Читаем без скачивания Татуировка на запястье руки - Валентина Батманова

Семья моряков

Рано утром майор Шуленин, с разрешения вышестоящего начальства, сел за руль служебного «Москвича» и со своей семьей поехал в Балтийск. В дороге Люба, повернувшись лицом к Галине Васильевне, которая сидела на заднем сиденье, рассказывала с ностальгией о Балтийске.

– Я родилась в Балтийске, ходила до пятого класса в одну из Балтийских школ. А когда мои родители получили квартиру в Калининграде, я там окончила школу и поступила в политехнический техникум. Когда родители погибли в Афганистане, я постоянно ездила в Балтийск и навещала там бабушку и дедушку, родителей моей мамы. У папы родители погибли в 1962 году в Новочеркасске, когда была расстреляна мирная демонстрация Донских казаков, недовольная жизнью. Донские казаки народ смелый, они во все времена участвовали в походах за нашу Россию. Никогда не предавали свое Отечество. Но, когда уже их терпению приходил конец, они все вместе выступали против произвола. Мой папа знал все казацкие песни и часто их пел для нас с мамой. Ну, а я только запомнила одну единственную песню. Хотите, я напою ее слова?

Внимательно, наблюдавший за дорогой Лев, улыбаясь, сказал:

– Вот, что я не слышал от твоей невестки, мама, так это то, чтобы она пела.

Люба ему ответила:

– А напрасно, семья у нас музыкальная, родственники по линии мамы любят петь лирические песни.

– Ну, ладно, Любаша, давай не будем говорить о лирических песнях, давай-ка ты спой свою казачью песню.

Люба, положила руки на колени и, повернув голову к боковому стеклу машины не смело, запела.

На вольном, на Тихом, на светлом Дону,Походная песня звучала.Козак уходил, уходил на войну,Невеста его провожала.

Мне счастья, родная, в пути пожелай,Вернусь я когда, неизвестно.Казак говорил, говорил ей, прощай!Прощай, отвечала невеста.

Будь смелым, будь храбрым в жестоком бою,За русскую землю сражайся.И помни, про Дон. И невесту свою,С победой домой возвращайся.

Девушка заплакала. А Галина Васильевна, захлопав в ладоши, заметила:

– Ты, сынок, в жены взял не только комсомолку-красавицу, но и певунью. Я уверена, скучно тебе с ней в доме не будет.

Вскоре показалась окраина города Балтийска. Люба стала всматриваться в давно знакомые ей места. Обращаясь к Галине Васильевне, сказала:

– Мы приехали в Балтийск, как хорошо, что сегодня прекрасная погода. Посмотрите как с северного мола, отчетливо просматриваются поселок Янтарный и мыс Таран, а на противоположном берегу залива замок Бальга. – И, немного помолчав, добавила. – Балтийский маяк и маяки на мысе Таран, всегда переговариваются ночью. Я часто ходила к маяку ночью с дедушкой, вернее прадедушкой Кириллом, ему уже восемьдесят лет. Маяки очень интересно слушать в ночное время, можно отчетливо слышать их звуки и наблюдать за световыми сигналами. Дедушка всегда говорил, – маяки передают друг другу сведения о походе кораблей. – Люба замолчала, а потом, обращаясь к Галине Васильевне, сказала. – На этом позвольте закончить свою лекцию. Я вам как-нибудь в выходные покажу все достопримечательности Балтийска и прилегающей к нему местности.

Немного поколесив по улицам Балтийска, Люба тихонько, тронула за локоть Льва и попросила, показывая рукою:

– Лева, остановись у подъезда вон того дома, что стоит на углу.

Лев остановил автомобиль, открыл двери и помог выйти из машины матери, затем Любаше. Они вошли в подъезд дома и поднялись на третий этаж по лестнице, у средней двери на лестничной площадке Люба попросила остановиться. Переводя дыхание, она сообщила:

– Вот здесь живут мой дедушка и моя бабушка. – Сделав шаг к двери, Любаша нажала на кнопку звонка. Но не успела она убрать руку от кнопки, как на пороге появился рослый, уже не молодой мужчина с огромной шевелюрой курчавых, черных, как смоль волос. Войдя в квартиру, гости сразу поняли, что их давно здесь ждут. Пропуская гостей в дом, мужчина вежливо сказал:

– А мы вас уже потеряли.

– Извини, дедушка, – целуя мужчину в щеку, сказала Люба. – Это я все карты перепутала, решила моим калининградцам похвастаться достопримечательностями нашего Балтийска.

– Извинения, конечно, мы твои принимаем, а чтобы посмотреть, как следует наш город Балтийск, нужно потратить не меньше трех дней. У нас такие места, что ни в одном уголке земного шара такого не увидишь.

