— А я? — спросила Шельма. — Мне нужен важный пост, потому что мы с тобой лучшие подруги. Не забывай.
— Ты можешь начать разрабатывать костюмы для Большого парада. А Макабра займется изготовлением флага для нашей команды.
— А может, я не хочу заниматься флагом? — запротестовала Макабра. — Допустим, я хочу делать что-то др-р-ругое.
— Вот упрямая. Ты же хотела участвовать в работе комитета. Так участвуй, в конце концов.
— Сейчас я поучаствую. Кулаком тебе по носу…
— Кому-нибудь еще капусты? — вкрадчиво поинтересовалась Шельма.
Все промолчали.
Глава девятая
Гоблины уселись в кружок в своей пещере и принялись разбирать трофеи последней охотничьей вылазки. Не совсем так. Вылазка была скорее не охотничьей, а грабительской. Они потратили целый день и нашли кучу хлама.
Предметов было шесть: безразмерный женский халат синего цвета (Пузан сорвал его с бельевой веревки); цветастая соломенная шляпка (которую Цуцик отобрал у какой-то старушки); кипенно-белый фартук (стянутый Косоглазом с пояса доярки); плетеная корзина (отважный Обормот вырвал ее из рук маленькой девочки); большая бутылка из-под микстуры с завинчивающейся крышкой (найденная Свинтусом) и, наконец, палка. Ее нашел Гнус. Он не задумывался над словами Гнормана по поводу того, как должна выглядеть няня. Поэтому прошатавшись весь день по лесу, он решил принести палку. Не возвращаться же с пустыми руками.
— Молодцы, — похвалил Красавчик. — Хорошо посдарались. А кто пдинес палку?
Гнус не признавался и что-то бурчал себе под нос.
— Чего? — спросил Красавчик. — Чего говоришь?
— Он не понял, что не так с палкой, — перевел Цуцик.
— Все с ней не так, — огрызнулся Красавчик. — Няням не дужны палки. Разбе гном говорил о палках? Нет.
Гнус снова что-то промямлил.
— Чего? — переспросил Красавчик.
— Он говорит, что гном ничего не сказал про то, что у нянек не должно быть палок, — передал Цуцик.
— А разбе он упоминал о том, что у нянек должны быть тракторы, телескопы или там аккордеоны? — взревел Красавчик. — Халаты, шляпки, фартуки, корзинки и бутылки с лекарствами для детей. Вот о чем говорил гном. Никаких палок. Ребенок испугается, если махать перед ним палкой.
— Помолчи уже, — попросил Гнус и снова помрачнел.
— Дело в том, — встрял Пузан, — что все мы не сможем быть няньками. Вещей не хватит.
— Ты прав, Пузан, — согласился Красавчик. — Комплект один. Значит, няня будет одна. И знаете что? По-моему, я подхожу лучше всех.
— С чего вдруг? — прорычал Гнус. — Ты сам ни одной вещи не принес.
— Все потому, что я избавлялся от гнома, — резонно заметил Красавчик. — Ведь его нужно было вернуть домой, разве нет? Я сделал больше, чем вы. Нашел кондитерскую и гнома.
Тут его взгляд упал на широкий голубой халат.
— Как бы то ни было, халат этот мне подойдет лучше, чем вам. Он моего размера.
— Откуда тебе знать? — засомневался Гнус.
— Знаю.
— Тогда примерь.
— Легко, — отозвался Красавчик. — Закройте глаза. Только, чур, не подсматривать.
Все послушно закрыли глаза. В течение нескольких минут раздавались топот и сопение. А потом…
— Отлично, — сказал наконец Красавчик. — Теперь можете смотдеть.
Шесть пар маленьких поросячьих глазок уставились на Красавчика, и у гоблинов отпали челюсти.
— Огооооо, — протянул Свинтус. — Ну, ты даешь, Красавчик!
Красавчик преобразился. Халат пришелся ему впору, как и цветастая шляпка, повязанная бантиком под подбородком. Фартук придавал ему вид заботливой тетушки. Завершающим штрихом образа была корзинка.
— Как я выгляжу? — с жеманством спросил Красавчик и приладил шапочку.
— Без кастрюли на голове тебя совсем не узнать, — признал Пузан.
— Согласен, шляпа тебе к лицу, — заявил Косоглаз. — Да и весь наряд отлично подходит.
— Пдавда? — просиял Красавчик, кружась в халатике.
Ему хотелось посмотреться в зеркало.
— Недостаточно выглядеть, как няня, — заметил Гнус.
Он все еще пытался привлечь внимание к своей палке.
— Нужно говорить, как няня. Держу пари, у тебя не выйдет.
— Что? Ах ты грубый, непослушный мальчишка! — заверещал высоким голосом Красавчик. — Еще одно слово, и я отпдавлю тебя спать без ужина!
