Читаем без скачивания Свадебный танец - Кэндис Кэмп

— Рошфор, — поприветствовала Франческа герцога и подошла к нему, протянув руку.

Только сейчас она заметила в руках герцога букет кремово-белых роз. Франческа остановилась, в приятном удивлении прижав руку к груди.

— Какие красивые! Спасибо.

Она взяла букет, чувствуя, как от удовольствия запылали щеки.

— Я пришел слишком рано, но подумал, что, прежде чем отправиться в театр, мы отметим ваш день рождения, — сказал Рошфор.

— О! — Франческа просияла своей блистательной улыбкой. — Вы вспомнили.

— Разумеется.

Франческа опустила лицо в розы, вдыхая их дурманный аромат, скорее желая скрыть свое довольное лицо, чем насладиться запахом.

— Спасибо, — повторила она, вновь взглянув на Рошфора. И почему ей так понравилось, что он помнит о ее дне рождения?.. И купил для нее цветы? Как бы то ни было, Франческа почувствовала себя легко впервые за последнюю неделю.

— Пожалуйста. — При тусклом свете свечей глаза герцога казались бездонно-темными.

О чем он думает? Вспоминает, как она выглядела пятнадцать лет назад? Считает, что она сильно изменилась?

Смущенная ходом своих мыслей, Франческа отвернулась и позвонила в колокольчик, чтобы позвать дворецкого. Сообразительный Фэнтон, который до этого видел цветы в руках герцога, уже нес вазу с водой. Он поставил ее на низкий столик перед диваном, и некоторое время Франческа занималась цветами.

— Однако я очень надеюсь, — игриво произнесла она, не глядя на Рошфора, — что, прекрасно помня дату моего рождения, вы не так прекрасно помните, сколько мне лет.

— Ваш секрет навсегда останется со мной, — шутливо-серьезно заверил герцог. — Но даже если бы я его разболтал, взглянув на вас, мне бы не поверили.

— Какая милая ложь, — ответила Франческа и улыбнулась, играя ямочкой на щеке.

— Никакой лжи, — возразил Рошфор. — Я только что смотрел на ваш портрет, и считаю, вы совсем не изменились.

Франческа хотела поспорить, но внезапно вспомнила свой сон. Не дыша, она посмотрела на Рошфора, думая лишь о его глазах, обращенных прямо к ней, и о бархатном прикосновении его губ.

Франческа покраснела до корней волос, и герцог переменился в лице, его глаза потемнели. «Он сейчас поцелует меня», — подумала Франческа, и ее тело тут же затрепетало в предвкушении.

Глава 4

Но, разумеется, герцог не собирался ее целовать. Вместо этого он сделал шаг назад со своим обычным холодно-сдержанным выражением лица без всяких признаков того, что показалось Франческе. Скорее всего, это было не чем иным, как игрой света и тени. Видимо, Фэнтон, экономя деньги, зажег мало свечей.

— Удивительно, что вы не дали бал в честь своего дня рождения, — натянуто произнес Рошфор.

Франческа отвернулась, пытаясь унять порхающих в животе бабочек. Она не должна думать о своем глупом сне. Он ничего не значил. К тому же Рошфор о нем даже не подозревает. Так что нечего стесняться и беспокоиться.

— Не говорите чепухи, — язвительно ответила Франческа, присаживаясь и делая знак Рошфору последовать ее примеру. — Я уже в том возрасте, когда не хочется привлекать внимание к своему старению.

— Но вы лишаете всех возможности насладиться вашим присутствием среди нас, простых смертных.

Франческа перевела на герцога полный безразличия взгляд:

— А вы не преувеличиваете?

Рошфор криво улыбнулся:

— Моя дорогая Франческа, разумеется, вы уже привыкли к тому, что вас называют богиней.

— Но только не человек, на весь город известный своей любовью к правде.

Рошфор усмехнулся:

— Сдаюсь. Вы победили. Соревнуясь с вами в обмене остротами, оставить последнее слово за собой просто невозможно. Я знаю.

— Приятно слышать, что вы это признаете, — улыбнулась Франческа. — А сейчас… Думаю, пора поспешить к леди Алтее?

— Да, конечно. — Герцог выглядел не таким заинтересованным, как ожидала Франческа.

Но тут же напомнила себе, что и не надеялась быстро и легко найти Рошфору невесту. Герцог был известен своим консерватизмом, поэтому понадобится время и усилия, чтобы изменить привычное ему течение жизни. К тому же Франческа и сама не знала, станет ли леди Алтея хорошей женой для него.

Она вспомнила о словах Ирен, сказанных на балу. Честно говоря, Алтея Робар смотрела на всех сверху вниз. И если для титула герцогини данное качество проблемой не являлось, то насчет счастливой супружеской жизни Рошфора Франческа уже сомневалась. Конечно, в определенных случаях он умел надевать «маску герцога» — как называла это Калли, — однако в остальное время не относился к своему титулу слишком серьезно. Рошфор мог завести разговор с человеком любого сословия, и Франческа не могла припомнить ни одного случая, когда он отказался кого-либо выслушать или кому-либо помочь, опасаясь за свою репутацию.

