Вернувшись домой, Джейн обнаружила, что Бу-Бу, оставшись в одиночестве, разодрал одну из диванных подушек, и теперь ее набивка разлетелась по всей гостиной. Джейн закрыла глаза и сосчитала до десяти. Потом еще до двадцати. Не было смысла сердиться на кота — он скорее всего не понимал, что делал, и являлся жертвой обстоятельств.
Джейн потянулась к Бу-Бу, но тот зашипел. В таких обстоятельствах она обычно оставляла кота в покое, однако сейчас все же подхватила его на руки и провела пальцами по шерстке на загривке.
— Бедная киска, ты, наверное, не понимаешь, что происходит?
Бу-Бу снова зашипел. Потом вдруг раскатисто замурлыкал.
— Потерпи четыре недели и пять дней. Это всего тридцать три дня. Не такой большой срок.
Продолжая ласкать кота, Джейн понесла его на кухню и опустила на пол перед пушистой игрушечной мышкой. Бу-Бу тут же набросился на мышь.
«Ничего страшного, — думала Джейн. — Растерзал диван? Что же тут такого? Мать приедет, ужаснется нанесенному дочери ущербу и за все заплатит. Нужно просто пережить небольшое неудобство».
Умиляясь собственному мягкосердечию, Джейн подошла к окну и тут же нахмурилась при виде коричневого «понтиака». Но машина подъехала тихо, и было совершенно очевидно, что сосед поменял глушитель. Что ж, если так… Джейн мысленно поставила преграду потоку раздражения.
В этот момент сосед вылез из машины и направился к двери. На нем были свободные брюки и белая рубашка; незатянутый галстук болтался на шее, а пиджак висел на сгибе локтя. Сосед выглядел очень уставшим. Когда он переступал порог, Джейн заметила у него на ремне большую черную кобуру. Она впервые видела его в нормальной одежде, а не в драной майке, и от этого даже растерялась — словно произошло нечто невероятное… А может, ее смутила кобура? Одно дело знать, что он коп, совсем другое — узреть это воочию. Тот факт, что он не в униформе, свидетельствовал лишь об одном: ее сосед не патрульный офицер, а детектив.
Но неужели он опять завалится спать? Единственный способ выяснить — пойти и постучаться в его дверь. Но ведь при этом можно его разбудить… Ладно, придется отказаться от стрижки газона, пока он дома. Однако это вовсе не означает, что она стерпит, если он побеспокоит ее. Равноправие так равноправие. Просто следовало с ним как-то ужиться… Ведь не исключено, что они останутся соседями на долгие годы.
О Боже, эта мысль ужасно ее угнетала.
В половине восьмого она устроилась в кресле — решила посмотреть телевизор и немного почитать. Джейн частенько проделывала одновременно и то и другое, а если на экране происходило что-нибудь занимательное, она отрывалась от чтения. У ее локтя стояла чашка с зеленым чаем, и Джейн время от времени делала глоток, нейтрализуя токсины в своем организме.
Но покой длился недолго — грохот за окном заставил ее вскочить и сунуть ноги в сандалии. Джейн бросилась к двери; она с детства помнила этот звук — тогда отец брал ее на испытательный полигон, где устраивали столкновения машин.
Повсюду над парадными зажигались огни, и из дверей, как черепахи из панцирей, высовывались головы любопытных. Под ближайшим фонарем дымилась груда искореженного металла, и Джейн, приготовившись увидеть самое страшное, побежала еще быстрее.
Тут стали появляться и ее соседи, в основном пожилые люди — женщины в домашних платьях и мужчины в майках. Послышались возбужденные детские голоса. Матери пытались отогнать детей подальше, а отцы приговаривали: «Осторожно, не подходите, может взорваться».
Джейн видела много аварий и по опыту знала, что взрыв маловероятен, но зато пожар вполне возможен.
В этот момент дверца машины распахнулась, и из-за руля выскочил молодой человек.
— Идиоты! — заорал он. — Кто ее здесь поставил?! — Оказалось, что он врезался в багажник припаркованной у тротуара машины.
Из ближайшего дома выбежала молодая женщина; ее глаза расширились от ужаса.
— Господи! Моя машина! — закричала она. Молодой человек тут же накинулся на нее.
— Глупая сука! — завопил он. — Какого дьявола ты ее здесь поставила?!
Парень был пьян. От него так разило, что Джейн невольно отступила на шаг. Стоявшие рядом люди в возмущении зашумели.
— Эй, кто-нибудь, сходите за Сэмом! — раздался чей-то голос.
— Я пойду, — вызвалась миссис Кулавич; она быстро зашагала по улице.
«Интересно, а где же он?»— подумала Джейн. Все, кто жил на ее улице, уже собрались у места аварии. Владелица пострадавшей машины тихонько плакала, зажимая рот ладонью. Рядом с ней переминались с ноги на ногу два мальчика, очевидно, ее сыновья.
— Идиотка! — снова заорал пьянчуга, подступая к плакавшей женщине.
— Эй, — одернул его один из пожилых мужчин, — попридержи-ка язык!
— И не подумаю! — отозвался парень и толкнул женщину в плечо.
Тут Джейн наконец не выдержала.
— Эй, приятель, оставь ее в покое! — потребовала она.
— Да-да, перестаньте! — крикнула какая-то женщина.
— Заткнитесь! — огрызнулся парень. — Эта глупая тварь разбила мою машину.
— Ты сам ее разбил. Напился и врезался в припаркованный автомобиль.
Джейн понимала, что убеждать пьяного — напрасный труд. К несчастью, парень, хоть и напился, твердо держался на ногах. Он снова толкнул плакавшую женщину. Та, отшатнувшись, споткнулась о корень дерева и упала на тротуар. Ее дети тут же заплакали.
В следующее мгновение Джейн подбежала к парню и оттолкнула его от женщины. Он попытался сохранить равновесие, но, не удержавшись, рухнул на асфальт. Затем с руганью вскочил на ноги и бросился на обидчицу. Джейн увернулась и ударила парня ногой. Он покачнулся, однако на этот раз устоял и, сжав кулаки, снова шагнул к Джейн.
Она машинально приняла боксерскую стойку, которой научилась во время боев с братом. Впрочем, они давно уже не тренировались, и Джейн прекрасно понимала, что у нее нет никаких шансов. Она слышала возбужденные голоса, но они доносились до нее словно издалека.
— Эй, кто-нибудь, позвоните девять-один-один!
— Сэдди, беги за Сэмом, он во всем разберется!
— Я уже позвонила, — послышался чей-то голос.
Пьянчуга вновь бросился на Джейн, и на сей раз ей не удалось увернуться. Однако и она нанесла противнику несколько ощутимых ударов. Но вот его кулак угодил ей в грудь, и в следующее мгновение оба повалились на мостовую. Соседи помоложе пытались оттащить парня, а некоторые из стариков пинали его ногами.
Джейн, падая, ударилась затылком о мостовую, и в глазах у нее потемнело. Но минуту спустя, изловчившись, она изо всех сил ущипнула противника за живот. Парень взревел, словно раненый буйвол. И вдруг отлетел в сторону, будто весил не больше подушки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
