Читаем без скачивания Журнал "Компьютерра" №709 - Компьютерра

По данным Федеральной службы государственной статистики, российские семьи распадаются все реже, однако количество браков с каждым годом сокращается. Согласно последним подсчетам социологов, в 2004 г. в России было зарегистрировано 635 тыс. разводов. По сравнению с предыдущими годами эта цифра внушает оптимизм: так, в 2003 г. расторгли брак 798 тыс. пар, в 2002 г. - 853 тыс. Однако меньшее количество разводов приходится и на меньшее количество браков: 979 тыс. в 2004 г. против 1 млн. 91 тыс. в 2003 г. и 1 млн. 19 тыс. - в 2002 г.”.

Вторая - из журнала "Финанс" (#44, декабрь 2005 года).

За первые девять месяцев 2005 года количество разводов и браков, по данным Росстата, заметно изменилось, причем в противоположных направлениях. По сравнению с прошлым годом россияне стали жениться на 7% чаще, а разводиться - на 6% реже. Началось это не вчера. Статистика показывает, что брак становится все крепче уже третий год подряд. По сравнению с 2002 годом количество разводов сократилось почти в полтора раза и за первые девять месяцев составило примерно 442 тыс., в то время как семей было создано более 800 тыс. И если в 2002 году на каждые сто браков приходилось 84 развода, то в 2005-м (по итогам девяти месяцев) - только 55”.

В цитатах есть странности большие и небольшие. В первой цитате почему-то приводится откровенно устаревшая статистика - и это небольшая странность, которую можно объяснить недосмотром редактора, писавшего врезку второпях (например, не успел человек найти более актуальной информации - бывает). А вот то, что в статье, из которой взята вторая цитата, факт уменьшения количества заключаемых браков в 2002–2004 годах опущен как незначительный, - уже большая странность. Это часто встречающийся прием: если нужно показать уверенный рост чего-либо, внимание читателя фокусируется на тщательно выбранном периоде времени, где рост действительно наблюдается. К слову, поскольку развод является производной функцией брака, интересно посмотреть, не вызвано ли уменьшение количества разводов тем простым фактом, что начали распадаться браки, заключенные в "неурожайные" для оформления брака годы, но такой статистики, к сожалению, нет, как нет и достоверных сведений о том, сколько способен продержаться среднестатистический брак, заканчивающийся разводом.

Впрочем, речь о другом. А что, вообще говоря, означают эти числа? Насколько они соотносятся с реальностью, данной нам в ощущениях? Да не очень-то. Эта статистика собрана на основе актов гражданского состояния, и, как следствие, в нее вошли только те пары, которые оформили свои отношения официально. Люди, живущие в гражданском браке, в официальную статистику не попали, потому что их учитывать трудно, точнее дорого. Меж тем они живут вместе, ведут общее хозяйство, растят детей (таких пар, правда, не очень много - обычно люди оформляют отношения перед рождением ребенка, - но тоже есть), расходятся, наконец. Но в этой статистике их нет, хотя если бы государственное агентство принципиально игнорировало людей с рыжим цветом волос, "погрешность" измерения была бы куда меньше. Собственно, к агентству претензий меньше всего - оно считает то, что может посчитать. Другое дело, что эти данные интерпретируются так, будто являются отражением реальной ситуации, хотя никаких оснований предполагать такое нет.

Еще один небольшой пример связан с уменьшением количества самоубийств в Российской Федерации. Очень здравая критика статистики по самоубийствам вообще изложена у Джоэла Беста в "Наглой лжи и статистике", но основное положение можно кратко пересказать и в журнальной статье, благо оно формулируется просто: мы не знаем, сколько людей действительно убивает себя. Вопреки распространенному мнению многие (я боюсь говорить "большинство", пусть будет "многие") самоубийцы не оставляют записок, и галочка в графе "самоубийство" зачастую не более чем предположение. Порой вполне обоснованное. Мы вполне можем предположить, что человек, съевший упаковку снотворного, собирался покончить жизнь самоубийством. Или, например, если он написал на асфальте "В моей смерти прошу винить Клаву К.", а потом выбросился из окна - это тоже похоже на самоубийство. Или, допустим, он ехал ночью по МКАДу со скоростью 200 км/час и попытался въехать в заграждение - это самоубийство или нет?

