Себастьяну.
— Потому что он собирается изменить мир.
Себастьян посмотрел на мою подпись, затем сложил бумагу и сунул ее вместе с ручкой обратно в портфель.
— …и?
— И потому что, не будь я в этом замешана, он бы именно так и поступил. Прислушался бы к твоему совету и сделал все, что угодно в СМИ.
Себастьян прищурился.
— И?
— Это начинает раздражать.
— Мне все равно. И?
— Ты получил то, что хотел, какое это имеет значение?
— Именно поэтому и спрашиваю. И?
— И потому, что это поможет миллионам, если не миллиардам людей. Я не имею права этому мешать.
— И?
Я не ответила.
— И? — настаивал Себастьян.
— …Потому что я люблю его, — тихо сказала я. — И я не хочу, чтобы он жертвовал всем ради меня.
Себастьян откинулся на спинку дивана и замолчал. Он выглядел странно умиротворенным.
Затем вытащил свой телефон и пару раз постучал по экрану пальцами, поднес его к уху. Кто-то ответил по первому гудку.
— Вы с Коннором можете вернуться, — сказал он, глядя на меня с совершенно нейтральным выражением лица. — Мы с Лили закончили.
12
— О чем вы говорили? — подозрительно спросил Коннор, как только вернулся в комнату.
— Я хотел узнать, почему Лили согласилась, — ответил Себастьян.
— Если все получится, — сказал Коннор.
Себастьян пожал плечами.
— Если все получится.
Коннор перевел взгляд на меня.
— И каковы твои причины?
— У нее правильные причины, — прервал его Себастьян. — Теперь мы должны обсудить план атаки…
— Каковы твои причины? — повторил Коннор, пристально глядя на меня.
— Потому что это правильно, — сказала я. — Потому что слишком много людей могут извлечь из этого пользу, я не могу этому помешать.
Коннор покачал головой.
— Это благородно, но… ненавижу сравнивать себя в любом виде или форме с Мирандой, но теперь я поняла, почему она сказала, что нет никакой пользы от долгих бесед, а затем просто поставила ультиматум и ушла.
Хождение по кругу было утомительным. И бессмысленным.
— Себастьян попросил меня подписать соглашение о неразглашении, — сообщила я.
Коннор остановился на полуслове, широко открыв рот.
Себастьян посмотрел на меня, как на СУКУ.
— И спросил меня, сколько денег я хочу за подпись, — добавила я.
Теперь Себастьян выглядел так, будто готов был называть меня кем-то похуже.
Коннор повернулся к своему помощнику, его глаза горели.
— Черт возьми, Себастьян…
Я подписала соглашение и сказала, чтобы он засунул деньги себе в задницу, — закончила я.
Коннор в шоке оглянулся на меня. Глаза Себастьяна тоже расширились от удивления.
Джонни хихикнул в углу.
— Не нужно ничего подписывать, Лили, — тихо сказал Коннор.
— Я знаю, но все равно это сделала.
Коннор поморщился, затем повернулся к Себастьяну и протянул руку.
— Дай мне соглашение. Я порву его.
— Юрист согласен со мной на сто процентов…
13
— Нет, — сказал Коннор после пяти минут разговора. Он все еще сопротивлялся этой идее.
Себастьян вцепился пальцами в волосы, словно собирался выдернуть их с корнем.
— КОННОР. На секунду забудь о Лили.
— Но…
— ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО мысленно, хорошо? Скажи, что она какая-то случайная шлюха, которую ты подцепил. Ой, подожди, в принципе так и есть…
— ЭЙ! — крикнула я.
— Хорошо, скажи, что она Миранда.
— Это еще хуже!
Он отмахнулся от меня.
— Не обижайся, это такое упражнение для размышлений, — он снова повернулся к Коннору. — Так что ты сделаешь?
— Если это Миранда? И я знаю то, что знаю сейчас?
— Конечно.
— Я бы заставил ее колебаться, думать, что я сделаю в следующий момент.
— И ты знаешь, что каждое ток-шоу в Америке готово тебя пригласить. Опра, Эллен, Леттерман, Лено — они все захотят тебя. Каждый журнал, каждая новостная программа, каждое ток-шоу в Америке.
— 100 миллионов долларов на бесплатную рекламу, — с горечью сказал Коннор.
— Я почти уверен, что смогу превратить их в 200 миллионов долларов. Полная медиа-насыщенность, когда сотни миллионов глаз прилипли к своим телевизорам, просто в ожидании, чтобы увидеть, что ты скажешь. А ты можешь говорить все, что хочешь. Что думаешь? — спросил Себастьян, а затем подчеркнул: — Если Лили останется за кадром.
Коннор вздохнул.
— Я перейду в наступление. Пойду на каждое шоу, которое могу посетить за 24 часа. Ничего не стану скрывать, всем скажу, что мои родители и бывшая пытаются меня шантажировать.
— И ты спасешь мир от старых, злых придурков, пытающихся подавить всех остальных из-за денег.
— Но Лили… — возразил Коннор.
— Лили готова принести жертву, чтобы все получилось… по своим, правильным причинам, — сказал Себастьян, не глядя на меня. Я была благодарна за это. — Теперь соберись и покажи, что у тебя столько же яиц, сколько и у нее.
Я хихикнула.
Коннор, Себастьян и Джонни посмотрели на меня.
Я кашлянула.
— Эм… ну знаете… мало того, что яйца у меня… так еще и это слово звучит забавно, вылетая изо рта Себастьяна.
— По этому поводу я знаю одну грязную шуточку…. — начал Джонни.
— СТОП, — крикнул Себастьян, подняв руку, как одна из Supremes (Прим. перевод. Американская девичья группа, трио. Считаются самым успешным американским музыкальным коллективом 1960—х годов и до сих пор считаются самой успешной женской группой.).
Коннор стоял рядом со мной. Я взяла его за руку и посмотрела на него.
— Себастьян прав, — сказала я. — Они только что подарили тебе прекрасную возможность, если ты ею не воспользуешься они тебя обдерут до нитки. Так что сделай это.
Коннор посмотрел на меня сверху вниз, на его лице сохранялось противоречивое выражение.
— Я бы отказался от этого ради тебя, — прошептал он.
— Знаю, — сказала я. — Вот почему я не хочу, чтобы ты это делал.
Он помолчал еще несколько секунд.
— Я буду защищать тебя, насколько смогу, — пообещал он.
Я улыбнулась.
— Это я тоже знаю.
Затем он помолчал еще десять секунд, и наконец, повернулся к Себастьяну.
— Хорошо… что мне делать?
— Ничего, — сказал Себастьян, довольный как моллюск, высунувшийся из своей раковины. — Теперь это дело на мне.
14
Я никогда не видела живую версию тасманского дьявола — знаете, коричневый кружащийся циклон из мультфильмов о Багз Банни? — пока не увидела, Себастьяна в деле. Он расхаживал взад и вперед по номеру, один телефон приложив к уху, на другом же он листал список контактов. Очевидно, этот парень знал почти всех, кто работал на телевизионных новостях и продюсеров ток-шоу в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе.
— Джон, ты первый, кому я звоню по этому поводу.
— Ингрид, ты первая, кому я звоню по этому поводу.
— Алия, ты первая, кому я звоню по этому поводу. Что, Джон тебе написал? К черту
