магическом МЧС. И один раз так засмотрелась на пламя, что увидела в нём своё увольнение. Благо я тогда вернулся с охоты на Бесов и несколько дней отдыхал в городе, рядом с этой жгучей блондой. Как же я ржал, когда она мне рассказала про своё увольнение и сгоревший жилой дом. А всё потому, что она тупо засмотрелась на огонь. Как говорится, нет дамы без огня, а огня без…
— БЕСЫЫЫ! — проорал один из костюмчиков, когда Рогатая тварь разорвала простолюдина, пытающегося закинуть в тележку как можно больше пачек сигарет.
— Без паники! — крикнул я, взяв бразды правления в свои руки. А они у меня обжигали Демонов. И Рогатые это хорошо знали.
— Ты! — указала Виктория на чёрного костюмчика, который изначально доложил Чёрной Крошке о моём пробуждении на куче из сигаретных пачек. — Займись командованием простолюдинов! Пусть уберут здесь всё, иначе я лично уберу их всех… вместе с тобой!
— Да, госпожа Виктория, — поклонился пиджачок и сразу же свалил к бедолагам, у которых и без того тряслись руки похлеще, чем у того пенсионера на уроке химии. Это было заметно по тому, как они разбрасывали сигаретные пачки, а сами орали и отмахивались, будто их «кто-то» пугал и нашептывал что-то очень страшное.
Я выбежал в центр зала. Так как мне удалось восстановиться за время отключки, я выплеснул свет своего меча, подаренный Высшим Аспектом мне и моим одиннадцати братьям. Он действовал на Бесов так, словно человеку спросонья светили фонариком в глаза — не смертельно, но очень неприятно. Это помогло дезориентировать Рогатых на полторы-две минуты, но главное — уменьшить силу демонической ауры, которая пугала обычных работяг. Те хотя бы перестали трястись и ускорились.
Конечно же, Виктория это заметила. Может, внешне она ничего и не увидела, но через бедолаг-работяг поняла, что я что-то сделал. А когда Чёрная Крошка глянула на свой ящик с секторами, то снова увидела выплеск так называемой антидемонической энергии. Она в целом выплёскивалась каждый раз, когда я применял свою магию, причём в любом виде.
— Обалдеть! — охнула красавица. Брюнетка сжала правой ладонью свою левую грудь. — Олег, ты…
— Я знаю, — подмигнул Чёрной Крошке. — Расскажешь после убийства всех Бесов. — И я призвал свой святой меч.
Виктория тоже достала свою огненно-синюю катану, но на этот раз применила водную магию с золотыми вкраплениями. Я наконец увидел, что она магократка золотого легиона, которая владеет стихией воды.
— А я всё гадал, чем ты владеешь, — улыбнулся Чёрной Крошке, а сам вонзил свой меч в Беса, летящего прямо на Викторию.
— Спасибо! Но я и сама почувствовала его приближение, Олег. Я всё-таки маг золо…
— Золотого легиона, знаю, — сразу же перебил я, при этом создал невидимую стену, которая не дала ещё одному Рогатому схватить простолюдина.
Так как Виктория призвала небольшой дождь, простолюдин увидел по очертаниям невидимую фигуру Демона. Он также увидел, как Рогатого остановило что-то невидимое. Когда работяга посмотрел на меня, то сразу же понял, что я его спас.
— Б-благодарю, — поклонился мужчина, а сам забросил последние пять сигаретных пачек в тележку и побежал с ней в сторону фургона.
Чёрная Крошка подошла ко мне и спросила:
— Про мою магию ты гадаешь, а про ауру всё знаешь. Ты что, следил за мной, пока я следила за тобой? Или что вообще происходит?!
— Я тебе изначально сказал, что знаю о тебе больше, чем ты думаешь. И уж поверь, то, что ты маг золотого легиона — это лишь цветочки. — И я разрубил ещё одну рогатую тварь, да так, что один из светящихся красных глаз растёкся как лава.
Эх, жаль, что Виктория не видит того, что вижу я. Хотя брюнетке было пофиг. Она сама разрубила двух Бесов своей катаной, используя свою магию с призванным дождём внутри заброшенного кирпичного здания, чтобы видеть силуэты Бесов.
А когда красотка закончила, то с недоумением и лёгкой агрессией спросила:
— Чего ты ржёшь, Бестужев?
А что я мог ей сказать, если она призвала дождь, но из-за её золотой ауры я видел золотой дождь. А с такими извращенскими названиями сложно не улыбаться.
Да что уж там, я просто заржал.
Но надо отдать должное, пока ржал, убил ещё троих Демонов.
— Ну чего ты ржёшь?! — «обессилила» Виктория. Девушка намокла от собственного золотого дождя.
Пха-ха-ха!
Нет, всё. Хватит. Пора брать себя в руки.
Я подошёл к брюнетке и крепко обнял её, создав вокруг нас невидимые стены в виде куба.
— Бестужев, т-ты что делаешь?! — злилась и краснела Чёрная Крошка. Ну хорошо, что хоть не чернела. А то если бы здесь были операторы из Нетфликса и снимали о нас фильм, то Виктория вполне могла стать чёрной и вызвать такой же дождь.
— А разве ты не видишь? Я тебя обнимаю, Виктория, — прямо ответил я. — Благодаря этому я создаю защиту, и Бесы не могут пройти через неё, — начал я выдумывать на ходу, но Чёрной Крошке было уже пофиг. Она сама прижалась ко мне посильнее. Я даже почувствовал, как гормоны реципиента подыграли ей, поставив меня в неловкое положение перед её намокшим обтягивающим костюмом, который стал ещё более обтягивающим.
Сука, ну почему стояк «произошёл» именно сейчас?!
Неужели нельзя было подождать ещё сорок семь секунд, пока я не убил бы этих рогатых даунов?
Конечно же, Виктория почувствовала, как что-то непонятное упирается ей прямо в зону, что ниже пупка, но выше лобка.
— Бестужев! — чуть ли не ахнула Чёрная Крошка.
— Прости, это было непрофессионально, — улыбнулся я.
— Да я не про твой член, которым ты меня хочешь продырявить непонятно где! — выдала базу Виктория. — Я про Бесов!
— А что не так? — спокойно осмотрелся я и увидел, как наш куб из невидимых стен трескается.
— Твою мать! Я не вижу дождя. А он должен идти! — запаниковала красотка, при этом «немного» разозлилась на моё спокойствие. Значит, верит не до конца в мою силу.
Надо это исправлять.
— Да нет, всё нормально, — продолжал я сохранять спокойствие, понимая, что Чёрная Крошка не видит Бесов, которые «обволокли» куб своими костлявыми гнилыми телами. Именно поэтому они не дают проникнуть дождю. — Это просто двадцать, может, тридцать рогатых вонючих тварей пытаются нас убить. Всё нормально. Ща всё будет, Виктория. Ты только глаза закрой и доверься мне. У меня есть один подарок для Демонов. Называется он «Флюгегехаймен»!
Глава 4
— Чтооо?! Ктооо?! — скорчила Виктория такую «моську», будто на оба глаза по минус пять.
— Флюге-ге-хаймен! — проговорил я медленнее, а потом добавил: — Не бери в
