-- Что время тянешь? Ну, же… лезь. Когда откроешь дверь и вместе с Витькой, сделав дело, спуститесь на четвертый этаж, я тебя там встречу. Как и договаривались ранее. Иди. И поторопись.
-- Куда идти? – я пыталась снова развернуться к нему, но он крепко держал меня за плечи. – Куда лезть?!!
-- Что за черт?! Маринка! Не время дурить. Лезь, я сказал!
Он приткнул меня к щели и даже стал в нее запихивать, скрежеща зубами и тихо матерясь. Я попыталась упереться руками и не дать запихнуть себя в невероятно узкое для человека пространство. Не была я крупной девушкой. Даже наоборот, была очень миниатюрной, но не до такой же степени, чтобы мною затыкать щели. Его поступок укрепил меня во мнении, что Славка сошел с ума. Но за ту минуту, что была в прострации, этот гад умудрился втиснуть меня в дыру, и я там заклинилась. Ну, то есть совсем: ни туда, ни сюда. Мне сделалось так жутко, что заголосила во все горло. Вернее, пыталась громко крикнуть, а получилось не очень, потому что грудь сильно сдавило и голову как-то неудачно вывернуло в сторону.
-- Не ори, дурище! Завалишь все. Что там у тебя? – раздавалось откуда-то сзади.
-- Застряла я здесь. Славик, милый, вытащи меня отсюда. Умоляю тебя!
-- Не может быть! Все же промеряли. Как тебя угораздило?
-- Ой, ой! Вытащи меня! Не могу больше…
-- Что тебя там может держать?!
-- Грудь. И бедра мои.
-- Так!!! Ладно. Сейчас помогу.
В тот же момент я ощутила сильный тычок в области бедер, потом еще чуть выше. Он упирался в меня вытянутой рукой, которую просунул в щель. Каждый его новый тычок отдавался болью в теле. Быть мне всей в синяках завтра, подумала было, а потом панически забеспокоилась, наступит ли для меня новый день, если не смогу выбраться отсюда. Отчаяние придало сил. Поднатужилась и ощутила, что смогла немного продвинуться. Потом еще немного. Чуть снова не заорала, теперь от радости, когда поняла, что мое тело выскользнуло из тесноты. Но не успела - поперхнулась новым ощущением, теперь полетом.
Я летела. Сначала мне казалось, что вниз, возможно на метр. Вроде как оступилась. А вокруг еще было совершенно темно. И пола под ногами не почувствовала ни через пару секунд, ни чуть долее. Потом еще поняла, что летела наклонно, и как скользила. Направление и угол полета успели поменяться, а дыхание в груди никак не хотело выравниваться. Грудную клетку и голову как сдавило, я догадывалась, что от страха. И тут подо мной что-то хрустнуло, лязгнуло, заскрежетало. Ноги угодили в пустоту. А летела я именно вперед ногами. Поэтому они первыми увидели свет в той дыре, в которую провалилось, вслед за ногами, мое тело. Падать еще пришлось метра два, не меньше. Очень больно падать. Потому что отвесно. Только мне везло в тот день. Каким-то чудом сначала коснулась пола ногами, чуть согнутыми в коленях, и только потом завалилась на бок и шмякнулась на жесткий паркет.
От боли задохнулась совсем. А пришла в себя от странных звуков, которые казались совершенно не уместными в этой ситуации. Прислушалась и различила стук. Вполне интеллигентный такой, в дверь. Повернула голову, слава богу, что шея работала, а не свернулась при такой-то передряге, и заметила ту самую дверь. Она была обыкновенной, и это воспринималось странным. Возможно потому, что со мной последнее время творилось немыслимое, так что и ждать приходилось нечто из ряда вон. А стук продолжался.
-- Марина. Ты здесь? Открой.
Я узнала голос Виктора. Что там мне говорил Славка? Дверь какую-то открыть?
-- Ох! Сейчас, сейчас. Не торопи меня!
Думала, что встать будет мне не по силам. Но все обошлось. Поднялась, хоть и с кряхтением, и потащила свое многострадальное тело на Витькин голос. Мало мне было больной головы, теперь вот, пожалуйста, еще и все тело отшибла. Приблизилась, себя жалея, к двери и повернула английский замок, чтобы ее открыть.
-- Что так долго?! Обалдели совсем, так возиться? Время все вышло, хоть уходи ни с чем. Давай за мной, раззява!
