был назначен Игорь Васильевич Курчатов, ставший официальным главой советского атомного проекта. Затем ровно через год, в апреле 1944 г., за подписью В.М. Молотова вышло новое Постановление ГКО № 5582сс «О мерах по организации работы Лаборатории № 2 по производству тяжёлой воды и урана», которое обязало Наркомат цветной металлургии (П.Ф. Ломако) и Наркомат химической промышленности (М.Г. Первухин) в кратчайшие сроки спроектировать и открыть на двух подведомственных заводах цеха по производству тяжёлой воды и металлического урана, а также построить новый завод по производству шестифтористого урана и до конца года поставить Лаборатории № 2 «десятки тонн высококачественных графитовых блоков».
Новый серьёзный импульс атомному проекту был придан 20 августа 1945 г. образованием по личной инициативе И.В. Сталина Специального комитета при ГКО, а затем при СНК СССР по реализации советского аналога американского уранового проекта. В состав этого Комитета вошли три члена высшего политического руководства страны — председатель Оперативного бюро СНК СССР Лаврентий Павлович Берия (председатель Комитета), секретарь ЦК ВКП(б) Георгий Максимилианович Маленков и председатель Госплана СССР Николай Алексеевич Вознесенский, а также крупнейшие организаторы военного производства — Борис Львович Ванников, Авраамий Павлович Завенягин, Михаил Георгиевич Первухин и Василий Алексеевич Махнёв (секретарь Комитета) и два выдающихся советских физика — академики Игорь Васильевич Курчатов и Пётр Леонидович Капица.
Для предварительного рассмотрения научных и технических вопросов, выносимых на обсуждение этого Комитета, создавались две структуры: 1) Технический совет под председательством генерал-полковника Б.Л. Ванникова, в состав которого вошли два доверенных лица главы Спецкомитета генералы А.П. Завенягин и В.А. Махнёв, а также крупнейшие советские физики — академики и член-корреспонденты АН СССР В.Г. Хлопин, А.И. Алиханов, А.Ф. Иоффе, П.Л. Капица, И.В. Курчатов, И.К. Кикоин и Ю.Б. Харитон, и 2) Инженерно-технический совет под председательством наркома химической промышленности М.Г. Первухина, членами которого были утверждены нарком транспортного машиностроения В.А. Малышев, заместитель наркома внутренних дел А.П. Завенягин, заместитель наркома электропромышленности Г.В. Алексенко, заместитель наркома химической промышленности А.Г. Касаткин и учёный секретарь ИТС (а затем и всего НТС) Б.С. Поздняков.
Непосредственное руководство всеми научно-исследовательскими, проектными и конструкторскими бюро, организациями и промышленными предприятиями, решавшими атомную проблему, осуществляло Первое Главное управление (ПГУ) при ГКО (а затем СНК СССР), также созданное специальным распоряжением ГКО от 20 августа 1945 года № 9887сс/оп «О Специальном комитете при ГКО, учреждаемом для руководства всеми работами по использованию внутриатомной энергии урана». Руководителем ПГУ был назначен знаменитый сталинский нарком генерал-полковник Борис Львович Ванников, освобождённый от обязанностей народного комиссара боеприпасов. Помимо него в руководящий состав ПГУ вошли пять его заместителей, в том числе заместитель наркома внутренних дел СССР Авраамий Павлович Завенягин, который курировал работу спецконтингента; заместитель председателя Госплана СССР Николай Андреевич Борисов, отвечавший за исполнение всех работ, связанных со снабжением и финансированием атомного проекта; заместитель начальника Главного управления контрразведки (СМЕРШ) НКО СССР Павел Яковлевич Мешик, отвечавший за режим секретности всех работ и охрану всех промышленных объектов, заместитель члена ГКО Пётр Яковлевич Антропов, отвечавший за разведку и добычу запасов урановых и ториевых руд на территории Советского Союза и стран Восточной Европы, и заместитель наркома химической промышленности СССР Андрей Георгиевич Касаткин, курировавший соответствующие работы по предприятиям своей отрасли. Окончательно структура и штат ПГУ были сформированы Б.