Читаем без скачивания Пестрая бабочка - Кристина Белозерцева

Давай. Шаг. Еще шаг. Вон и Муха уже. Сейчас мы залезем в седло. И еще четверть часа. И тогда будет можно.

Можно разреветься. Можно напиться. Можно не пытаться держать лицо.

«С ума сошла, — проворчал внутренний голос, — тебе собираться еще».

Да чтоб его этого Мореля! Приподняло и отпустило.

— Увидимся, — легкомысленно откликнулся он, откидываясь на подушки.

Я не без труда взгромоздилась на Муху и поехала в сторону дома. Меня все еще трясло, а в голове лихорадочно крутились мысли. Хорошо. Я хотя бы начала снова думать. Во-первых, с контрразведкой иметь дел я не хотела, особенно после такого цирка, при этом, отделаться от этого Мореля будет сложновато — парень явно привык получать все, что хочет. Балованный такой. Во-вторых, про Дай-Пивка он ничего не знает, а ловить меня в дальней провинции у него вряд ли появится желание — меня услали, я уехала, все просто. Пожмет плечами и переживет. А то, что я заупрямилась и не захотела оставаться при Королевской Лаборатории знают пока Дэвлин, Леонард и мэтр Ольсин. Причем, виконта никто спрашивать еще пару дней не будет, Дэвлин тоже уедет, а куратор этому хлыщу ничего не скажет. Было у меня такое убеждение. И оставалось еще, в-третьих. Кто стрелял в того парня, который пытался на меня напасть со спины? Будь это Морель, он не преминул бы похвастаться — вот мол, снайпера на крышах, такие мы крутые. Но он про стрелка пока ничего не знал. Еще одна странность.

Да, тяжелый денек выдался. Но на этом он далеко не закончился. Когда я въезжала в ворота дома, фамильные часы на башенке как раз били без четверти полночь, но все окна горели. А дома в холле меня ждал сюрприз: Леонард рядом с моей матушкой и охапка красных роз. Мне внезапно и очень остро захотелось закатить истерику.

Матушка плавно поднялась мне на встречу из мягкого кресла, грациозная и обворожительная, и укоризненно посмотрела на меня своими темно-карими миндалевидными глазами из-под длинных ресниц. Отец рассказывал, что мужчины до сих пор впадают в прострацию, когда она так смотрит. Полуэльфийки — большая редкость. А она вообще удивительно красивая. Отец, кстати, был здесь же, сидел в своем кресле, молчал и курил трубку. Совершенно обалдевший Леонард впился в меня взглядом, казалось, пытаясь понять, когда же я тоже настолько похорошею?

— Кристина, — звучным голосом произнесла графиня, подпустив нежной укоризны, — нехорошо заставлять так волноваться своих родных, посмотри, который час? Этот милый юноша дожидается тебя с половины одиннадцатого, и уже тогда сначала прислал карточку с вопросом — не поздно ли?

— Я ездила по делам, — по возможности коротко ответила я.

С матушкой надо говорить коротко, иначе ее речь обовьет, заплетет, и ты глазом не моргнешь, как будешь делать уже все, что бы она ни попросила.

— Дела? Ночью? У молодой женщины? А что подумают люди?

Внутренний голос кратко и емко охарактеризовал наше с ним отношение к тому, что думают люди.

— А еще я курю, — невпопад ответила я уже вслух.

— А два часа назад из магазина прислали твою новую покупку, — тонкий пальчик с идеальным маникюром брезгливо ткнул пальцем в небольшой удобный арбалет, лежащий на столе, — что это?

Впрочем, упаковка была снята, а значит, любознательный отец не только посмотрел, но и попробовал. Я коротко посмотрела в его сторону и поймала одобрительный взгляд. Мы часто общались взглядами. Живя с моей матушкой под одной крышей, этому искусству учишься очень быстро. А, кстати, может и не только отец — вон как у младшей сестры Елены горят глаза, когда она украдкой посматривает на мое приобретение.

— Арбалет.

В это время посмотреть спектакль из более удобного партера с лестницы спустилась старшая сестрица Француаза. Она была похожи на графиню гораздо больше, чем я, и старалась копировать ее манеры. Надо сказать, достаточно успешно — сваталось к ней целое созвездие дворянства всех возрастов. И у нее был такой вид, будто она собиралась сделать какую-то небольшую гадость, я напряглась.

— Кристина, а молодой человек, с которым я мельком видела тебя сегодня вечером около «Воблы», это он помогал тебе выбрать эту… вещицу?