-- Ой, Витенька, мне так бок больно…
-- Двигай в темпе, не то здесь оставлю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мне его тон не понравился, поэтому постаралась передвигаться быстрее. Но понять, почему должна была бояться здесь остаться, никак не могла.
Он повел меня в соседнюю комнату. Там тоже была дверь с английским замком, который легко открывался, как раз, с нашей стороны. За ту дверь я не пошла. Витька разрешил мне сесть, указав на мягкое кресло за офисным столом. Сам прошел и возился там некоторое время. Потом вернулся ко мне. Вроде, как и ничего в нем не изменилось внешне. Только глаза, возбужденно сияли. Все остальное было прежним.
-- Пошли. Дело сделано.
Меня уговаривать не надо было. Хотелось скорее отсюда уйти и оказаться где-нибудь, где можно было прилечь. Как шли на выход, не очень запомнила. Все было, словно в тумане. Очнулась уже в машине, но не в Витькиных Жигулях, а ехала с Вячеславом и сидела на переднем сиденье, рядом с ним. Любая трещина в покрытии дороги или, не приведи господи, ухаб, отдавали нестерпимой болью в грудной клетке. Поэтому я сидела скорчившись и обхватив себя поперек туловища, а иногда и постанывала.
-- Что с тобой? – хмурился Славка. – Ты поранилась? Это какой-то бред. Не может этого быть. Вот, дерьмо…
-- Все болит, – застонала я. – Мне начхать, что ты думаешь. Хочу лечь. Долго еще? Сил моих нет.
Возможно, впадала в забытье, так как очнулась уже в постели с перевязанными ребрами. Рядом сидел Славка и гладил меня по волосам.
-- Ты как?
-- Что со мной? Меня не грузовик переехал?
-- Ты, должно быть, сломала ребро.
-- Всего одно? – на мой дохлый юмор он не ответил, только пристально всматривался в меня, как будто хотел рассмотреть что-то важное, мне же было все равно. – Больно. Очень больно.
-- Могу сделать укол, если хочешь. А еще есть таблетки. Обезболивающие. Сильные. Что хочешь?
-- Чтобы не болело. И еще хочу домой.
-- Ты дома, – набычился он. – Укол или таблетки?
-- Давай таблетки.
Наверное, я уснула. Когда пробудилась и открыла глаза, снова была ночь. Рядом сидел Виктор. Подставил к кровати кресло и сидел в нем.
-- Где Славка? – отчего-то спросила его.
-- Уехал по делам. Ты не ела два дня. Может, тебе чего-то хочется?
-- Ничего.
-- Так нельзя. Надо что-то съесть.
-- Не хочу. Отстань. Я снова спать буду.
Проснулась утром. Только не знала, которого дня. Рядом спал Вячеслав. Я лежала и его рассматривала. Как раз могла быть только на том боку, поэтому и удобно было за ним наблюдать. Стало интересно, что ему снилось. Черты лица расслаблены, губы сжаты, но уголки были приподняты, как если бы улыбался. Он словно почувствовал мой взгляд. Ресницы затрепетали, потом дернулись веки, пошевелился и открыл глаза.
-- Привет, – не нашла ничего умнее, как поздороваться, а он не ответил и отчего-то нахмурился.
-- Ты как?
-- Лучше. Намного. И есть хочется.
-- Это легко устроить.
Вячеслав поднялся, оделся и вышел из комнаты. Вернулся вновь через минут двадцать.
-- Встанешь или принести сюда?
-- Лучше поднимусь. Здесь есть будет неудобно.
-- Как скажешь.
Он помог мне подняться, а потом обслуживал на кухне. Витьки видно не было, поэтому мне стало интересно, куда он делся.
-- Где Витя?
-- Уехал по делам.
Какие они все были деловые. Только я одна бока отлеживала. И вообще, чувствовала себя, как не в своей тарелке. Маялась, вздыхала, не находила себе места. А во второй половине дня ко мне в спальню зашел Вячеслав. Постоял в дверях прежде, потом только прошел, остановился напротив и сначала немного помолчал перед тем, как заговорить.
-- Собирайся. Поедем к врачу. Сама оденешься или помочь?
-- Попробую сама.
Провозилась с полчаса. А потом мы погрузились в машину и поехали. Дорога много времени не заняла. Я думала, что направлялись в поликлинику или в травмопункт. Оказалось, приехали в областную больницу. Там меня посмотрел врач и предположил, что перелома нет. Для полной ясности решили сделать рентгеновский снимок. Он-то и подтвердил, что у меня был только ушиб.
