Читаем без скачивания Киска - Н Младенцев

- Пожалуйста!

Через два часа Алиса сошла с междугородного автобуса, остановившегося ровно посередине деревни Кукушкино. Автобус поехал дальше, а местные жители, торговавшие сушеной и вяленой рыбой, стали наперебой предлагать Алисе свой товар.

- Ты посмотри, какой отлив! Ведь чистое золото!

- Иди сюда! Попробуй! Пальчики оближешь!

- Если приятное хочешь родственникам сделать, к которым приехала, купи у меня! Чувствуешь, какой аромат? А упаковка какая? Все стерильно! А хочешь, еще и в пакет уложу, если в руках стесняешься нести?

Последний довод оказался решающим, и Алиса купила у бойкой женщины рыбу. Прежде чем идти к Танькиному дому, Алиса зашла на почту и заказала разговор с городом.

- Кого позвать? - спросила телефонистка.

- Бориса Николаевича.

- Жди.

Ожидая вызова, Алиса пыталась спланировать предстоящий разговор. Но предугадать реакцию отца никак не могла и решила, что будет действовать по обстановке.

- Берсенева!

- Я, - ответила Алиса.

- Иди в кабину!.. Говорите.

- Пап?

- Алиса, ты?

- Да. Я в Кукушкино.

- В каком Кукушкино?

- К Таньке приехала. В гости.

- Какой Таньке?!

- Подружке моей, из сорок третьей квартиры.

- Так ты сейчас у нее?

- Нет. На почте.

- Объясни толком, где ты сейчас находишься!

- Я - в деревне Кукушкино. Приехала сюда на автобусе повидать Таньку, подружку мою из нашего дома. Она приезжает сюда каждую неделю на выходные, помогать на огороде.

- Послушай, сегодня не первое апреля и перестань меня разыгрывать!

- Я не разыгрываю...

Наконец, видимо, до отца дошло, что соединяла-то их телефонистка. Наступила пауза. Потом издалека послышался голос матери: "Пусть немедленно едет домой!.." Потом голос отца: "Подожди!.." Снова установилась тишина. Потом раздались всхлипывания.

- Слышишь? - спросил в трубку отец.

- Слышу... - ответила Алиса.

- И что?..

- Завтра днем вернусь.

Наступила такая тишина, что в трубке было слышно, как отец нервно теребит усы. Алиса вдруг поняла, что совершенно не может предугадать реакцию отца: он бросит трубку, начнет орать или передаст трубку матери, а она уж пустит в ход все мыслимые и немыслимые доводы, вплоть до "скорой помощи", лишь бы вернуть малолетнюю дочь домой. Ведь Алисе тринадцать будет только завтра. Хотя и в двадцать мама постарается держать дочь на коротком поводке.

Всхлипывания постепенно стали переходить в рыдания, а отец молчал. "Может быть, - вдруг подумала Алиса, - он ждет, что я опомнюсь и сама пообещаю вернуться домой уже сегодня?.." Алисе было жалко мать... да и отца тоже. "Но должны же они, - начинала она нервничать, когда-нибудь... Опять это дурацкое слово "должны" вылезло! Сейчас наверняка и отец его скажет: "Должна же ты, Алиса..." Как долго он молчит! Ну хоть бы что-нибудь уже сказал!"

- Алиса... Мне за тобой приехать или ты сама доберешься до города?

- Я... сама...

Угрожающего тона в голосе отца не было, но понять, что он имеет в виду, было сложно. Слова отца можно было расценить двояко: их можно было понять как "немедленно приезжай"; а можно было предположить и то, что речь идет о завтрашнем дне. Чтобы не мучиться неизвестностью, Алиса пошутила:

- Я выеду завтра с первыми петухами, вернее - с первой лошадью.

- Ты уже знаешь расписание движения автобуса?

- Нет. Я еще даже к Таньке не заходила, стала сразу же вам звонить.

- Ну... будь там поосторожнее...

- Спасибо, папа...

Алиса, выскочив из помещения почты, полетела к Танькиному дому, словно птица, выпущенная из клетки. По дороге она успела заглянуть в местный "бутик" и купила в нем подарки: Таньке и себе - на день рождения!

Танькин дом стоял справа от автомагистрали. Отворив заскрипевшую калитку, Алиса услышала за высокими воротами заливистый собачий лай. "Клево будет, - подумала она, - если я адрес перепутала. Ничего, они тут все друг друга знают, подскажут в случае чего, где дом Колосовых. Но самый крутой прикол будет, если Танька живет не в Кукушкино, а, например, в Погремушкино или в Петрушкино. Что-то никто не идет. Может быть, в окно постучать?"

Но вот одна половина ворот приоткрылась, и в проем просунулись две головы: Танькина и собачья.

- Вам кого? - удивленно спросила Танька, не узнавая Алису.

Алиса постаралась продлить удовольствие и максимально хриплым голосом, на который только была способна, ответила:

- Папаньку твоего!

- А... его нет.

- Тогда... маманьку!

- Они на речке. Вечером только будут.

- Тогда - бабаньку!

- А у нас ее нет...

- Тогда тебя!

- А у нас собака очень злая!