Вот ведь, зараза, и как это я ее только не заметила? У Леонарда отвисла челюсть, отец посмотрел заинтересованно, а матушка сделала страшные глаза. Француаза села на краешек кресла и наслаждалась произведенным эффектом. Надо было сказать, что я устала, что я завтра уезжаю, мне надо собирать вещи, и меня едва не убили сегодня, зато как раз я — убила двоих, но нет. Сейчас придется излагать породу и родословную мэтра Дэвлина. В полной тишине одна из служанок графини, Ангелина подала чай с пирожными.

— Что за молодой человек, Франци? — поинтересовалась, наконец, матушка, поняв, что от меня вразумительной реакции не добиться. — Крис, присядь.

— Да ничего особенного, — наглая манипуляторша отпила из кружечки и закатила глаза, — одет неброско, а лица я даже толком не запомнила. Брюнет со шпагой. — добавила она в итоге.

— Это мой коллега, — сдалась я.

— У коллеги есть имя? — дожимала матушка, и я набрала в грудь побольше воздуха.

— Его зовут мэтр Дэвлин Купер, баронет, нас обоих распределили после учебы в одну из южных провинций, в городок Дай-Пивка, мы уезжаем завтра в семь утра, так что если мы будем выяснять глупости, и я не успею собраться, то поеду в этом платье, без вещей и не выспавшаяся.

Тут закричали уже все.

— Что?! — выдала самую простую реакцию графиня.

— Вот это название, — расхохотался отец.

— И это все из-за этого парня? — с жалостью полюбопытствовала старшая сестра.

— Я же говорил, она собралась в какую-то глушь! А тут еще и непонятно с кем! — воскликнул Леонард, хлопнув кулаком по подлокотнику, чем удостоился короткого осуждающего взгляда старшей сестрицы.

— Давайте по очереди, — попросила я, присаживаясь на какую-то табуретку, — я еду, это точно, меня распределили. Завтра туда идет караван, так что если я хочу доехать без приключений, нужно выезжать рано утром вместе с ними. Мэтр Дэвлин тут не при чем, нас познакомил мэтр Ольсин, когда давал задание, это было только сегодня утром. Арбалет — на всякий пожарный. Название, и правда, забавное.

— Да ты с ума сошла, — заметила Француаза.

— Леонард, — я обратилась персонально к виконту, — это не обговаривается. Я — маг. Я так же служу королевству, как будешь и ты после своей Академии. Меня отправляют туда, где сейчас нужен маг — я еду. Это так работает.

— У тебя был выбор!

— Кто-то должен был…

— Кто-то! Не ты!

Я пожала плечами.

— Давай не будем устраивать балаган при моих родителях?

— Почему там до сих пор нет телепорта, я не понимаю! — с дивной логикой перескочил он на другую мысль.

— Во-первых, там очень печально с финансами было до последнего времени, собственно, моя задача как раз развитие региона и помощь бургомистру. А во-вторых, вещи через телепорт все равно не переправишь, человек, ну максимум — всадник, если телепортист очень сильный, и то только для королевских гонцов, иначе, караваны бы не ходили.

Отец, поняв, что лирика закончилась, взял ситуацию в свои руки. Матушка с сестрами была вежливо, но твердо отряжена руководить сбором моих вещей и подбором горничной, которая поедет «в ссылку» вместе со мной. Старого дворецкого Джереми отправили за папиным телохранителем Ником Хольстаном. Леонарду не менее вежливо было предложено выкладывать, зачем он все-таки явился, и ехать домой.

— Я думал, что вы меня поймете, — с некоторой горечью заявил виконт, — куда ей в какую-то там южную провинцию? Да еще неизвестно с кем…

Но папа, старый вояка, не поддался на это возвышенное излияние чувств.

— Войну мы не ведем, — рассудительно заметил он, — разбойники на здоровенный караван не нападут, мистики есть в любом городе, а в травках-зельях ты и сама хорошо разбираешься — не заболеешь. А так… Хочешь чего-то добиться сама — я уважаю. Хочешь начинать не в столице, не под приглядом, все самой делать — тем более. Знаете, виконт, я горжусь своей дочерью, не у всех такие сыновья-то есть.

— Она представления не имеет, каково это жить так далеко от столицы, — не сдавался Леонард.

— Зато Ник представляет, я ему доверяю, как себе. А приедешь, первым делом телепорт — и нормальная связь наладится. Сколько туда добираться?

— Недели четыре, — призналась я, и граф присвистнул.

— А если я захочу на тебе жениться? — запальчиво воскликнул парень. — Предлагаешь мне сделать это по переписке? И волноваться, как ты там?

— Расслабься, — попросила я, потрепав его по руке, — и в каком это смысле — жениться? Я на четверть эльф, моя матушка совершеннолетней-то начала считаться в тридцать только.

«Ага, несовершеннолетняя, — ехидно заметил внутренний голос, — что никак не мешало тебе вчера, например».