И приглашая гостей в зал, в котором стоял длинный стол, накрытый белоснежной льняной скатертью, заставленный тарелками с едой, бутылками с вином и минеральной водой. Переступив порог комнаты, Люба сказала:

– Дедушка и бабушка, знакомьтесь, это мой будущий муж Лева, а это его мама Галина Васильевна.

Иван Кириллович галантно поцеловал руку женщине, крепко пожал руку будущему зятю, а затем, представляя свою жену, сказал:

– А это моя половинка Анна Михайловна, бабушка нашей Любочки.

Анна Михайловна была одногодкой своего мужа, но выглядела значительно моложе. Иван Кириллович пригласил гостей к столу и, разлив вино по бокалам, произнес тост:

– Давайте выпьем за наше первое знакомство.

Едва гости успели немного закусить, как на пороге появился высокий, поджарый пожилой человек с короткими, черными и очень редкими волосами на голове. «Странно, – подумала Галина Васильевна, – оба мужчины, дедушка Любаши и этот незнакомец, уже не молоды, но и у одного и другого нет ни одного седого волоса». Вошедший старик представился гостям:

– Меня зовут Кириллом Ивановичем, я прадед, этого прекрасного дитя – Любаши. – Посмотрев пытливо в глаза Галине Васильевне старик, продолжил. – Вас удивляет, что у меня нет ни одного седого волоса, так на генном уровне. Мужчины у нас в роду до конца своих дней пребывания на земле сильно не стареют и не лысеют. – Присаживаясь к столу, добавил. – У нас по мужской линии, все мужчины моряки, – и немного промолчав, добавил, – а женщины все красавицы и хорошие жены.

– И сверля своими старческими глазами Льва, повышая тон, произнес.

– В нашем роду женщины преданные своим мужьям. Они за свое счастье будут биться в кровь, но не упустят своего любимого из дома. – А потом снова посмотрел на парня. – Я не хвастаю, я просто напоминаю, что если ты женишься на Любаше, то всегда должен быть уверенным за свой тыл. У моей правнучки ты будешь всегда накормлен и ухожен. – И перекинув взгляд на Галину Васильевну, добавил. – Если, конечно, ты сам ее не будешь обижать.

– Ну что вы, – осмелев, сказала Галина Васильевна, – мой сын, не смотря на то, что он уважаемый следователь и гроза всех преступников, от природы ласковый и справедливый человек.

Затем разговор продолжил хозяин дома, разливая спиртное по бокалам.

– Ну что, похвальными грамотами за жениха и невесту мы обменялись, теперь давайте серьезно обсудим проведение будущей свадьбы.

Галина Васильевна в доме сватов чувствовала себя хорошо, ей нравились эти интеллигентные, очень открытые люди. Когда все вопросы были решены, Кирилл Иванович сказал:

– Ну, а теперь будем петь песни, – посмотрев на свою невестку, добавил, – а ну-ка Аннушка, покажи товар лицом.

Анна Михайловна махнула рукою внучке и произнесла:

– Против двух мужских голосов я не потяну, давай помогай мне.

Люба подвинула стул ближе к бабушке, обняла ее за плечи и стала ждать, когда та начнет петь. Анна Михайловна запела:

Эсминец у моря на ейде стоял,Матросы с родными прощались,А море таило покой красотыИ где-то вдали исчезало.

А там, во, лесочке, где пел соловей,Он пел свою песню, играя.С девчонкой прощался моряк молодой,Надолго ее покидая.

А боцман стоял и смотрел все на них,Смотрел и, как будто смеялся.Раздалась команда: Поднять якоря!Свист боцмана резко раздался.

Он снял бескозырку, прижал еще раз,Она, как дитя зарыдала.Я знаю, что ты не вернешься домой,Найдут тебя мертвым на скалах.

Напрасно дивчина ждет парня домой,Напрасно его ожидает.А он среди моря стоит за рулем,Простор голубой наблюдает.

Закончив петь песню, Кирилл Иванович, сказал:

– Я еще молоденьким лейтенантом в апреле 1945 года участвовал в штурме Пиллау. Бои были кровопролитными. Крепость Пиллау была крепким орешком и последним рубежом немцев в Восточной Пруссии. За Пиллау немцы бились до последнего патрона, и сдавать нам ее не хотели. Советская 11-ая армия наступала по суше. Флот на море. Корабли, на одном из которых я служил, атаковали с моря и залива. С неба наносили удары летчики из полка Нормандия – Неман. Натиск наших войск был таким стремительным, что в минуту перекура мне однажды пришла в голову мысль, которую когда-то сказал украинский казак Тарас Бульба, «Да разве найдется в мире такая сила, чтобы переломить русскую силу». Я видел, как совсем молоденький моряк, идя в бой, снял бескозырку и громко цитировал четверостишье так, что это понеслось по всему побережью: