И тут же остановился, стоило переступить порог. Это всегда волнительное действие — оказаться первый раз внутри недавно возведенной обители рунных воинов. Любой мастер войны воспринимал их больше, чем обычными магическими конструктами, кем их считали все остальные.
Мастера войны устанавливали со своими подопечными связь на уровне полного слияния. Через ментальную проекцию управляли искусственно созданными существами, воспринимая их частью себя. Парили в форме невидимого фантома над полем боя, пока их создания внизу сражались и умирали.
Подумав о битве Ксарос нахмурился. Радиус действия заклинания контроля ограничен, плюс этот несуразный магический фон, разорванный на лоскуты. Неужели придется усовершенствовать Форпост, чтобы увеличить зону контроля? Для этого понадобится значительно больше энергии, чем они использовали сейчас.
И тут же сам себе возразил: зато это даст огромное преимущество, находясь в Крепости, он сможет управлять рунными воинами на значительном расстоянии. Воевать издалека, причем командовать не отдельными солдатами, а целыми отрядами.
Собственно поэтому, таких как он и называли мастерами войны. Они умели сражаться, играя роль полководца, оставаясь над войсками, управляя ими, как самим собой. Ощущая частью себя, пройдя через слияние — специальное заклинание, позволяющее управлять рунными воинами, подобиями, как называли их имперские искусники.
Ксарос вздохнул и прошел дальше, ощущая, как прохлада главного помещения Казармы окутывает со всех сторон. Внутри здание делилось на две неравномерные части: первое перед входом — узкое и пустое, переходное помещение, служащее заслоном, и второе — основное, где происходило таинство создания. Именно туда уверенно шагнул Ксарос, быстро минуя меньшую часть.
И снова остановился, на этот раз цепко оглядывая два ряда длинных подножий, на которых стояли искусственные тела подобий. Рунные воины имели слегка голубоватую кожу, твердую на ощупь, но при этом упругую. Разумеется, никаких половых признаков. При этом тела выглядели как у хорошо физически развитых мужчин, но слегка сглаженные — результат постэффекта магического преобразования.
Этакие болванки, готовые стать всесокрушающим оружием.
— Санкхир! — четко произнес Ксарос и ближайшая к нему кукла послушно открыла глаза.
— Цекубе! — вновь скомандовал мастер войны, и рунный воин послушно сошел с постамента.
Ксарос обошел его по кругу, придирчиво оглядывая на предмет повреждений или дефектов конструкций. Но подобие оказалось идеальным в своем исполнении — гладкая поверхность, цельная монолитная оболочка, каким и должно быть.
— Неплохо, — мастер войны довольно улыбнулся. Подобие получилось превосходным, несмотря на сложности с необычным магическим фоном.
Рунный воин был голым, лысым, внутри кроме маны ничего не имел, и поэтому теоретически мог считаться неуязвимым. Но Ксарос знал, что это лишь видимость. Рунных воинов не раз уничтожали, иногда используя странные полиморфные плетения, умеющие разрушать внутренние связи субстанции, из которых создавали големов, а иногда пуская в ход гигантские физические воздействия, вроде стенобитных таранов и сброшенных с огромный высоты камней.
В общем, убить подобие можно, но для этого придется очень сильно постараться.
На ум пришел фрагмент воспоминаний, где испанские аборигены на палубах огромных кораблей стреляют из пушек. Слышится грохот, массивное орудие откатывается назад, выплевывая из жерла огромное ядро.
Что-то подсказывало, что если такой снаряд попадет в подобие, то оно не останется целым. Маленькие металлические шарики еще, наверное, выдержит, но точно не тяжелое ядро, летящее с большой скоростью.
— Надо будет следить за этими пушками, — скривился Ксарос, мельком подумав о прочности стен, которые сейчас возводила Ксана.
А еще Стрелковые башни, логика говорила, что их уязвимость перед странным оружием местных, тоже можно смело ставить под сомнение. И дернули же боги аборигенов изобрести такую гадость.
