против друга мы никогда не сражались. Глаза как будто заволокло лиловым туманом. Все, что я чувствовала – это переполняющий меня гнев.
- Дамы, - раздался голос Верена, - заранее приношу свои извинения, но другого выхода нет.
Я стремительно повернулась, чтобы высказать этому умнику все, что я о нем думаю, но успела увидеть только летящий в меня кулак, и наступила темнота.
Глава 8
Очнулась я в сумерках с жесточайшей головной болью, но, странное дело, никакой злости не чувствовала. Я лежала на земле, рядом спала Торстен и сидел Верен. Вместо лиловых холмов вокруг простиралась равнина, поросшая обычной травой, а на горизонте виднелись очертания реки Янгар, отделявшей Ничейную Пустошь от Половинных земель.
Только увидев реку, я поняла, как сильно хочется пить, а еще осознала, что мы наконец выбрались.
- Как ты догадался? – Не стоило ругаться с человеком, спасшим меня от участи убить подругу или быть убитой ей. Еще неизвестно, что хуже. А вот поблагодарить за удар по голове, до сих пор отдававший гудением в ушах, было бы заслуженно.
- Раньше вы вроде не проявляли желания вцепиться друг другу в горло, - спокойно ответил князь, судя по всему, никакой неловкости не испытывавший. Видимо, не впервой ему бить девушек.
Я кивнула на лежавшую подругу:
- Она вообще жива? Рука у тебя тяжелая.
- Спит. Сонная иголка оставалась всего одна, так что тебя пришлось успокоить по-другому, - непринужденно ответил Верен.
- То есть, ты не только избил меня, но еще и ограбил? Когда только успел! И этот человек хаял воровское занятие! – фыркнула я. Разозлиться по-настоящему не вышло, ведь результат был, как говорится, налицо.
- А ты сам ничего не почувствовал?
- Да, появилась злость на вас обоих. И руки прямо зачесались как следует треснуть. Видимо, от этого фиолетового мха. Поэтому решил оттащить вас подальше.
Я вспомнила лиловый туман перед глазами. Похоже, он и правда был причиной вспышки ярости. И чем выше уровень магических способностей, тем сильнее эффект. Поэтому князя, с его слабой искрой, задело слегка, а нас по полной. А я-то считала Ничейную Пустошь более безопасным местом, чем Черный лес! Получается, что это единый край, враждебный всему волшебному.
Как там бедный дракончик в моем заплечном мешке? Словно в ответ этим мыслям яйцо пошевелилось. Слегка, но это значило, что близится миг появления дракона на свет. Покосившись на Верена, я решила покончить хотя бы с частью недомолвок.
Сорвала несколько травинок, пошептала – на этот раз у меня почему-то получился соловей. Подкинула его в воздух и отправила лететь к Учителю, с рассказом о том, что я выбралась из Чернолесья, а вместо маленького дракона у меня имеется алмазное яйцо. Повернулась к своему спутнику. Вместо ожидаемого удивления или даже злости на его лице была написана скука, смешанная с насмешкой. Может, так и лучше.
- Давно понял? – поинтересовалась я.
- Что ты на самом деле ведьма и все время мне врала? – холодно улыбнулся князь. Сейчас он выглядел настоящим вельможей, как при разговоре с герцогом, и подавлял своей властностью. Ну я-то не герцог, меня подавить не так просто.
- Подумаешь, небольшое умолчание. Ты тоже не поспешил мне рассказать всю свою жизнь вообще-то.
- Чего еще ожидать от ведьмы! Ложь для вас привычна, как дыхание.
Мне стало смешно:
- Ты так реагируешь, как будто тебе и впрямь предстоит на мне жениться и провести вместе остаток дней. Не волнуйся, скоро выберемся в людные места и разойдемся каждый своей дорогой. А пока придется тебе потерпеть аж двух магичек рядом.
Верен скривился:
- Ты это обещаешь с момента нашей встречи. И продолжаешь таскать меня за собой!
- Вообще-то я тебя не держу. Свободен идти на все четыре стороны.
Да что это с ним? Разнылся, как маленький. Я прямо-таки не узнавала своего обычно немногословного спутника. Может, снова что-то вроде лилового мха в округе? Только действует на людей без волшебных способностей, вызывая у них ненависть к колдунам и ведьмам. В случае с Вереном семена попали на благодатную почву. Прервав поток новых обличительных речей в свою стороны, я злорадно сказала:
- Это для твоего же блага.
Ментальным усилием перевернула и от души приложила головой об землю. Князь мешком упал на землю и затих.
Торстен зевнула:
- Сурова ты. Подумаешь, не любит нас человек. Зачем же его сразу бить?
- Иногда очень хочется бить людей, просто не могу удержаться, - покаянно ответила я. А потом рассказала о враждебной местной растительности. Теперь нам предстояло добраться к реке вместе с бесчувственным телом князя, чтобы поскорее покинуть негостеприимный край. Волшебные способности вернулись, поэтому тащить Верена на закорках нам не пришлось. Мы по очереди удерживали его в воздухе и энергично шагали к приближающейся водной глади. Я решила воспользоваться случаем и разобраться с остатками тайн в нашей маленькой компании.
- Что у тебя с Учителем?
Торстен заметно смутилась. Будучи светловолосой и белокожей, она легко краснела, вот и сейчас лицо окрасилось румянцем.
- Я сбежала. Он предупреждал, что не надо верить герцогу из Чернолесья, и отговаривал меня от поездки. Оказался прав, как видишь.
- Зато теперь напишешь монографию про эти гиблые края, - приободрила я. Зная подругу, могла быть уверенной, что она уже обдумывает ее содержание.
- Мне кажется, за последние пару десятков лет мы первые известные ведьмы, которые пробыли там столько времени и выбрались живыми.
- За последние двадцать семь лет, если точнее, - рассеянно кивнула целительница.
- А что там за история с невестой и отравлением? – заинтересовалась я.
Почему-то до этого я думала, что Торстен проезжала мимо и не смогла отказать безутешным родственникам в попытке вылечить девушку. Хотя, если подумать, проезжать мимо Черного леса ни одной ведьме и в голову бы не пришло. А теперь оказывалось, что ее пригласил сам герцог. Дело принимало еще более дурной оборот.
- Да нет у него никакой невесты, - раздался хриплый голос Верена. – Маргус хочет породниться со знатным родом из Половинных земель, но никто не отдаст свою дочь в эти края. Местные побоялись бы ему отказать, но они его не интересуют. Во всяком случае, в качестве будущей жены.
Судя по описанию, герцог был еще более неприятной личностью, чем казался с виду. Я пожалела, что не приложила его чем-нибудь тяжелым вместо сонной иголки, когда была такая возможность.
-
