Читаем без скачивания Сердце проходчика - Николай Калиниченко

Юноша сжимал в руке половинку большой плоской раковины, из которой медленно выкатывались на пол светящиеся пушистые шарики.

– Я купался… в море, и там… эти штуки светятся… подумал – красиво, принесу, покажу тебе… – прохрипел молодой человек.

Клио бросилась к нему, обняла. Потом подняла голову и снизу вверх пристально посмотрела на Аякса.

– Пошел прочь. Не хочу тебя больше видеть. Никогда. Слышишь? Никогда! – Каждое слово тяжело падало в густой влажный воздух.

Несколько больших шагов. Левой-правой. Вот и берег, белеет язык причала. У резных опор, словно верная собака, притулилась маленькая лодка. Настил опасно затрещал под непривычной тяжестью. Выбраться на край. Застыть, вслушиваясь в рокочущий голос грозы. «Падай, падай, – шепчет припавший к горизонту советчик-гром. – Ты больше не нужен. Совсем». Вода легко приняла железное тело, просочилась внутрь, омыла механизм, добралась до сердца. Аякс погружался, пропитываясь темнотой. Все глубже и глубже, пока внизу не забрезжил свет далеких окон. Вот он достиг прозрачного дна. В сущности, это была просто плотная пелена, не дающая воде пролиться на город. Вот прямо под проходчиком показалась большая летающая лодка. Ее борта украшали зеленые фонари, по широкой палубе гуляли люди. «Мне нужно вниз», – подумал Аякс. – Еще ниже». И завеса поддалась.

Что-то оборвалось внутри. Натянутая до предела нить не выдержала напряжения. Вслед за этим пришло ощущение щемящей пустоты. Клио вскочила с кровати. Рядом уютно сопел Милош – после погрома, учиненного проходчиком, они перешли в комнату молодого человека. Ветер легко перебирал полупрозрачную завесу, свистали в саду крылатые рептилии, шумело море. Море! Отчего-то именно море казалось девушке источником беспокойства. Она поднялась, накинула легкий вышитый халат. Шелк приятно холодил кожу.

На пляже было пусто. Гроза шла стороной. Темная масса воды ворочалась у берега, словно большой беспокойный пес. «Аякс! Связь прервалась! – цепенея, поняла девушка. – Директор приказывает. Проходчик выполняет». Что там она ему сказала? Велела убираться? Клио редко помнила дословно, что говорила в запале. Сейчас она жалела об этом. Железный болван! Чего он хотел, врываясь в комнату? Голос самооправдания – вопль базарной торговки – смыла едкая волна утраты.

– Что ты сделала, Клио? Что натворила? – От дома по тропинке спешил Вирион в сопровождении слуг. На нем были все те же багряные одежды. В ухе торговца тускло блеснула серьга. Похоже, хозяин не ложился.

– Я прогнала Аякса, – едва слышно прошептала Клио.

– Он на острове? – Игар схватил девушку за плечи, повернул к себе, заглянул в глаза. – Нет? Он что… упал в море? – бородач отвернулся, долго буравил взглядом горизонт, на его скулах играли желваки. – Ты хоть понимаешь, что произошло? – Вирион повернулся к стеклянным слугам. – Принесите кресло! Ненавижу думать стоя!

Через минуту Клио и Вирион уже расположились в удобных ложементах.

– Так-то лучше, – хозяин встряхнул рукавами своего одеяния, освобождая предплечья. – Попробуем отыскать его.

– Но разве он… не на дне?

– Это был бы лучший из вариантов. – Клио не видела, что сделал Вирион, но море перед ним внезапно поднялось ровной стеной в человеческий рост, да так и застыло, превратившись в гладкую полупрозрачную преграду. Мерцающая плоть водной завесы потемнела и вдруг разродилась картиной. Город истекал абрикосовым пламенем фонарей. По улицам двигались толпы людей в разнообразных причудливых костюмах. Всюду сновали стеклянные слуги. Изображение изменилось, показывая обширный парк, а затем водяное зеркало выстрелило целой серией образов. Картинки быстро менялись, так что у Клио закружилась голова. Вирион мягкими движениями заставлял изображения приближаться и отдаляться. Потом торговец вдруг прекратил тасовать пейзажи, выругался, полез в карман и вдруг швырнул что-то в зеркало. Изображение тотчас переменилось. Город отдалился, и невидимый наблюдатель оказался между поверхностью парящего моря и землей. На них медленно надвигался летающий корабль. Шестирукий золотой демон украшал нос воздушного судна. На палубе танцевали и совокуплялись несколько сотен человек. Клио услышала возбужденные крики разгоряченной танцем толпы, почувствовала запах табака и благовоний.

Внезапно картинку перекрыло лицо. Крупные черты, небритые щеки, тяжелый взгляд маленьких черных глаз. На лбу тонкий обруч. Белый металл неожиданно вспыхнул, и лицо изменилось. Исчезли мешки под глазами, морщины разгладились, в мгновение ока человек сбросил полтора десятка лет.

– Здравствуй, Вирион!

– Нексар, – коммерсант ухмыльнулся, – неважно выглядишь. Молодость барахлит?

– Я бы на твоем месте не ерничал.

– Отчего же?

– У меня твой железный человек, – Нексар отошел в сторону, открывая палубу корабля и стеклянную призму, в которую был заключен Аякс. Клио вздрогнула, хотела подняться, но Вирион жестом велел ей оставаться на месте.

– Так, – пальцы аппликатора сжались на подлокотниках, – зачем тогда говорить со мной? Ты добился своего.

– Не до конца. Мне нужен доступ к твоей семейной Двери, – человек в зеркале скривился, словно съел что-то кислое.

– Не хочешь ждать пятнадцать лет? Понимаю… – Вирион помедлил, пристально разглядывая своего собеседника. – Значит, обмен?

– Как в былые времена… – кивнул Нексар, и его лицо на мгновение снова состарилось.

Изображение поблекло, вода вновь обрела свои привычные свойства и рухнула на камни.

– Кто этот Нексар? – обеспокоенно спросила девушка.

– Поверить не могу. – Вирион с досадой швырнул бокал на землю. – У него не было ни единого шанса. Я обставил его… обставил, как мальчишку! И вот глупая случайность переворачивает все с ног на голову! Скажи, скажи мне на милость, почему ты игнорировала проходчика? Чего ради держалась с ним так холодно?

– Я… я боюсь его, – еле слышно прошептала Клио. Слезы душили ее.

– И поэтому гонишь? – Игар встал и сверху вниз посмотрел на Клио. – Знай же, что твоя несдержанность привела Аякса в руки тех, кто штурмует сейчас Фабрику.

Вирион и Нексар сговорились встретиться в районе Хранилищ. Это было обширное пространство, заполненное опустевшими кладезями артефактов и пышными усыпальницами благородных семейств. Обширные зиккураты, усаженные живыми цветами, покрытые мхом статуи давно забытых богов и демонов, золоченые драконы, сжимающие кольца вокруг вытянутых шпилей. Это был город гигантов, многоуровневая запутанная система, стремящаяся равно и вверх, и вниз. Старые склепы, покрытые патиной запустения, соседствовали с едва построенными, щеголяющими разноцветным камнем и свежей, еще не знавшей дождя кровлей. Рядом со входом в новые гробницы курились благовония и лежали живые цветы. Над каждым саркофагом и могильным камнем тлел синий огонек, живо напомнивший молодым людям дрейфующие звезды. Милош нечаянно задел один из светочей, и тот, разгоревшись, показал улыбчивое лицо молодой женщины.