Танька была на два года младше Алисы. Да к тому же еще и хрупкая и невысокая, как Дюймовочка. Алиса почувствовала, что голос у нее подсел и долго разговаривать в таком регистре она вряд ли сможет. Но как, каким эффектным приемом закончить этот розыгрыш, тоже не знала. Так и стояли они, глядя друг на друга: Алиса - у калитки палисадника, а Танька - за воротами. Собака смотрела то на хозяйку, то на гостью и ждала команды. Первой не выдержала Танька и сердито спросила:

- Что вам надо?

- В "Кул Гёл" писала?

- Писала, - упавшим голосом сказала Танька.

- Адрес свой указывала?

- Указывала... - совсем растерялась она.

- Вот я и приехала с тобой дружить! Встречай!

- А ведь папы с мамой нет дома!

- Ты че, в натуре? Я к тебе из Сибири ехала на облом, что ли?

- Я... сейчас...

Танька оттащила во двор собаку, затем закрыла ворота, и наступила тишина. Потоптавшись около калитки, Алиса присела на скамейку у забора.

"Чего она там так Долго? - удивлялась Алиса. Может быть, к родителям со страху удрала через огород?" Посмотрев на окна, Алиса заметила, что в одном из них слегка пошевелилась занавеска. Решение, как действовать дальше, пришло мгновенно. Алиса встала, потянулась и пошла в сторону автобусной остановки. Женщина, продавшая ей рыбу, спросила:

- Родственники еще за рыбкой послали?

- Дома их не оказалось.

- Это кого же?

- Колосовых.

- А... они до позднего вечера на речке бывают. А Таньки-то разве дома нет?

- Наверное. Я стучала. Собака только тявкает - и все.

- Да какая это собака! Для забавы только. Придется тебе ждать. Хочешь, со мной посиди. Торговать научу!

- Мне бы переодеться тут где-нибудь. А то у вас жарко, как на юге!

- Колька! - громко крикнула женщина, - Колька, черт!

Из дома, напротив которого она сидела, разговаривая с Алисой, вышел парнишка лет четырнадцати и ответил:

- Ну, чего?..

- Помоги-ка иностранке переодеться!

- Как помочь-то? - поинтересовался Колька.

- Какой! Открой ей сени. Переоденется - закроешь! Иди...

Алиса пошла к дому. Колька галантно распахнул перед ней входную дверь, и Алиса вошла в застекленный коридор.

- А ты и вправду иностранка?

- Да.

- А почему у тебя акцента нет?

- Есть, но только когда волнуюсь.

- А ты из какой страны?

- Я, вообще-то, переодеться пришла.

- Переодевайся.

- Так ты выйди!

- Еще чего! Иностранки в фильмах при мужчинах запросто переодеваются!

- Так то при мужчинах!

- Ты что - на грубость нарываешься?!

- Ладно, Колька, выйди, пожалуйста, я тебя очень прошу...

- Сразу бы так! А то... мужчины какие-то...

Колька вышел. Алиса быстро переоделась и уложила "отпадные" вещи в сумку. Выйдя из коридора, она улыбнулась и сказала:

- Спасибо!

- Ого! - воскликнул Колька. - Ты, наверное, француженка?!

- Почему ты так решил? - томным голосом спросила Алиса.

- Такой поцелуй под правым глазом можно только от Эйфелевой башни заполучить!

- На каникулы приехал?

- А что, заметно?

- Юмор у тебя не пейзанский.

- Так Пизанская башня в Италии, а не здесь, маде-му-у-у-азель!

- Так я и говорю: "пейзане" в переводе с французского "крестьяне", а ты, наверное, даже не знаешь, как на корову седло надевать!

- Зато я знаю и смогу тебя научить, как быка за кольцо в носу дергать. Хочешь?

- Лучше я тебя научу по минному полю ходить, где только что стадо коров прошло! Пока, итальянец!

- О ревуар, парижанка!

Торговка, увидев под глазом Алисы синяк, ахнула:

- Ох, Колька! Иди-ка сюда, балбесина!

- Ну, чего?..

Женщина, показывая на глаз Алисы, спросила:

- Ты дверь сеней в какую сторону открывал?!

- А что? И незаметно почти совсем!

- Помог называется!

- Как говорят у них в Нотр-Дам де Пари, "се ля ви", тетя Дуся!

- Вот выучили вас на свою голову! Сплошной Интернет в голове! А ты чего улыбаешься? Врезала бы ему в ответ как следует!

- Она и врезала! - не дал Алисе ответить Колька. - Только почти и незаметно совсем!

- У тебя все "почти"! Куда хоть врезала-то, племянничек?

- Сказать? - спросил Колька у Алисы.

- Не надо. Спасибо вам.

- Еще приходи! Рыбка-то как? Ах, да, ты ведь еще и не пробовала!

- До свидания.

- Скучно будет - к нам приходи!

- Ладно!

"Сколько вокруг людей хороших, - радостно подумала Алиса. - И о папе я думала хуже, чем он есть. Приеду завтра - извинюсь". Алиса подошла к знакомой уже калитке, открыла ее и прошла по выложенным на земле каменным плитам к дому. Постучала в окно. Притаившаяся Танька не откликалась. Но вот край занавески дрогнул и пополз в сторону. За стеклом появилось вытянувшееся от удивления лицо Таньки. Вытаращив глаза, она смотрела на Алису, как на привидение, пришедшее ночью с кладбища, чтобы навестить родственников.