Во всех гипотетических случаях, кроме, пожалуй, второго, мы можем иметь дело как с самоубийством, так и с несчастным случаем или даже с убийством. Таким образом, в основе этих статистических данных лежат даже не акты гражданского состояния, которые пусть и неполно отражают реальность, но, по крайней мере, адекватно отображают какую-то часть ее, а суждение неизвестного нам человека, принимающего решение на месте. Мотивы этого человека нам тоже, по большому счету, неизвестны. Возможно, в течение нескольких лет подряд он записывал в самоубийства все сомнительные случаи, кроме тех, когда не было никаких сомнений, что расправиться с собой самостоятельно жертва не могла. Возможно, его начальнику несколько месяцев назад позвонили и мягко намекнули, что для областного центра такое высокое количество самоубийств попросту неприлично. Мог человек выпасть из окна в результате несчастного случая? Конечно, мог. А если мог - значит, выпал.

На всякий случай повторюсь, что у нас нет никакой достоверной информации о том, почему самоубийств в России стало меньше (и, разумеется, все предположения о звонках или намеренной маскировке убийств под самоубийства не более чем гипотетические примеры - не более того). Но достоверной статистики по самоубийствам в России нет. Она могла бы быть - пусть не абсолютно, но хотя бы относительно достоверной, когда можно рассуждать о темпах роста или падения количества самоубийств, не привязываясь к конкретным цифрам, - но для этого нужна гарантия, что правила игры на перепутье не меняются.

Если рассуждения о статистике самоубийств не кажутся вам убедительными, взгляните на динамику статистики преступлений в Российской Федерации и, если удастся, поговорите с людьми, которые пытались обратиться в милицию с трудно раскрываемым делом. Впрочем, эта статистика вполне достоверна в относительном смысле - если считать, что сопротивление дежурного, не желающего открывать дело, представляет собой постоянную величину и с течением времени не меняется.

Добрые люди могут сильно отличаться друг от друга, но объединяет их одно - желание доказать свою точку зрения любым способом. И статистика им только помогает. Для начала возьмем относительно безобидный пример социальной рекламы, которая эффективно эксплуатирует как данные официальной статистики, так и распространенные заблуждения. Руководствуясь исключительно благими намерениями.

Многие, наверное, видели ролик, в котором говорится о том, что на российских дорогах ежегодно гибнет около 35 тысяч человек, то есть население небольшого города. Поскольку всем нам уже уши прожужжали про пьяных водителей, логично предположить, что в подавляющем большинстве смертей виноваты именно они. Однако знакомство с цифрами показывает, что, во-первых, за последние семь лет в статистике ГИБДД больше 35 тысяч погибших было только в 2003 году; во-вторых, в 2006 году (а более свежей годовой статистики по понятным причинам не существует) погибло не 35 тысяч человек, а 32 724 человека, и в-третьих, по вине водителей, находившихся за рулем в нетрезвом состоянии, погибло 2 673 человека (что, конечно, тоже очень много, но все же меньше десяти процентов от общего числа погибших). При этом пятая часть всех ДТП произошла из-за нарушений правил дорожного движения пешеходами, которых погибло больше семи тысяч человек.

Из социальной рекламы следует, что виновато в смертях несоблюдение правил ПДД, причем несоблюдение именно водителями. По-человечески сей призыв понятен, и, наверное, можно подобрать статистику, доказывающую именно это. Но куда деть семь тысяч пешеходов, которые, на свою беду, не смотрят на дорогу? Как объяснить необычайно высокую смертность из-за аварий в Московской области по сравнению с Москвой (тут может быть несколько предположений, но хотелось бы, конечно, не предположений, а ответов)? Что, например, делать с тем фактом, что в Москве занудное соблюдение правил ПДД наверняка приведет к аварии в первую же неделю эксперимента?

Мы не призываем не соблюдать правила. Но опубликованная статистика действительно порождает больше вопросов, чем ответов, призыв же соблюдать правила - правильный по сути - вряд ли является достаточным, чтобы значительно снизить смертность на дорогах. А правильно поставленные вопросы уж точно не помешали бы безопасности движения.

Да, откуда, кстати, взялись еще почти 2,5 тысячи человек? Они взялись из предположения, что статистика ГИБДД неполна, потому что в число погибших в ДТП включаются лишь те люди, что умерли в первые семь дней после аварии. Те, кто в этот срок, простите, не уложился, в статистику не входят. Не очень, правда, понятно, почему авторы лозунга решили округлить именно до 35 тысяч - с тем же успехом они могли сказать, что на дорогах погибает сорок тысяч человек в год. Все равно никаких способов проверить это утверждение нет - и тем не менее оно может быть правдой.