— Так ведь они будут раньше приходить, но все равно досиживать до рассвета! — хмыкнул Норберт, который тоже сидел до последнего клиента и нередко брался за кастрюльку или бегал с подносом.
— Тоже верно… — Джонатан потер глаза руками и пошел к двери.
Норберт позвенел ключами:
— Лиза, ты домой? — я утвердительно кивнула. А куда еще я могу пойти в три часа ночи? — Тогда я тебя провожу. Завтра я с утра во дворец, нужно в банк выручку сдать будет. Сделаешь?
— Сделаю, конечно, — я от души зевнула. — Пошли тогда уже, а то я тут и усну.
Глава 8
Разбудил меня стук в дверь. В десять утра. Ненавижу!!!
Открыв один глаз — второй открываться никак не хотел, — я смотрела на совершенно незнакомого человека с длинными седыми волосами, завязанными в хвост. Потертая кожаная куртка, высокие сапоги, большая сумка на плече — я бы решила, что это охотник или путешественник, но пахло от него травами и лекарствами. И самую чуточку — болезнью.
— Господин Йонссон? — предположила я.
— Госпожа фон Бекк? Мне передали вашу записку…
— Да-да, проходите, пожалуйста. Прошу извинить мой вид, я работаю допоздна… — я провела лекаря в гостиную. — Присаживайтесь и простите меня, я на минуту.
Минута растянулась на все десять, но, вернувшись в гостиную, я, по крайней мере, натянула штаны и рубашку, была умыта и смотрела на мир обоими глазами.
— Чай, кофе?
— Нет, благодарю вас. Госпожа фон Бекк, так чем я могу быть вам полезен?
— Да, конечно, простите. Спасибо, что так быстро откликнулись. Скажите, вы лечили мистрис Робертс?
— Ну, собственно, лечить я не мог — там было сильнейшее отравление. Я сразу вызвал карету из ближайшего госпиталя, ну, и постарался промыть желудок, насколько было возможно. Мистрис Робертс была без сознания, так что в одиночестве я немногим мог помочь. А мистрис Макдугал плохо сделалось, ее сынок на кухне отпаивал…
— Я поняла, спасибо вам. А в какой госпиталь ее отвезли?
— Ближайший у нас — святого Фомы, туда и отвезли.
— А чем она отравилась, неизвестно? — задала я последний вопрос.
— В госпитале исследуют, скажут точно. Но я так думаю — грибами. Ей накануне грибов привезли, я знаю, она жене моей говорила. А с поздними осенними грибами бывает всякое…
Я заплатила лекарю за визит и отправилась на кухню за вдохновением. Пожалуй, сегодня, чтобы проснуться, выпью пряного кофе по рецепту графини Эверсан-Валтер — с розмарином и базиликом. За чашкой кофе и рогаликом с медом я составляла план на сегодня.
Во-первых, отнести выручку в банк. Ну, это несложно, гномий Драхтаугалергн-банк, где Норберт держит счет «Оленьего рога», по соседству, на меня и доверенность давно оформили.
Во-вторых, пожалуй, госпиталь святого Фомы — есть у меня там один знакомый, который поможет разведать, что же случилось с мистрис Робертс.
В-третьих, наверное, нужно позвонить Дэну и рассказать ему, что мне удалось разведать. Если бы он был только майором Паттерсоном, Главой столичного управления безопасности, ему все эти истории были бы не нужны и неинтересны. Но он был еще и Дэном Паттерсоном, моим другом детства.
А дальше видно будет.
Так я и поступила.
Для начала достала из сейфа и закопала поглубже в сумку мешочек с наличными и конверт с чеками. Тяжесть была небольшая: большинство посетителей расплачивались чеками или магическими платежными картами; лишь немногие по старинке носили с собой кошель с золотыми дукатами и серебряными гроссами.
Возле входа в Драхтаугалергн-банк стояли два охранника-гнома с громадными секирами. Если бы я когда-то не видела, как эти невысокие крепыши управляются с секирами чуть ли не с них ростом, в жизни бы не подумала, что от таких охранников будет толк. Вопреки расхожим представлениям, секиры они передо мной не скрещивали, а, чуть наклонив головы, дали пройти в дверь — огромную, в два моих роста, толстенную… Я думаю, если бы не зачарованный дверной противовес, мне бы ее ни в жизни не открыть.
Знакомый мне клерк, господин Свирфнедс, тщательно проверил кристалл с подписью, дающий мне право распоряжаться счетом «Оленьего рога», отпечаток моей ауры, подозвал кассира и дал указание принять деньги. Кассир пересчитал монеты трижды, проверил суммы на чеках и, наконец, с поклоном назвал депонируемую сумму — три с лишним тысячи золотых дукатов. Неплохо, за один-то вечер! Такое впечатление, что гости ресторана не только стали брать более дорогие блюда, но и резко увеличили количество заказываемого к ним вина, хмельного меда, крепкого келимаса с отрогов южных гор и даже гномьего самогона.
Пожалуй, надо будет сказать Норберту и нашему сомелье Бернару Лакомбу, что спиртное в погребах может закончиться быстрее, чем они ожидали!
Ну что ж, теперь в Нижний город! Меня ждет госпиталь Святого Фомы.
От фуникулера до госпиталя было минут сорок пешего хода, начал накрапывать мелкий дождичек, и я подумала о кэбе. Вот только как я ни крутила головой, ни одного не было видно, поэтому я тяжело вздохнула, натянула капюшон плаща поглубже на лицо и отправилась пешком. Через пару минут за спиной у меня раздался скрип колес и такой же скрипучий голос:
— Мистрис желает кэб?
— Да, отлично! В госпиталь святого Фомы, пожалуйста! — воскликнула я, и с радостью забралась в темную кабинку. Капюшон снова упал мне на лицо, и я так и не поняла, откуда на мою макушку свалился тяжелый удар…
Глава 9
Очнулась я, почувствовав сразу множество неприятных вещей.
Во-первых, зверски болел затылок. Во-вторых, пошевелить руками я не могла, из чего было понятно, что руки у меня связаны — к счастью, не больно, чем-то мягким, и к тому же — впереди. В-третьих, было душно и пахло пылью, старыми книгами и почему-то ладаном, сразу очень захотелось чихнуть. Ну и, наконец, в-четвертых, вокруг было темно. Разумеется, я сразу открыла глаза — я же не герой авантюрного романа, который, очнувшись со связанными руками и подвешенный за ноги над пропастью, все же делает вид, что он все еще без сознания, дабы героически подслушать планы врагов.
Подслушивать было некого, потому что никаких врагов рядом не наблюдалось.
Ах да, было еще и в-пятых. Чертовски хотелось в туалет.
Ладно, будем разбираться с проблемами по мере возможности, раз уж они поступили все разом. Лежу я вроде бы на земляном полу, хорошо, что на мне кожаные куртка и штаны…
Темнота была не абсолютная — какие-то струйки света пробивались через щели между досками, закрывавшими, по-видимому, окно. А, поскольку по голове я получила утром, получается, что провалялась я без сознания не долго, день все еще в разгаре.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
