Предо мною слезы лил.
Вот уж вся тебе открылась,
Ты мя ввергнул в злу напасть.
Ах, к чему, к чему вселилась
В грудь мою ты тщетна страсть!
Гасни, гасни, огнь безмерной,
Исцелись, скорбна грудь,
Ну, а ты, о лжец неверной,
Ласки все мои забудь.*
Впервые за долгое время в доме Азарьевых вновь зазвучала музыка и были приглашены гости. Сёстры Захаровы теперь уже стали Азарьевыми и были представлены на этом балу, как дочери хозяина, Павла Александровича...
Как только одобрительные и радостные аплодисменты гостей вокруг смолкли, девушки встали у играющего в стороне оркестра и спели душевную песню. Голоса их, как и нежный вид в прекрасных и таких же нежных платьях, очаровали каждого присутствующего. Слушатели не отвлекались ни на минуту, любуясь столь волшебным моментом вечера.
Пока же пели, сёстры практически одновременно заметили вышедших чуть вперёд из толпы двух кавалеров. Сразу узнали в них Гаспаро и Фабио, хоть те и были одеты в богатые наряды и белокурые парики. Допев и поклонившись вновь под аплодисменты довольной публики, сёстры кокетливо улыбнулись и поспешили подойти к ним.
Ни Гаспаро, ни Фабио, время не теряли. Они в тоже мгновение пригласили танцевать.
-А вы, господа, уверены, что наши танцы уже не отданы иным?! - с удивлением взглянула Алёна и тихонько засмеялась. - Наивные же вы, но... милые.
-Я бы рассказал Вам нечто, что может крайне заинтересовать, - выполнил реверанс Фабио, не сводя глубокого взгляда так, что другие девушки подле аж выпустили вздох доброй зависти.
Не выдержавшая прекрасного трепета внутри Юлия скорее покинула зал. Она уходила, ускоряя шаг, и вскоре убегала по коридору, а там и наверх к своим покоям... Не оглядывалась... Не видела, что Гаспаро шёл следом, тая надежду всё же поговорить с нею и убедиться в сбыточности своих мечтаний...
-Как же так, отец? - встал подле Павла Александровича сын, который до этого неотрывно наблюдал за сёстрами, ставшими вдруг ему семьёй...
Недолго отсутствовавший, он только утром вернулся из путешествия и сразу узнал, что в доме готовятся к музыкальному вечеру, а отец удочерил двух прекрасных барышень. Молчал, пока те не выступили перед довольной публикой, и сразу, как закончилась песня, подошёл к отцу...
-А что? - удивился тот, оторвавшись от беседы с одним из своих друзей.
Они отошли в сторонку, и сын вновь вопросил:
-За что Вы столь жестоко со мною обошлись? Аль невесту сим образом подыскиваете?
-Не тешь себя надеждой насчёт невесты. Была мысль когда-то, но решил не невесту тебе сыскать, а сестёр, - улыбнулся отец.
-Необычный каприз, - натянул улыбку сын.
-Люблю удивлять. Тебе ли не знать, как это приятно, - развёл руками отец. - Мальца, что в дом пробирался, я на улице узнал, проследил. Нет у него никаких денег. Зато, говорят, с тобою он знаком.
-Любопытно, кто ж сей уверенностью полон, что я знаком с вором? - поразился сын. - Да и не бываю я так часто дома, чтоб меня в чём обвинять.
-Верно, - вздохнул отец. - И не обвиняет тебя пока никто ни в чём.
-А коль не обвиняет, то надобно лучше прятать сбережения, чтоб не повадно было в дом лазать, - поднял бровь сын, будто на что намекал, но отец долго смотрел в его глаза и молчал. - А с сёстрами я ещё познакомлюсь. Интересно, кто из чужеродных теперь в доме свободно будет передвигаться и может быть не воровать.
Глядя ему вслед, Павел Александрович молчал. Но не пугали его слова сына, а наоборот,... будто в чём убеждали, от чего в глазах видно стало, как душа плачет от разочарования...
* - Г. Н. Теплов, 1759 г.
