о том, что нас встретила дриада. На этот раз древесный человек был не в виде громадного и явно боевого голема, а в виде весьма красивой, хоть и весьма смущающей статуи. Деревянной, как понятно, тёплого цвета, с волосами-листвой. Очень красивой девушки, только совсем голой. И детали как проработаны! Я, по-моему, даже покраснел, разглядывая. А Креп насмешливо фыркнул:
— Может, тебе всё-таки перед отлётом сходить в бордель, парень?
— Не-не-не… Ну в смысле не хочется, мастер Креп, — ответил я, в очередной раз не к месту вспомнив свою возможную незавидную судьбу.
— Ну как знаешь. Потопали.
И мы “потопали” по ветвям-ступеням вниз особняка. Там — прошли древесным, округлым коридором, где по потолку осветительные ягодки сплетались с листвой в приятный узор. Шли недолго — перед одной из полукруглых дверей мастер Креп остановился.
— А тут, пока Вагус на земле, сидит наш персер, — почему-то передёрнул плечами он.
— Бухгалтер? — уточнил я.
— Не бухгалтер, а персер! — наставительно ответил мастер Креп. — Она… он, в смысле должность — казначей, блюститель судовых ролей — вот тебя внести надо. Считай — пятый помощник капитана.
— Понятно, спасибо, — отозвался я.
Не очень понятно было, вроде бухгалтер тем же занимается. Впрочем — персер так персер. Тем временем мастер Креп почему то сжался, зыркнул на меня непонятно, приоткрыл дверь…
— Опять явился, старый греховодник!!! — раздался жуткий рёв, причём явно девичьим, хоть и низким голосом.
И тот парадоксальный момент, что это был жуткий рёв, причем именно девичьим голосом, происходил в реальности. Я даже отступил на пару шагов — а то мало ли что.
— Не для тебя моя друза росла!!! — надрывался голос. — Не будет тебе поживы! Изыди Разслшших!!!
— Ты, Трассика, не ори на меня! — вклинился в паузу мастер Креп, пока крикунья набирала воздух. — А оформи нового члена команды! Помощник Котельного Мастера! — провозгласил цверг, маня меня рукой.
Я, само собой, подошёл и увидел, что в относительно небольшой комнате, с растительно-живыми стеллажами, уставленными коробками и папками, за столом, сидит раскрасневшаяся цверга. Видимо — она на мастера Крепа и кричала. И видимо — она этот “персер”, которая бухгалтер, и есть.
— Да? — прищурилась на меня цверга.
— Да! — утвердительно пробасил Креп.
— Здравствуйте, — вежливо поздоровался я.
— Здра…ствуй, — определилась с обращением цверга. — Я — Трассика, персер Вагус Сумбонт.
— Фиктор Хуманум, почтенный персер, — ответил я.
Ну, насколько я знал, обращение "по должности-профессии" — это для цвергов комплимент. Что-то вроде "хорошая работа" или "хорошо выглядишь" для нас, людей.
— Золота тебе, Фиктор, — явно довольная комплиментом, пожелала Трассика. — Давай документы, ознакомься с контрактом…
— Нахер, я с него клятву взял, — отметил матер Креп.
— И что?! — подбоченилась персер, даже руки в боки упёрла, не вставая. — Или ты, старый греховодник, будешь ставить на довольствие, высчитывать доли…
— Не гунди, — с довольно-таки кислой физиономией прервал Тарассику Креп. — Не буду, оформляй, — с этими словами он слегка развёл руками, смотря на меня.
Вроде как извиняясь, правда, непонятно — за что извиняться? Так что я просто пожал плечами в ответ и передал персеру документ. И начал знакомиться с контрактом. На год, с правом расторжения через полгода без убытков мне или Вагус Сумбонта — как наниматель выступал именно Воздушный Корабль, такой забавный момент. Контракт… да отличный контракт, я за такой бы и без всяких судов и прочих неприятностей руками, ногами и даже зубами ухватился! Ну, если не учитывать, что это Вольный Торговец, куда бы я ни в коем случае не сунулся. И доли прописаны, и даже надбавка за внеурочную работу: отказаться от неё я не могу, потому как это механизмы судна, поддерживающие его жизнеспособность. Но ставка сверх десятичасового дня — трёхкратная!
А аванс за полгода, который Трассика брякнула на стол в тяжёлом мешке меня чуть не прибил. В фигуральном смысле — я же не стол. Но семь сотен золотых! За полгода!! И это — только чистая оплата, не считая доль и переработок!!!
Это я стал к экипажу Вольного Торговца относится с большим пониманием, ошалело понял я. За ТАКИЕ деньжищи можно и рисковать. А на этом Вагус Сумбонте — минимум десять лет рискуют, ну и живы-здоровы, до сих пор. Хотя… есть вопросы, надо бы их мастеру Крепу при случае задать. Ответ для меня ничего не изменит, на ближайшие полгода, но знать очень не помешает.
В общем, подписал я этот контракт, и со здоровенным и тяжёлым мешком вышел за порог, распрощавшись с Трассикой. А вот мой начальник, Креп, похоже, питает к ней романтические чувства. А она ему, похоже, отказывает. А может и флиртует-кокетничает, впрочем, им виднее и вообще — не моё дело.
— Возьмите, мастер Креп, — протянул я цвергу мешок с деньгами.
— Нахера? — вытаращил он на меня свои сияющие глаза. — Я тебе что — носильщик, парень?!
— Нет, вы же за меня заплатили. И долг вернуть надо…
— Мелочи какие. Ну хочешь — верни. Только всё-то зачем? Тут у тебя больше.
— Так вам за беспокойство, доверие, помощь…
— Дурак ты, Фиктор, — проникновенно, а потому очень обидно озвучил цверг. — Ты мне сейчас чаевые пробовал дать, вот как это выглядит. Как официанту какому-нибудь в ресторане… — посмотрел он на моё нахмуренно-задумчивое лицо и махнул рукой. — Ты же только из Приюта, не понимаешь ещё не цмыга… Да и в ресторане небось не был ни разу?
— Только в закусочных на улицах, матер Креп, — признался я.
— Вот дитё-дитём. Что, может, и к лучшему, — явно не мне, а себе пробормотал Котельный Мастер. — Ладно, пойдём на Корабль, наше котельное хозяйство покажу. Там и должок вернёшь, богатей великий, — непонятно чему усмехнулся он.
А я пребывал в некоторой растерянности: понятно, что я в ресторанах и прочих таких местах не бывал. А вот куски памяти — БЫЛИ. Во всяких, разных, даже где голые девушки выплясывали и даже… гхм. И вообще — надо бы мне всё-таки сесть и обстоятельно с этими последствиями магеровского эксперимента или хулиганства разобраться. Потому что польза уже проглядывается — я ПОНЯЛ, что имеет в виду Креп под “дать ему чаевые”, ощутил. Правда, не сразу, ну и неловко вышло. Хорошо, что он злиться не стал.
Но вообще — если бы он лишку именно попросил, точнее — сказал, что хочет — стоило дать. А так — просто вернуть то, что он на меня потратил. А доверие не деньгами оплачивать, а прилежным трудом. Так оно правильнее выходит и честнее.
Направились мы к выходу из особняка, так никого
