— Какая разница, что подумает инструктор. Вам нужна помощь.

— Но есть и другие причины: медсестра в приемном отделении будет нервничать.

— Почему?

— Потому что она всегда нервничает, если поступающие не могут рассказать всего, что ей надо записать. Я не видел, кто меня сбил, и я даже не знаю номера машины или прав водителя. Медсестра меня не поймет. Она просто свихнулась на этих записях. А кроме того, у меня с собой нет карточки медицинской страховки.

— И что это меняет?

— Ну, меня таким грязным не узнают и тогда в больницу не положат. Без страховки людей в таком виде в больницу не принимают. Надо же увериться, что они не за счет больницы будут лечиться. Интересы больницы блюдут. Вы меня просто положите на тротуар. Я уж сам как–нибудь. Ведь сам же виноват, что попал под машину. Почему санитары должны об меня свои халаты пачкать? Они меня ругать будут.

С этими словами он попытался отползти в кювет, чтобы его оставили в покое. Удалось ему это или нет — не знаю. Может быть, он и до сих пор пытается самостоятельно остановить у себя кровотечение.

Вас задела эта странная и нелепая история? Она могла произойти в любое воскресенье… в обычной церкви. Я знаю, что такое могло случиться, потому что вчера я спросил нескольких активных прихожан, что они делали бы, если бы их сразил какой–то непозволительный грех. Все они без исключения ответили: «Я точно назавтра не пошел бы в церковь, где бы все меня увидели…» В разговоре по душам мы выяснили, что, случись нам совершить грех, мы скорее пойдем в клуб, чем в церковь… Там мы бы нашли сочувствие и понимание.

Продолжая эту тему, спросим, разве церковь существует для тех, кто притворяется святым, кто хорошо одет и благоухает? Или все–таки для тех, кто истекает кровью, кто знает, что искалечен, и кто хочет выздороветь? Почему этот вопрос перестал быть вопросом для всей церкви и сделался вопросом лишь для меня самого: для одной личности, для одного грешника, спасенного по благодати, для одного человека, стремящегося или изолировать себя в какой–то стоящей над другими группе, или стать вовлеченным в нужды всех других людей?

«Зрите, как любят они друг друга» — победители и побежденные, здоровые и больные, страждущие и благополучные. Мне надо уметь и отдавать, и получать в той церкви, про которую покалеченный человек сможет с надеждой сказать: «Умоляю, отвезите меня в церковь».

Для исцеления памяти нужно сплоченное сообщество верующих, способных, как те четверо друзей расслабленного, отважиться разобрать крышу, чтобы принести своего друга ко Христу для исцеления. Только в обстановке доверия люди смогут вспомнить и осознать наиболее болезненные события своей жизни и тем самым получить шанс на исцеление. Вы можете спросить, как нам создать такую обстановку. Напомню, что Благая весть — это распятый и воскресший Христос. Послушайте, что рассказывает апостол Иоанн о событиях этого первого пасхального вечера: «В тот же первый день недели вечером, когда двери дома, где собирались ученики Его, были заперты из опасения от Иудеев, пришел Иисус, и стал посреди, и говорит им: мир вам! Сказав это, Он показал им руки (и ноги) и рёбра Свои» (Иоанна 20:19–20). Воскресший Христос прошел прямо сквозь запертые двери.