— Фух, успели, — выдыхает Шут. — А Повелитель и правда суров.
— Ты тоже не плох. Где так ловко с кинжалами обращаться научился?
— Потом расскажу, — отмахивается Шут. — Давай здесь заканчивать.
Закончили быстро. Пиратов повязали и увели, к кораблю приставили охрану. Крестьянам приказали уходить. После этого, Советник и Шут, направились в замок. Повелитель потерял сознание и их очень беспокоит этот факт.
Глава 5
(Утро. Королевские покои. Константин.)
Летая в прохладной приятной темноте и созерцая светящийся подвешенный на толстых кованных цепях камень, Костя отчётливо понимал что сейчас видит сон. Однако проснуться или хоть что-то изменить у него не получалось. Он просто плыл в потоках жидкой тягучей тьмы. Плыл вперёд, к мерцающему в такт ударам сердца камню, но не приближался. Понимал, что близок к Сердцу Замка, связан с ним одной цепью, но в то же время был очень далёк от загадочного артефакта. Или не артефакта?
— Что ты мне даёшь кроме головной боли, злости и странных подсказок? — устав от такого плавания наконец спрашивает Костя.
Сердце пропускает удар, ярко вспыхивает и бьётся чаще. Однако никаких ответов не даёт. Кроме волны едва различимого одобрения… Такого слабого, что Костя сам не понимает, Сердце это присылает или ему самому кажется.
— Нда, я немного на другое надеялся, — уныло вздыхает Костя. — Фэнтези, магия, колдуны, разные расы. А силы где? Мы же с тобой связаны, общее дело делаем. Помоги мне.
Сердце на мольбы о помощи, никак не отвечает. Но, Костя начинает чувствует взгляд, Сердце смотрит на него и смотрит с нескрываемым весельем. Как взрослые смотрят на детей требующих новую игрушку. Или выпрашивающих что-нибудь необычное.
— Весело тебе, — закатывая глаза стонет Костя. — А мне нет. Дела тут серьёзные, опасные, страшные. Да и… Я не готов к такому. Да ответь ты что-нибудь!
Снова удар, яркая вспышка красного света и тишина. Тьма сгущается, становится похожей на прохладную воду. Но, на этом всё. Ни волшебных сил, ни безграничных знаний, ничего. Конечно, на халяву Константин и не надеялся, но хоть какую-то помощь получить, всё же рассчитывал. Вместо этого, его подхватила невидимая сила и буквально выбросила куда-то… Точнее на кровать. Вот только, Константин здесь не один. Как сквозь вату слышатся голоса, где-то совсем рядом.
Открыв глаза, Константин понимает, что разговор идёт, прямо за балдахином и о том что он проснулся, говорящие не подозревают. Решив послушать о чём речь, Константин поворачивается на бок и подпирает рукой голову.
— Повелитель трогал мои ушки, — слышится знакомый голос эльфийки.
— И что? — резко спрашивает Архаса. — Вам, эльфам, лишь бы дать что-нибудь потрогать. Ставлю правый клык на то, что Повелитель не знал о ваших особенностях.
— Но он наполовину эльф! — пискляво возражает Эрмиель. — Он не мог этого не знать. Сама смотри. Волосы светлые, глаза голубые, черты лица тонкие. Ты у кого-нибудь из людей видела такие? У нас все тёмненькие, и глаза или чёрные, или карие. А тут… Слушай, Архаса… Думаешь…
— Думаю, что?
— Ну, я молодая красивая эльфийка, наложница. Повелитель тоже молод, красив и здоров. У нас что-нибудь будет?
— Да, — говорит третья, неизвестная. — Ты продолжишь выполнять свои обязанности. Мы же наложницы, а не жёны. Это вон Архасе повезло, она теперь телохранитель. А мы с тобой кто?
— Я эльф, а ты гоблин, — смеётся Эрмиель. — И что?
От слов про гоблина, Константин представляет нечто уродливое, носатое, похожее на гретчина. Хотя, тут же вспоминает увиденных на площади гоблинов и отбрасывает дурацкие мысли. Однако, на гоблиншу посмотреть очень хочет. Любопытство… Вместе с этим в голове крутятся мысли о средневековье, диких обычаях, гаремах и о том, что из всего этого он не готов больше всего к гарему. К остальному тоже не в полной мере, но больше всего пугает именно гарем. Из трёх женщин. Разных женщин. Орчанка, эльфийка и гоблинша.
