Из бутылки с надписью «Русская водка» он наливает граммов 50 в чистую стопку, другой рукой, не интересуясь особо содержимым, берет главный атрибут гостиницы – граненый стакан (запивать «Боржоми» крепкие напитки – дурной тон даже у летчиков), и тут же, выпив из стопки чистейшего 96 %-ного спирта, он запивает его чистейшим 96 %-ным спиртом из граненого стакана.
На юном лице авиатора отражается недоумение. Сдерживая перехватившее дыхание, он судорожно, как карп, вытащенный на берег, широко открытым ртом пытается вдохнуть воздух. Затем военлет хватает гостиничный графин и отпивает из горла еще граммов 100 чистого спирта. Почти задыхаясь, он с безнадегой хватает бутылку с надписью «Боржоми» и делает несколько глотков.
Лишь тут ему сравнительно повезло, в этой бутылке находился уже не чистый спирт, а «Массандра» (напомню – спирт с дистиллированной водой 48 %-ной крепости).
Финальная картина выглядела так: рот радиста открыт настолько широко, что ему позавидовал бы любой кашалот, из ушей валит пар, а в глазах застыл немой вопрос: «За что?..»
Через 15 секунд дар речи вернулся к радисту, и сдавленным голосом Петр спросил меня:
– Вода… Где вода???
Вода всегда была страшным дефицитом в полку радиоэлектронной борьбы. Именно сейчас ближайшая вода находилась в конце коридора, в туалете, а поскольку говорить мне было весьма проблематично, я рукой просто показал генеральное направление движения. Петр умчался за живительной влагой, сшибая все на своем пути, а я подумал, что на ближайшие сутки о досуге можно не думать, ведь не зря летчики называли спирт ДП – 2 Г (день пьешь – два гуляешь). Ночью, отпив немного водицы, автоматически получаешь вторую серию марлезонского балета.
Кстати, на этом беды радиста не закончились. Утром добрые сослуживцы прибили его ботинки к стене, прямо рядом с кроватью. Когда Петр проснулся и, увидев их, попытался обуться, чтобы сходить в туалет, то окончательно потерял пространственное положение и чуть не сошел с ума.
Тревожный чемодан
Командир полка на вечернем построении говорит:
– Завтра проверяем цепочки оповещения на случай тревоги. Утром, в 6.00. солдатики пробегутся по своим маршрутам, нам перед итоговой проверкой надо сделать хронометраж, кого во сколько оповестили.
Из глубины строя кто-то задает вопрос:
– Товарищ командир, а тревожные чемоданы брать?
Тревожный чемодан – это такой несессер для военных, на случай, если нежданно придет война и ты навсегда уйдешь из родного дома. Там должны быть: бритва, носки, смена белья, 20 рублей денег и т. д. На вопрос военлета после минутного размышления командир отвечает:
– Ах да, всем взять тревожные чемоданы, заодно проверим и их!
Любопытный не унимался:
– А противогазы брать?
– Правильно! Слышите, всем взять с собой противогазы!
– А костюмы химической защиты?
– МОЛОДЕЦ! И костюмы химзащиты тоже берем с собой, заодно проверим и их.
Удар по почкам остановил любопытного. В строю послышалось шипение:
– Еще один вопрос – и ты покойник!
Филолог доморощенный
Когда-то летал в одном экипаже с Володей Н. Железная стена рухнула, и, надеясь на лучшее, Вовочка стал упорно учить английский язык. Наконец его звездный час настал. Мы прилетели в Gatwick (London), прошли таможенные формальности и ждали у входа в аэровокзал автобус с нашим представителем. Вова был необычайно возбужден, он готовился к первому в жизни общению с иностранцем.
Набравшись храбрости, Вовочка подошел к английскому констеблю, который стоял на углу, и спросил его, как бы приглашая к диалогу:
– Do you speak English? (Ну как-то так…)
Я много читал о невозмутимости англичан вообще и их стражей порядка в частности, но этот коп реально растерялся. Он не понимал, к чему задан этот каверзный вопрос? Вова тут же получил погоняло – «Переводчик».
Всем было известно, что сторонник здорового образа жизни Вова каждый без исключения день съедает целую луковицу. Вечером в ресторане Вова жестами долго показывал официанту виртуальную луковицу, делал вид, что плачет при ее чистке, делал пассы в воздухе мнимым ножом, как бы нарезая луковицу дольками, и наконец уверенным голосом сказал:
– Bring me Чиполлино!
Нашему восторгу не было предела. Вова, оказывается, знал еще и итальянский!