Франческа взглянула на Рошфора, когда они вышли из дома и направились к его элегантной карете. Эта карета, кстати, являлась примером того, что герцог был лишен горделивого высокомерия. Несмотря на качественную конструкцию, дорогую отделку и, несомненно, высокую стоимость, она не имела герцогского герба на дверце. Рошфор никогда не искал восхищенных вздохов и не видел причин выставлять напоказ всему миру свое имя и титул.

Герцог помог Франческе забраться в карету и сел напротив. Франческа откинулась на дорогом кожаном сиденье, снабженном мягкой подушкой для головы. В карете было темно и тесно, из-за чего атмосфера казалась интимнее, чем если бы они сидели в креслах гостиной.

Франческа не могла припомнить, чтобы когда-нибудь ездила с Рошфором в карете наедине. Они выезжали куда-либо вместе только в короткий период своей помолвки, но в то время Франческа была молодой незамужней леди, поэтому их постоянно кто-то сопровождал — мать Франчески или бабушка Рошфора. Франческа посмотрела вниз на свои руки в перчатках, чувствуя себя непривычно неуверенно.

Конечно же это глупо. Она мастерски умела поддержать беседу, а сейчас не могла и слова сказать. Причем человеку, которого знала всю свою жизнь. Однако Франческа не могла выбросить из головы приснившийся ей сон, из-за чего все слова высыхали, так и не сорвавшись с уст, а глупое сердце бешено стучало в груди. А еще Франческа не могла отделаться от ощущения, что Рошфор смотрит на нее. Хотя, с другой стороны, почему бы ему и не смотреть? Они сидели друг напротив друга, их колени разделяло всего несколько дюймов. И вообще с чего ей вдруг тревожиться из-за взгляда герцога? И тем не менее Франческа испытывала неловкость.

К ее облегчению, дорога к дому леди Алтеи заняла всего несколько минут. Франческа осталась ждать в карете, а Рошфор отправился за Алтеей. Как заметила Франческа, вернулись они довольно быстро, видимо, не стали много говорить. Учитывая, что Франческа сама пару минут назад в присутствии Рошфора не могла и двух слов связать, она не могла ни в чем винить леди Алтею. Однако Алтея, в отличие от нее, наверняка была более предприимчивой.

Они с Рошфором остановились возле кареты, и, когда лакей открыл для Алтеи дверцу и опустил ступеньку, Франческа услышала, как та с разочарованием выдохнула:

— Ох, так вы приехали не в герцогской карете.

Рошфор бросил взгляд на Франческу, которая смотрела на них сквозь окошко, и язвительно поднял бровь. Франческа поднесла руку к губам, чтобы скрыть улыбку.

— Нет, миледи, боюсь, только моя бабушка пользуется каретой с гербом. Однако, учитывая, что карета все же принадлежит мне, ее можно назвать герцогской.

Леди Алтея посмотрела на Рошфора слегка растерянно:

— Да, конечно, но как об этом узнают?

Франческа подавила вздох. Кто бы подумал, что в леди Алтее напрочь отсутствует веселье и чувство юмора.

— Действительно, — пробормотал герцог и протянул Алтее руку, чтобы помочь ей забраться в карету.

Алтея села рядом с Франческой, поприветствовав кивком, даже не улыбнувшись.

— Добрый вечер, леди Хостон.

— Добрый вечер, — улыбнулась Франческа. — Вы прекрасно выглядите.

— Спасибо.

Леди Алтея не ответила комплиментом, и это немного укололо Франческу. Но еще больше раздражало, что после своего короткого ответа Алтея не предпринимала никаких попыток продолжить беседу.

— Как поживают ваши родители? — бойко продолжила Франческа.

— Хорошо, спасибо. Отец редко болеет. Это относится ко всем Робарам в принципе.

— Правда? — Франческа заметила, как в глазах Рошфора на мгновение зажглись огоньки веселья. Алтея вызывала лишь раздражение и не делала ничего, чтобы производить о себе хорошее впечатление. — А как леди Робар проводит сезон? Этим летом я вижу ее редко.

— Она часто бывает с бабушкой, — ответила Алтея. — Леди Эрнестой Давенпорт. Сестрой лорда Родни Эшенхэма.

— А. — Франческа знала лорда Эшенхэма и его сестру, оба были очень высокомерными персонами. Во время своего первого сезона Франческа хихикнула над какой-то своей оплошностью, и леди Давенпорт сделала ей замечание. Только простолюдины могут издавать звуки, похожие на ослиный рев, сказала она, а истинной леди не пристало смеяться так громко.