Л. Ванниковым и утверждены на заседании Специального комитета за подписью Л.П. Берии 24 августа 1945 г. Причём в распоряжении ГКО особо подчёркивалось, что никакие организации, учреждения и должностные лица без особого разрешения ГКО не имеют права вмешиваться в административно-хозяйственную и оперативную деятельность ПГУ, любых его предприятий и учреждений и требовать каких-либо справок о работах, выполняемых по его заказам. Кроме того, этим же распоряжением ГКО в рамках Первого Главного управления НКВД СССР создавалась спецразведка «для получения более полной технической и экономической информации об урановой промышленности и атомных бомбах», руководителем которой был назначен первый заместитель главы ПГУ генерал-майор госбезопасности Гайк Бадалович Овакимян, лично отвечавший за обеспечение советских учёных атомными секретами США и Великобритании посредством знаменитой агентурной операции, получившей кодовое название «Проект Энормоз». В рамках этой операции были задействованы 14 особо ценных агентов из числа иностранных граждан, среди которых были Клаус Фукс, Юлиус и Этель Розенберги, Моррис и Леонтина Коэны и другие агенты, завербованные зарубежной резидентурой. В ходе всей операции, продолжавшейся несколько лет, советские разведчики добыли огромное количество секретных документов общим объёмом 12 тысяч листов.
Кроме того, существенный вклад в создание советской атомной бомбы внесли и немецкие учёные (М. Арденне, Г. Герц, Н. Риль, М. Фольмер, П. Тиссен, М. Штеенбек, Г. Циппе и другие), которые после окончания войны были вывезены в Абхазию, где на базе двух закрытых объектов «А» (санаторий «Синоп») и «Г» (санаторий «Агудзеры») ими были созданы установка по производству тяжёлой воды, газовая центрифуга, никелевые фильтры для газодиффузионного разделения изотопов урана и т. д. Причём для руководства всей этой работой в ноябре 1945 г. в структуре НКВД СССР было создано отдельное Управление специальных институтов (9-е Управление НКВД), которое возглавил ещё один легендарный сталинский нарком — Авраамий Павлович Завенягин.
Между тем 9 апреля 1946 г. Совет Министров СССР принял ряд принципиально важных решений:
1) Постановлением СМ СССР № 803-325сс «Вопросы Первого главного управления при СМ СССР» была изменена структура ПГУ и произошло объединение Технического и Инженерно-технического советов Специального комитета в единый Научно-технический совет (НТС) в составе ПГУ, председателем которого был назначен генерал-полковник Б.Л. Ванников, а его заместителями стали И.В. Курчатов и М.Г. Первухин.
2) Постановлением СМ СССР № 805-327сс «Вопросы Лаборатории № 2» входивший в её состав сектор № 6 был преобразован в Конструкторское бюро (КБ) № 11 при Лаборатории № 2 АН СССР по разработке конструкции и изготовлению опытных образцов атомных бомб, получивших кодовое наименование «реактивных двигателей». Это же Постановление предусматривало размещение КБ-11 в посёлке (позднее городе) Сэров Удмуртской АССР (затем Горьковской области), который также получил кодовое наименование «Арзамас-16». Начальником КБ-11 был назначен зам. министра транспортного машиностроения СССР генерал-лейтенант Павел Михайлович Зернов, а главным конструктором этого проекта стал член-корреспондент АН СССР Юлий Борисович Харитон. Строительство всех лабораторий и производственных объектов КБ-11, начатое весной 1947 г. на базе завода № 550 Министерства сельскохозяйственного машиностроения СССР, было возложено на специальную строительную организацию — Стройуправление № 880 НКВД СССР, которое возглавил подполковник А.С. Пономарёв.
Затем отдельным Постановлением Совета Министров СССР № 1286-525сс «О плане развёртывания работ КБ-11 при Лаборатории № 2 АН СССР» от 21 июня 1946 г. были определены первоочередные задачи КБ-11:
1) Создание под научным руководством Лаборатории № 2 (академик И.В. Курчатов) 10 атомных бомб, условно названных реактивными двигателями «С», в двух вариантах: РДС-1 — 5 бомб имплозивного типа с применением «тяжёлого топлива» (плутония-239),