P.S. Сам я свидетелем не был, но друзья утверждают, что, когда Вова оформлял визу на въезд в Израиль, заполняя стандартную форму, на вопрос «occupation» (профессия) он весьма лаконично ответил – «Одобряю!», видимо, высказав таким образом свое отношение к оккупации палестинских земель. Визу Вове дали немедленно.
Звезда
Однажды на занятия по предмету «Самолет и двигатель» пришел начальник училища. Совершенно случайно он вызвал к доске одного из самых «слабых» курсантов и сказал:
– Нарисуйте все элементы гидросистемы самолета «Л-29».
Курсанту всего-то и надо было показать, где находится гидробак, плунжерный насос, трубопроводы и исполнительные агрегаты. Однако тот так и не вспомнил, из чего состоит система и где вся эта хрень находится. Ничтоже сумняшеся курсант просто нарисовал фюзеляж и крылья самолета «Л-29», а потом замолчал, казалось, навсегда. Несколько раздраженно генерал спросил:
– Это все?
Подумав немного, курсант решительно подошел к доске и на хвосте самолета дорисовал пятиконечную звезду. Аудитория взорвалась от хохота.
Генерал
Мы вылетали по делам с Анатолием Ивановичем в Брюссель авиакомпанией Brussels Airways, и нам достались места в самолете у аварийных выходов. Те, кто сидит здесь, инструктируются бортпроводниками дополнительно. К нам подошла девушка и спросила, на каком языке нас лучше проинструктировать: французском или английском. Я выбрал английский, однако очень скоро девушка прервала инструктаж, обратившись ко мне с вопросом: «Сэр, а почему ваш друг демонстративно отвернулся к окну и всем своим видом показывает, что не слушает меня?» И я тако рек: «Извините нас, пожалуйста. Просто мой друг ОЧЕНЬ ЧЕСТНЫЙ человек, к тому же – боевой генерал. Всю жизнь он был уверен, что если и попадет в Европу, то только на танке, поэтому иностранных языков не учил. Он просто не хочет, чтобы у вас создалась видимость, что он вас понимает. Тем не менее, пожалуйста, не тревожьтесь, мы пилоты и очень хорошо знаем, что делать в экстренной ситуации… Можете на нас положиться».
Друг степей
Туркмения. Аэродром Небит-Даг (который пилоты называли Не Дай Бог). Экипаж «Ми-8» вылетает по маршруту. По дороге, как это положено, садится рядом с бахчой и вступает в коммерческие переговоры со сторожем, сыном степей – туркменом (выглядит так же, как и друг степей калмык). Командир вертолета начинает торги с символической суммы, предлагая за мешок арбузов 3 рубля.
– Дэсят, – отвечает старый туркмен.
– Хорошо, пять, – предлагает капитан.
– Дэсят.
– Семь.
– Дэсят. (Друг степей настроен не конструктивно.)
– Хрен с тобой, – в сердцах кричит капитан, – пусть будет «дэсят».
Туркмен хитро улыбается. Все вышло так, как он хотел! Эти русские совсем не умеют торговаться. Однако улыбается он ровно до тех пор, пока пилоты не вытаскивают из винтокрылой машины вместо привычного 50 кг мешка лопастной чехол (чехол от лопасти несущего винта длиной 8 метров).
Обреченно туркмен смотрит, как арбуз за арбузом пилоты закатывают урожай бахчевых в его бездонное чрево. Туркмен гладит бороду, размышляя о том, что он-то, конечно, не обеднеет, поле огромное, но все равно обидно. А что делать? Сделка заключена, 10 рублей получено, мешок, как договаривались, всего один…
И все же напоследок со стоическим спокойствием туркмен произносит:
– Эй, как барата тэбэ прашу, больше сюда с такой мешок нэ прылетай!
Инструктаж
Молодое пополнение в первый раз заступает в караул. По случаю такого события в роту прибывает САМ. Генерал спрашивает будущего часового:
– Инструктаж был?
– Так точно!
– И что тебе сказали?
– Не проеби автомат, сука…
Экипаж
На подводную лодку прибывает пополнение, которое инструктирует замполит. Капитан 2-го ранга дословно говорит следующее:
– Коллектив у нас исключительно мужской, поэтому, если кто-нибудь встретит здесь настоящую любовь, он меня сильно огорчит!
Урок физики
Не ясно зачем, но учебно-летный отдел закупил много коробочек с цветными мелками, которые разложили по аудиториям. Возвращаясь к военной телеологии, скажу, что раз мелки принесли – ими нужно пользоваться. Лектор бессистемно писал на доске мелками разного цвета, покуда с галерки не прозвучал чей-то голос:
