– Попробую. "Очерки по Ингибиции" являются важнейшим трудом в данной области. В них содержится итог всех проведенных исследований.
– Вот как? Насколько это современно?
– Я просматривала периодику. Последний номер примерно годовой давности.
– Приводится ли там список его трудов? - Дрейк ткнул пальцем в сторону комнаты Харга Толана.
– Более чем кого-либо другого. Он выдающийся исследователь данной проблемы. Я особо тщательно просмотрела его работы.
– Что он думает о происхождении этой болезни? Постарайся вспомнить, Роуз.
Она покачала головой:
– Готова поклясться, что он винит в этом Землю, но вместе с тем он признает, что им ничего неизвестно о способах распространения болезни. В этом я тоже могу поклясться.
Дрейк стоял перед ней, стиснув могучие кулаки, и бормотал едва различимо:
– Все может измениться в любую минуту...
Он резко повернулся к двери.
– Я выясню это прямо сейчас, Спасибо тебе за помощь, Роуз.
– Что ты собираешься делать? - воскликнула она, бросаясь следом за мужем.
– Задам ему пару вопросов. - Дрейк выдвинул ящик комода, порылся в нем и вытащил пистолет-инжектор.
– Нет! - завизжала она.
Он грубо отшвырнул ее в сторону и зашагал по коридору.
Дрейк распахнул дверь и вошел в комнату пришельца. Роуз суетилась сзади, пытаясь схватить его за руку. Он замер, глядя на Харга Толана.
Гаукинянин стоял без движения, взгляд его блуждал в пространстве, а четыре опорных конечности были растопырены в разные стороны.
Роуз смутилась. Ей показалось, что своим вторжением они нарушили глубоко интимный ритуал. Но Дрейк, которому, судя по его виду, было на все наплевать, подошел к пришельцу на расстояние четырех футов и остановился. Они стояли лицом к лицу, при этом Дрейк держал пистолет-инжектор на уровне центра туловища гаукинянина.
– Теперь спокойно, - процедил Дрейк. - Он постепенно начинает чувствовать мое присутствие.
– Откуда ты знаешь?
– Знаю! - рявкнул Дрейк. - Убирайся!
Роуз, однако, не пошевелилась, а Дрейк был слишком поглощен, чтобы обращать на нее внимание.
На лице гаукинянина задрожали складки кожи. Зрелище было отвратительным, и Роуз невольно отвернулась.
Неожиданно Дрейк произнес:
– Достаточно, доктор Толан. Не стоит подключать конечности. Нам хватит органов восприятия и голосовых связок.
– Почему вы вошли в мою комнату отключения? - тихим голосом спросил гаукинянин. - И почему вы вооружены? - добавил он уже громче.
Голова его слабо заворочалась на еще безжизненном торсе. Очевидно, он послушался Дрейка и не подключил конечности. Интересно, подумала Роуз, откуда Дрейк узнал о возможности частичного подключения? Она об этом ничего не слышала.
– Чего вы хотите? - спросил гаукинянин.
– Ответа на некоторые вопросы, - произнес Дрейк.
– С пистолетом в руке? Я не собираюсь потакать вашему хамству.
– Вы мне не потакаете. Считайте, что вы спасаете свою жизнь.
– В данных обстоятельствах она не играет для меня большой роли. Очень жаль, мистер Смоллет, что на Земле столь превратно толкуют понятие гостеприимства.
– Вы не являетесь моим гостем, доктор Толан, - возразил Дрейк. Вы проникли в мой дом под ложным предлогом. Вы преследовали грязные цели и намеревались использовать меня в своих интересах. Теперь я без угрызений совести поверну этот процесс в обратную сторону.
– Лучше застрелите меня. Не стоит терять время.
– Уверены, что не станете отвечать на мои вопросы? Это подозрительно само по себе. Выходит, ответы для вас важнее жизни?
– Для меня важны понятия порядочности. Вам, землянику, это трудно понять.
– Наверное, трудно. Но, будучи землянином, я понял другое.
Дрейк резко метнулся вперед. Роуз не успела воскликнуть, а гаукинянин не успел пошевелить конечностями, как в руке Дрейка оказался гибкий конец цилиндра с цианистым калием. В углу широкого рта, в том месте, где был закреплен шланг, грубая кожа гаукинянина треснула и разорвалась. Из раны вытекло небольшое количество бесцветной жидкости; по мере окисления она медленно превращалась в коричневую желеобразную массу.
Дрейк дернул за шланг, и цилиндр вылетел из крепления. В следующий миг Дрейк нажал на контролирующую клапан кнопку, и тихое шипение прекратилось.
– Не думаю, чтобы утечка оказалась для нас опасной, - сказал он. - Надеюсь, теперь вы наконец поймете, что с вами произойдет, если вы не станете отвечать на мои вопросы, причем так, чтобы у меня не возникло сомнений в вашей искренности.
– Верните цилиндр, - медленно произнес гаукинянин. - Если вы этого не сделаете, я буду вынужден на вас напасть, и вам придется убить меня.
– Не обязательно, - сказал Дрейк, отступив на несколько шагов. Попробуйте напасть - и я отстрелю вам ноги; если понадобится, то все четыре. Умереть вы не умрете, но будет мучительно больно. Погибнете вы позже, от нехватки цианида. Вас ждет крайне неприятная смерть. Я всего лишь землянин и не могу оценить всего ее ужаса, но вы, я надеюсь, понимаете, о чем идет речь?
Гаукинянин разинул пасть, внутри которой шевелилось что-то желто-зеленое. Роуз едва не стошнило. Ей хотелось завизжать: "Дрейк, отдай цилиндр!", но она не смогла даже повернуть головы.
– Полагаю, пройдет около часа, доктор Толан, прежде чем процесс станет необратимым. Говорите, и получите свой цилиндр назад.
– А потом...
– Потом будет лучше. Даже если я вас пристрелю, вы умрете достойно, а не задохнетесь от нехватки цианида.
Похоже, с гаукинянином что-то начало происходить. Голос его сделался утробным, а слова слились в сплошную кашу, словно ему уже не хватало энергии на английское произношение.
– Что вы хотите узнать? - промычал он, не сводя глаз с цилиндра.
Дрейк поднял цилиндр и потряс им перед лицом гаукинянина.
– Расскажите о своей теории Ингибиционной Смерти. Зачем вы на самом деле прилетели на Землю? Почему заинтересовались Бюро пропавших без вести?
Роуз замерла в тревожном ожидании. Ей тоже хотелось задать эти вопросы. Разумеется, в другой обстановке, но в работе Дрейка необходимость считалась более важным понятием, чем доброта и человечность.
Она несколько раз повторила эту мысль, стараясь унять поднимающуюся в душе ненависть к мужу за то, как он обращается с доктором Толаном.
– Серьезный ответ займет более отведенного мне часа. Вы смертельно унизили меня, заставив говорить под принуждением. На моей планете такое невозможно ни при каких обстоятельствах. Только в вашем омерзительном мире меня могли лишить цианида.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