Семейство так и попадало. Гоблины катались по полу, схватясь за животы и задыхаясь от хохота (все, за исключением Гнуса). До того потешно говорил Красавчик.
— Скажи-ка еще что-нибудь, Красавчик! — умолял Цуцик. — Ну пожалуйста!
— Ходошие детки должны мыть руки перед едой! — поучал Красавчик.
Последовал очередной взрыв смеха. Красавчику в кои-то веки выпала чудесная возможность побыть в центре внимания.
— Еще! — рычал Свинтус, утирая слезы.
Красавчик порылся в корзине и извлек бутылку с микстурой.
— Встаньте гуськом и пдимите лекадство, вы ведь ходошие детки!
Он яростно тряс сосудом в надежде еще сильнее рассмешить собратьев. На этот раз не вышло.
— Впедед! Подходите по одному! — вновь попытался он. — Встать в стдой!
Тишина.
— Слабовато, — заключил Гнус. — В бутылке пусто. Микстура-то кончилась.
— Так и есть, — согласился Красавчик. — Пустая. Но когда я туда пдиду, будет полной.
— Где же мы ее достанем?
— Ну, найдем что-то похожее. Напдимер… — Красавчик поискал глазами что-нибудь подходящее.
Его взгляд остановился на ржавом ведре с крапивным супом у входного валуна.
— Кдапивный суп.
— Но ты не сможешь выдать крапивный суп за лекарство для детей, — отчаянно запротестовал Гнус. — Они догадаются, что ты ненастоящая няня, если микстура не поможет. Сразу вычислят. Думаешь, что умнее всех? Как бы не так.
— Может сдаботать, — сердито буркнул Красавчик.
Гнус ему порядком надоел.
— Не получится.
— А по-твоему, няни носят палки? Это все, что ты можешь пдидумать? Ничегошеньки ты не знаешь. Все равно няней буду я. Поэдому замолкни.
— Тебе надо придумать имя, — задумался Пузан. — Как обзовешься?
Красавчик принялся перебирать в уме женские имена, чтобы найти подходящее. А то няня Красавчик как-то не звучало.
— Может… — растерянно произнес он. — Может, Сьюзан?
Гоблины крепко задумались.
— Попробуй побыть Сьюзан, — согласился Пузан. — Если что, мы поправим.
— Добдое утро, — проворковал Красавчик и неуклюже присел. — Беня звать Сьюзан, и я буду за тобой ухаживать, малыш. Ты же ходоший мальчик? Какой ходошенький. У него ваши глаза. Позвольте мне его перепеленать?
Гоблины в очередной раз поразились талантам Красавчика.
— Ух ты! — воскликнул Свинтус. — Здорово. Откуда ты все это знаешь?
— Сам не знаю, — смутился Красавчик.
Он был удивлен не меньше остальных.
— Так естественно получается. Я, наверно, в пдошлой жизни работал няней.
— Вот и отлично, — сказал Цуцик. — Красавчик будет няней. Остальные потерпят и заберут мешок золота.
— Согласен, — хмыкнул Гнус. — По крайней мере, в пещере не будет его духа.
Тут Красавчик все-таки вышел из себя, и потасовки избежать не удалось.
Глава десятая
Пачкуле предстояло нанести три важных визита, поэтому она достала свою метлу, которая была рада-радешенька послужить хозяйке по прямому назначению. На крыльях ветра Пачкуля и Хьюго направились в мастерскую Винсента Ван Вурдалака.
Убедить Винсента нарисовать плакаты оказалось легко. У Пачкули только начала вырисовываться идея, а он уже носился вокруг в веселом возбуждении, раскладывал кисти и банки с красной краской, на ходу придумывая макет.
— Я тут подумала, может, тебе попробовать другой цвет? — осмелилась, наконец, предложить Пачкуля. — Ну, например, не красный, а какой-нибудь другой. Просто для эксперимента?
— Художник здесь я, — сухо проговорил Винсент. — Поэтому предоставь художественные решения мне.
Казалось, он немного злился, поэтому Пачкуля не стала спорить и отправилась дальше по делам. День предстоял долгий. Далее по списку шел визит к королю.
Король Фундюк сидел в своем уютном сарайчике и наслаждался видом чудесных садов через небольшое окошко. На маленьком таганке кипятился чайник. Пьянящий запах свежескошенной травы заполнял комнату. Король все утро косил заросшую лужайку и теперь вполне заслуженно отдыхал.
Королю нравился его хорошо обставленный сарайчик со старым троном, баночкой вкуснейших сливок, тарелкой домашних помидоров на столе и кипой старых номеров журнала «В мире карет». В сарайчике он проводил все свое свободное время, скрываясь от сварливой жены и докучливой дочки. Фундюк был невысоким, хилым и тщедушным королем. Разумеется, он не мог постоять за себя. Иногда все же любящие члены семьи настигали его в сарайчике и не выметались оттуда, пока не получали от короля чеки на весьма кругленькие суммы.