Впрочем, думал об этом мастер войны без особого страха, его учили бороться до конца, даже когда ситуация выглядела критической. Или необычной. Или любой другой, куда могло занести передовой отряд экспедиционного корпуса.
— Саръяк! — махнул он рукой подобию.
Воин послушно четко развернулся через плечо, встав лицом к выходу. Ксарос помедлил и приказал куда громче:
— Сека санкхир!
Все рунные солдаты одновременно ступили с постаментов, выполняя разворот, одновременно выстраиваясь в двойную линию. Абсолютно одинаковые, с неестественным голубоватым оттенком кожи, они пустыми глазницами смотрели перед собой, подчиняясь услышанному приказу.
Это была модель Щитоносец — стандартное подобие, созданное на основе совокупности сбалансированных характеристик. Идеальный вариант для ближних схваток. Хозяева царства вечного сумрака часто и с удовольствием использовали этих солдат в ново открытых мирах, для установления своего тотального превосходства.
Ксарос испытывал соблазн прямо сейчас провести слияние, но помня старинную поговорку мастеров войны: — «неумная торопливость ведет к поражению», не спешил предоставив рунным воинам сначала экипироваться.
Дорога вела в Арсенал, где лежали готовые комплекты снаряжения: наплечники, поножи, нагрудники, наручи и закрытый шлем с узкой прорезью для глаз. Полный набор, чтобы защитить воина в бою. Оружие — длинный тяжелый одноручный меч. На вторую руку вещался массивный щит, давший название модели этих воинов.
Подумав о броне для големов, Ксарос прищурился — интересно, как ее элементы покажут себя против огнестрельного оружия местных. Выдержат ли встречу с металлическим шариком, выпущенным из пистоля. А если да, то какой при попадании тот все же нанесет урон.
Это требовало отдельных раздумий, а еще лучше испытаний, благо Догар прихватил с места битвы несколько экземпляров стреляющих штук с изогнутой ручкой. Как ими пользоваться Ксарос примерно представлял, почерпнув знания из памяти испанского солдата.
Мастер войны начал выводить рунных воинов наружу, предстояло укрепить крепость и подготовиться к обороне. Предчувствие подсказывало, что вскоре к ним обязательно заявятся нежданные гости.
Глава 6
Глава 6.
— Ба-ах! — воздух разорвал грохот выстрела, прокатился между стенами зданий и вернулся обратно, заставив соргов поморщился. Вверх взметнулся белесый дымок сгоревшего огненного зелья, принеся с собой неприятный запах.
— Громкая штука, — Ксарос повертел в руках разряженный пистоль, только что выпустивший пулю по цели. Элемент брони, куда попал металлический шарик, кувыркнулся с подставки и упал на пыльную землю.
— Вы попали, льер, — сообщил Догар, поднимая пластинку.
— Будто я этого не увидел, — проворчал Ксарос, но с интересом посмотрел на поднесенный щиток. Судя по форме, это был наплечник, и, похоже, пуля его неплохо помяла.
— Пробития нет, но вмятина серьезная, — заметил мастер клинка, как и Ксарос внимательно изучая образец, служивший мишенью.
Испытания проводили за Форпостом, где Ксана уже поставила первые секции намеченной стены. Возводить периметр решили частями, в первую очередь прикрывая южное направление, где находилось море. Предчувствие говорило, что именно оттуда придет опасность.
— Давай еще раз, — велел мастер войны.
Воин послушно отбежал, поставив наплечник обратно. Ксарос слегка неуклюже зарядил пистоль, процедура оказалась трудоемкой и долгой, оставалось только удивляться, как у испанских солдат получилось стрелять так часто, когда одна зарядка занимала столько времени.
— Должно быть дело в сноровке, — заметил Догар, словно прочитав мысли командира.
Ксарос не ответил, занятый борьбой с дурацкой воняющей штукой, хотелось выбросить ее подальше, и больше не трогать, но разум понимал, что оружие врага нужно внимательно изучить, познав его сильные и слабые стороны.