Глава 14
-Ах, да сбудется желание моё заветное при помощи Господней. Господь Всевышний помогает, коль о помощи попросишь. Помощь Господня приходит неведомыми путями, но всегда вовремя. Верю, желание заветное моё превратится в реальность в нужный час. События сложатся так, что указан будет должный путь мне. Господь дарует мне то, о чём молю, - тихонько приговаривала Юлия, укрывшись в своей спальне.
Она поглядывала то на ночное небо за окном, у которого стояла, то на платок в руках:
-Завязываю на желание платок свой новый да ждать буду... Аминь, - завязывая узелок, молвила вновь Юлия и глубоко вздохнула.
Подивившись происходящему, подглядывающий за нею из-за двери Гаспаро умилённо улыбнулся. Он осторожно прокрался в комнату и стал подходить к Юлии:
-Милая...
-Ах, кто здесь? - обернулась резко она и встретилась глазами с желанным кавалером. - Вы?
-Я, - ласково молвил он тихим голосом и ответил улыбкой на её нежную улыбку. - Нет мне жизни без тебя,... русская краса...
-Как же так?... Почему я? - смотрела Юлия так, будто вот-вот и волшебные чары околдуют всё её существо окончательно,... навсегда...
-Уж так получилось,... но может не изволишь прогнать, - молвил Гаспаро, а милая читала в глазах его столько надежд, сколько томилось и в ней:
-Никогда не изволю. Сама... такая же, - прошептала она, развязывая узелок и повязывая свой платок милому на шее.
В сладостном головокружении слились губы их в долгом поцелуе, а руки обняли друг друга столь трепетно, что разлучаться не хотелось уже никогда...
-Что же теперь будет? - прошептала Юлия, смутившись и уткнувшись в плечи милого, но он обнимал крепко, становилось спокойно:
-На все условия твоего новоиспечённого папеньки пойду, но не покину тебя никогда.
Только после долгих объятий, после признаний в любви вновь и вновь, вернулись влюблённые в зал, не выпуская рук. Юлия сразу заметила танцующую полонез с молодым кавалером сестру. Гаспаро взглядом указал в сторону друга, который наблюдал за Алёной, и хотел было направиться с милой к нему, как та оглянулась на поманившего пальцем подойти отца...
-Меня зовут, - взволнованно молвила она.
-Что ж, - поцеловал Гаспаро её руку и улыбнулся. - Я скоро вернусь. Только поговорю с Фабио.
Он смотрел в её глаза и видел, как любимая переживает и будто сомневается, что судьба поможет им. Однако в поддержку кивнул, нехотя отпуская от себя и удаляясь к другу...
-Что ж ты, друг мой, так и не объяснился с Алёной? - удивился Гаспаро, видя, как тот следит за каждым движением Алёны и кокетливой её улыбкой кавалеру.
-За многим я слежу, - кивнул тот, будто был спокоен. - Заметил и пренеприятную беседу самого Азарьева с сыном. Что-то между ними не так.
-Плохо, - оглянулся Гаспаро на милую возле отца, которая смиренно стояла и смотрела в ответ.
Молчаливый подле отец беседовал с каким-то важным господином, длинные кудри парика которого не позволяли разглядеть лица, пока тот стоял боком.
-А кто это с ним теперь? - поинтересовался Гаспаро, и Фабио усмехнулся:
-Дворецкий сказал, мол, человек из канцелярии самой государыни. Вхож в сей дом, как дорогой друг. Однако является только тогда, когда грозит некая беда.
-Дурные вести, - взглянул Гаспаро. - Не могу позволить, чтоб какая неприятность приключилась с сёстрами Захаровыми.
-Азарьевы они теперь, дружище, - вздохнул Фабио и вновь смотрел на Алёну, смеющуюся уже с иным кавалером в стороне. - Азарьевы...
-Ах, просим! Просим! Как мило! - донеслись до слуха просьбы окружающих вокруг Алёны, чтобы та исполнила песню у клавесина.
Алёна весело села перед инструментом и улыбнулась публике, которая снова аплодировала. Заиграв задорную мелодию, Алёна бросала игривые взоры и напевала...
Глава 15
Как-то в вечер, в тёплый день,
В лесу послышалась свирель.
Бедняк играл, сидя на пне,
А я гулять шла при луне.
