понял, что его разговоры с Максом могли услышать и именно это стало причиной его нахождения пред этим худым высоким человеком, сидящим в массивном кресле и довольно перебирающим бумажки.
В кабинет зашел директор. Был это человек лет пятидесяти, получивший образование еще в докупольное время, с небольшой сединой, уставшим взглядом, очень вразумительный и опытный. Его все почти здесь любили. Работники понимали, что строгость и требования — это прихоть не его, а начальства свыше, а он, по крайней мере, старался оставаться человеком, даже помогал бедным, хотя и сам не мог позволить себе того, что в былые времена было для подобной должности вполне естественным.
Директор провел Павла в соседний, его личный, кабинет, указал на стул, слегка улыбнулся, сел напротив и начал:
— Паш, извини, что заранее тебя не предупредил, но сегодня можно было на работу к нам уже не приезжать. Могу тебя поздравить, тебя переводят! Завод № 11 имени Алексея Градова, представь себе. Пока не знаю, в какой корпус тебя определят, но представь, если в Одиннадцатый? Ну ты, может, внутреннего устройства не ведаешь у них, но знаешь же, у Алексея Михайловича под этим числом всё самое лучшее. Спец-обеспечение, квартиру рядом дадут… Еще немного, и я у тебя буду деньги взаймы брать или опыта набираться, а? — он искренне посмеялся и похлопал своего уже бывшего подчиненного по крепкому плечу.
Была передана папка с документами, прозвучало напутствие, и вот уже директор был вынужден бежать по делам, и Паше тоже было нужно идти. Пожарский фыркнул ему вслед и прошептал пренебрежительно: «Плебс…».
Павел действительно был хорошим работником: еще на учебе отмечали его аккуратность, ответственность. На заводе он был одним из лучших. Не по объему производства, но по аккуратности, с которой он выполнял работу, ему равных не было. Он всегда заканчивал дело, которое начал, прикладывал смекалку, а не ждал пока ему все разжуют. Умный парень, в общем. А главное, не было у завода претензий к его политическим взглядам и поведению в свободное время, никаких жалоб. Макс, его приятель, не был раскрыт, и поэтому общение с ним не было делом наказуемым.
Журнал на каждого работника лежал в кабинете замдиректора, а по требованию спецслужб передавался в надежные руки. В нем описывалось поведение сотрудника, круг общения, эффективность труда, замечания, сделанные ему, и тому подобное.
Паша пересекся с Максом в узком коридоре, тот был взъерошенный и как всегда энергичный. Как только Максим услышал о переводе, он воскликнул:
— Ооо, и ты просто собрался уйти?! Нет, братец, мы тебя проводим! А я так вообще от тебя не отстану, смена работы — это не повод терять друзей, помни об этом! Давай вечерком к тебе подлетим с ребятами, обмоем? Я все принесу, ты только дверь открой, ладно?! — Он улыбнулся и рукой толкнул слегка в грудь. — Давай, побежал я работать, а то Пожарский поджарит, — сказал Макс и унесся стремительно в цех.
«Быстро появился, выпалил пулями слова и убежал. Сколько же в нем жизни, энергии», — подумал Павел и пошел за своими вещами медленно, находясь в глубокой задумчивости. Автобус потащил его к дому, а на улице было еще светло — странно-то так.
Вечером зазвенел звонок квартиры, и на пороге стоял Макс, а за ним его девушка, их коллега Даниил и еще какая-то милая особа. Макс тут же сказал: «Друг, ты не пугайся, что нас так много! Хорошая компания — штука ценная, а мы еще и с гостинцами. Будет здорово — моя гарантия!».
Гости зашли, тихонько захлопнули дверь, чтоб не привлекать внимание соседей. Максим продолжал:
— Данилу ты знаешь, это Варвара — моя дама сердца, познакомься, а вот ее подруга Вера, без приглашения, конечно… Тут неловко мне немного за нас, братец, но ты не серчай. В любой момент ты скажи — мы уйдем, и покой в твоей пещере будет снова восстановлен. Руки где помыть? — Он улыбнулся и вытянул шею, демонстративно озираясь вокруг.
Паша переварил поступивший наплыв информации, выпаленный в него, как из пулемета, изо рта это невысокого светловолосого парня, которого будто пчела ужалила, и тут же слегка наигранно улыбнулся гостям. «Веди себя как принято, ты же помнишь, как встречать гостей… Ну, в кино же видел», — говорил с собой в голове хозяин квартиры. Шумный рой залетел в гостиную, которая по совместительству была и спальней в этой однушке. Достаточно большой диван, в углу кровать, шкаф, столик, окно. Места не густо, но 5 человек усядется уж как-нибудь. Варвара и Данил были такими же шумными, веселыми, и будто были частями одного целого сумасшедшего комка энергии. А Вера казалась достаточно тихой, иногда даже отстраненной и задумчивой, и больше была похоже не на них, а на Пашу.
На столе велением волшебства рук из рюкзака материализовались бутылки. Затем рядом с ним возникли закуски, колбаска, которую днем с огнем не сыщешь, и пятилитровая банка компота. На лице Паши возникло нескрываемое удивление и эмоция, выражающая уважение такому улову, принесенному прямо сюда на блюдечке с золотой каемочкой. Макс улыбнулся, звнко рассмеялся и сказал: «А вот так! Умеем. Если что, обращайся! Причем не на улице брал бодягу втридорога, а у своих — только тихо…». Он опять посмеялся.
Вечер разгорался довольно приятно, напитки всем развязали язык, и эмоции трещали угольками в этом костре человеческой энергии. Общение оказалось легким, но самое главное — неожиданным. Если Паша проявлял несвойственные ему эмоции: чаще улыбался, больше говорил, внезапно для него самого, то его шумный общительный друг стал довольно серьезным, смешки ушли в тень, его взгляд стал глубоким, а голос, кажется, более грубым.
Максим положил руку на плечо Паше и сказал:
— Брат, я понимаю, что ты человек, который старается отстраниться от плохого, страшного и будто бы непобедимого давления сверху, но сейчас нашему диалогу никто не помешает. Я бы даже сказал, кое-что поможет. Бетонные перекрытия вряд ли донесут соседям содержимое наших тихих душевных бесед. Завтра ты впервые выйдешь работать на Одиннадцатый. Знаешь, что это за место вообще? Крупнейшее предприятие в регионе, построенное по специальному заказу Градова и его дружков. Множество корпусов на территории, где производятся не нефтепродукты и не сплавы — там делают вещи, в том числе для высшего руководства. В одном из корпусов собирают машины, да, те самые единичные новые черные машинки на дорогах, думал, откуда берутся? Там делают мебель, одежду, выращивают цветы, производят алкоголь… Да чего там только не делают. Этот кластер обеспечивает верхушку всем необходимым, и только небольшой процент произведенного