От всего этого Константин вздыхает, качает головой, как вдруг…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А давайте посмотрим на Повелителя? — заговорщицки шепчет Эрмиель. — А что?
— А если казнит? — шикает на неё гоблинша. — Он же беспощадный. Вон, вчера без разбирательств приказал начальника порта утопить.
— Там всё по другому было, — вздохнув говорит Архаса. — А ты если не знаешь, то не наговаривай. Иди лучше полог отодвинь. Повелитель когда спит, такой милый.
Судя по шагам, гоблинша подходит к балдахину, осторожно отодвигает, заглядывает и увидев что Повелитель не спит, испуганно икает и широко распахнув огромные голубые глаза замирает.
Константин, что неудивительно, повторяет её действие. Лежит, разглядывает девушку и приходит к выводу, что гоблинши очень даже ничего такие. Как люди, только зелёные. По крайней мере черты более чем симпатичного лица, бездонные голубые глаза и волосы, как у людей. Небольшие торчащие вверх клыки, также не портят впечатление. А острые ушки, как у эльфов, придают образу какое-то особенное очарование. А одежда…
Прикрывающий нормальных таких размеров грудь треугольник ткани и набедренная повязка, как у Архасы. Широкие бёдра, тонкая талия… И небольшой рост, где-то около метра пятидесяти. Красивая, миниатюрная девушка... Полторашка.
— Привет, — придя в себя улыбается Костя и выдаёт первое что пришло в голову. — Как зовут красоту?
— Глория, — выдыхает девушка, убирает локоны за ухо и пластом падает назад.
— Будет сложно, — глядя в потолок шепчет Повелитель. — И весело. А теперь вперёд, работать! Королевство к процветанию само не придёт. Эрмиель, любовь моя, позови Советника и Шута. Архаса, милая, дай что-нибудь одеться. Глория…
— Да, мой Повелитель! — тут же вскакивает гоблинша.
— Чем ты занимаешься?
— Я готовлю еду.
— Тогда сообрази завтрак. И вино. Всё, красавицы, за работу.
Гоблинша исчезает, эльфийка судя по звуку едва не сносит двери. Архаса, смущённо отводя взгляд, подаёт штаны и белую рубаху. Тяжело вздыхает и опустив голову говорит: — Повелитель… Простите…
— В неформальной обстановке, — натягивая рубаху бормочет Константин. — Когда мы одни, можно просто Костя. Мне так привычнее. Мы же не чужие. Тебе я вообще свою жизнь доверил. Отвернись, мне штаны надеть надо.
— Ох, прошу простить меня, — кланяется орчанка и резко отворачивается.
Константина же накрывает весельем. В глазах орчанки, нет больше той печали, как при первой встрече. Сейчас там появились озорные искорки, как у Эрмиель.
— А может быть, гарем это не так плохо? — спрашивает сам у себя Костя и негромко, но так чтобы орчанка слышала рассуждает. — Девушки более чем красивые, фигуристые. Умные, что немаловажно. Особенно Архаса. Возьму и женюсь.
— Ах… — дёрнув плечами вздыхает Архаса. — Повелитель, вы мне льстите.
— Говорю чистую правду, — встав разворачивает он орчанку к себе.
Внимательно смотрит ей в глаза, тепло и открыто улыбается. От чего щёки Архасы мгновенно коричневеют, она чаще и глубже дышит…
— А теперь за работу, — понимая что сейчас их отношения могут перейти в горизонтальную плоскость кивает Константин.
И нет, тихоней он никогда не был, застенчивостью тоже не страдает. Красивых девушек ценить умеет. Но при всём при этом, предаваться безудержному разврату, просто не хочет. Работы много.
(Час спустя. Обеденный зал.)
Работа начинается в обеденном зале. За завтраком, Шут и Советник докладывают о том, что случилось ночью. А именно, крестьяне распустили слух о том, что Повелитель за них горой стоит и готов утопить каждого кто их обидит. От чего город и сёла гудят как растревоженный улей. Так же, Советник рассказывает что министры подготовили доклады и уже принесли их. Теперь ожидают, со слов Советника при этом нервничают.
Чтобы не заставлять их ждать, Константин просит пригласить народ на завтрак. И после того как все заходят и рассаживаются, сразу приступает к разбору бумаг. Читает, к радости собравшихся задаёт вопросы и внимательно слушает ответы. Одни бумаги, предварительно спросив мнение Шута и Советника подписывает, другие откладывает в сторону. Предлагает свои варианты, выслушивает мнение присутствующих.
