Повернулась к сестре, в надежде, что хоть она поддержит меня, но Амелия лишь усмехнулась. Ей было приятно смотреть на моё поражение...
Стараясь не растерять последние капли своего достоинства, попыталась улыбнуться.
— Я постараюсь успеть к празднику, — сказала я и, попрощавшись с родными, медленно вышла из комнаты, понимая, что ещё немного и слёзы будет невозможно сдерживать.
Схватив с вешалки чёрное весеннее пальто, взяла сумку и покинула собственный дом. Уходила, несмотря на непреодолимое желание вернуться и бросить ведро с помоями прямо в самоуверенную рожу Епремяна. На подсознательном уровне чувствовала, как он торжествует, наслаждаясь своей победой. Но он еще не знает, кого выбрал себе в качестве соперника. Я — дочь своего отца, и я отказываюсь принимать поражение. Не сегодня, так завтра всё обязательно прояснится. Я заставлю его лично извиниться перед мамой за ту сумятицу, что он создал одним только своим появлением.
Я уже разблокировала машину и собиралась сесть за руль, как услышала за спиной быстрые шаги. Спину обожгло знакомым пламенем, заставив пальцы непроизвольно сжаться в кулаки. Даже не нужно было оглядываться, чтобы понять кто это.
— Я поеду с тобой, — надменный голос, прозвучал над самым ухом, от чего по телу прошлась неприятная дрожь. На сегодня это была последняя капля в чаше моего терпения. Да кем он себя вообразил?!
— Не смей приближаться ко мне! — с силой захлопнув дверцу автомобиля, повернулась на сто восемьдесят градусов и врезалась в широкую мужскую грудь.
Резкий аромат дорогого парфюма ударил прямо в лицо, из-за чего появилось лёгкое головокружение и запершило в горле.
Именно в такие моменты начинаю ненавидеть свой рост! Даже на каблуках я с трудом доставала до его подбородка.
Загорелые руки опустились мне на плечи, от чего стало совсем неуютно. Они сжимались вокруг меня словно тиски, а дыхание Артура щекотало кожу, вызывая мелкую дрожь по всему телу.
Приступ клаустрофобии напал на меня, лишая возможности двигаться. Лёгкие будто сжались, отказываясь качать воздух, перед глазами всё поплыло. Мне было страшно. Артур пугал меня всё сильнее...
— Отпусти меня! — начала брыкаться, стараясь вырваться из кольца его рук и глотнуть свежего воздуха.
Со стороны это наверное выглядело очень глупо, но мне действительно было ужасно плохо.
Его грудь задёргалась, заставив меня опешить от неожиданности.
Он смеялся! Открыто смеялся надо мной, в то время как я чуть не потеряла сознание от страха...
— Не брыкайся, очкарик, — сквозь смех произнёс он, наклонившись ещё ближе к моему лицо.
Да он открыто издевался надо мной! Обида за детское прозвище, из-за которого было пролито немало слёз, злость, страх, ненависть — всё слилось воедино, придав мне сил. Не знаю как, но я смогла-таки вырваться из его лап, но на этом моя удача закончилась. Каблук застрял в трещине между плитками дорожки, и я с грохотом упала на землю. От удара очки отскочили в сторону, характерный звон оповестил о том, что мне пора ехать в оптику.
Я ещё никогда не чувствовала себя такой униженной. Спина и локоть ужасно болели, перед глазами всё было как в тумане. А эта ошибка природы вместо того, чтобы помочь подняться, стоял надо мной и хохотал.
Отчаяние и обида навалились на меня тяжёлым грузом и нервы попросту не выдержали. Предательские слёзы хлынули из глаз, лишая последней возможности видеть...
На этот раз я точно проиграла. Показала Артуру, что он сильнее.
Пытаясь не растерять последние крупицы раненной гордости, сделала попытку подняться, но уже через секунду поняла, что это была плохая идея. Стоило встать на ноги, как туман вокруг стал гуще, и я чуть было снова не повалилась на землю. Осталась стоять только потому, что в последнюю секунду успела ухватиться за его руку.
— Больше не хочешь, чтобы я тебя отпускал? — довольно произнёс Артур мне на ухо. Он был так близко, что я чувствовала прикосновение ещё жёсткой щетины к своей коже. Дрожь охватила меня всю, вызывав временный паралич конечностей. Собственная реакция пугала и одновременно завораживала меня. Почему рядом с ним я становлюсь такой жалкой и беспомощной? Куда подевался тот внутренний стержень, который не давал мне сломаться все эти годы?
Попыталась ответить ему той же монетой, вернуть колкость отправителю, но голос пропал, отказываясь повиноваться.
Его вторая рука оказалась у меня за спиной и уже через пару секунд я почувствовала, как оказалась прижата к нему. Артур просто взял и впечатал меня в свою широкую, покрытую каменными мышцами, грудь.
Не знаю как описать те ощущения, которые охватили всё моё тело. Я не могла разглядеть ничего вокруг, голова кружилась так, словно меня только что сняли с колеса обозрения. Я лишь чувствовала что он несёт меня куда-то и слышала размеренный стук его сердца.
Паника вновь вернулась, когда Артур посадил меня в свою машину. Это я поняла сразу же, так как салон был полностью из чёрной кожи, а вокруг витал аромат мужского парфюма.
— Куда ты меня везёшь? — вцепившись в ремень безопасности, спросила у него, когда услышала шум закрывающейся двери.
Он не ответил! Да что за человек такой?!
