— Ты что, прихватил с собой шпаргалку по этому новому мозговому блоку? — спросил инспектор Брайант, аккуратно водрузив трубку видеофона на рычаг.
— Да, — кивнул Рик. — Местные кумушки успели меня оповестить. Так сколько там андров, и что успел сделать Дэйв?
— Было восемь штук, — сказал Брайант, перекидывая странички какого–то блокнота. — Дэйв убрал двоих.
— А остальные шесть гуляют где–то здесь, рядышком?
— Похоже. Во всяком случае, так считает Дэйв. Это же я с ним сейчас разговаривал. Еще у меня есть записи, они лежали у него в столе. Дэйв говорит, что там все, что он знает.
Брайант похлопал рукой по пухлому блокноту. Пока что он не высказывал намерения передать заметки Дэйва Рику, а продолжал их перелистывать, то хмурясь, то задумываясь, то нервно облизывая губы.
— Я сейчас достаточно свободен, — осторожно сказал Рик, — и готов занять место Дэйва.
— Готов? — Брайант задумался. — Дэйв использовал для проверки подозреваемых усовершенствованный вопросник Фойгта–Кампфа. Как ты прекрасно понимаешь — во всяком случае, должен понимать, — эта методика не рассчитана на новейшие мозговые блоки. Но ему не приходилось выбирать — фактически у нас нет ничего, кроме Фойгтовского вопросника, подправленного три года назад Кампфом. — Он немного помолчал. — Дэйв считал этот тест достаточно точным. Возможно, так оно и есть. Но я все равно предложил бы тебе не сразу браться за эту, — Брайант опять похлопал по блокноту, — шестерку, а слетать сперва в Сиэтл и поговорить с розеновской публикой. Как–нибудь там устроить, чтобы они предоставили тебе репрезентативную выборку андроидов, снабженных этим «Нексусом–шестым»…
— И прогнать этих андроидов через Фойгта–Кампфа, — закончил за него Рик.
— Звучит–то оно просто, — пробормотал Брайант, словно отвечая каким–то своим мыслям.
— Прости?
— Пожалуй, я поговорю с розеновцами сам, пока ты будешь в пути.
Брайант замолк, поразглядывал некоторое время Рика, пару раз хмыкнул, отгрыз и выплюнул кусочек ногтя и наконец вроде бы решил, что он хочет сказать.
— Я обсужу с ними возможность включения в проверяемую группу не только андроидов, но и нескольких людей. И ты не будешь знать, кто там — кто. Я составлю тест–группу сам, во взаимодействии с производителями, к твоему прилету все будет готово.
Он опять немного помолчал, а затем резко ткнул в сторону Рика пальцем.
— Это же будет твое первое выступление в роли старшего охотника. Дэйв очень много знает, у него огромный опыт.
— А у меня тоже опыт немаленький, — обиделся Рик.
— Ты прилично справился с несколькими заданиями со стола все того же Дэйва, он лично решал, каких андроидов можно передать тебе, а каких — не стоит. Теперь же тебе достанутся шестеро, которых он брал на себя, в том числе ловкач, сумевший в итоге подстрелить его самого. Макс Полоков, — уточнил Брайант и продемонстрировал Рику какую–то бумажку. — Во всяком случае, так он себя называет. И все это — если Дэйв верно оценил ситуацию. На этом основано все, весь его список. А ведь он успел прогнать через Фойгтовский тест только троих–двоих, которых успел найти, и этого самого Полокова. К слову сказать, как раз во время тестирования Полоков его и подстрелил.
— Что и доказывает правоту Дэйва, — заключил Рик. И действительно, в противном случае у Полокова просто не было оснований стрелять в полицейского.
— Так что отправляйся ты в Сиэтл, — сказал Брайант, — и ничего им сперва не говори — я сам все сделаю. И еще. — Он встал из–за стола и в упор уставился на Рика. — Ты будешь проводить там Фойгт–Кампфовский тест. Если через него не пройдет кто–либо из людей…
— Такого не может быть, — прервал его Рик.
— Не может? Как раз на эту тему мы говорили с Дэйвом недели три назад — и, в общем–то, сошлись во мнениях. Я тогда только что получил меморандум советской полиции. ВПО, Всемирная правоохранительная организация, сочла эту бумагу настолько важной, что разослала ее по всем своим отделениям вплоть до колониальных. Группа ленинградских психиатров вошла в ВПО со следующим предложением: они хотят, чтобы новейшие и наиболее точные методы психопрофилирования личности, используемые для выявления андроидов — говоря попросту, вопросник Фойгта–Кампфа — были опробованы на особой группе шизофренических и шизоидных личностей. На тех из них, кто проявляет так называемое «притупление аффекта». Ты слышал о таком симптоме?
— Конечно, — кивнул Рик. — Именно его мы и измеряем при нашем тестировании.
— Тогда ты должен понимать, что их беспокоит.
— Такая проблема существовала всегда, с того самого момента, как мы впервые столкнулись с андроидами, выдающими себя за людей. Полиция сформировала на этот счет вполне определенную точку зрения, лучше всего сформулированную в старой, написанной восемь лет назад статье Лурие Кампфа «Вхождение в роль и его блокирование на последних стадиях шизофрении». Кампф сравнивает пониженную способность к сопереживанию, наблюдаемую у некоторых пациентов, с поверхностно сходной, однако в корне…
— Ленинградские психиатры, — оборвал его Брайант, — считают, что есть люди, не способные реагировать на вопросник Фойгта–Кампфа нормальным образом. Тестируя такого индивидуума в порядке полицейской проверки, ты неизбежно идентифицируешь его как андроида. Нет, я ничуть не сомневаюсь, что со временем твоя ошибка будет обнаружена. При вскрытии.
Он смолк, ожидая ответа.
— Но все эти люди, — осторожно начал Рик, — должны…
— Да, — согласился Брайант, — такие люди должны находиться в лечебницах. Они совершенно не приспособлены к жизни во внешнем мире, и даже попади такой на волю, его вскоре выявят как сумасшедшего и препроводят во все ту же психушку — за исключением того варианта, что срыв произошел у него настолько недавно, что никто вокруг ничего еще толком не заметил. Но ведь такое тоже может быть.
— Вероятность — одна миллионная, — сказал Рик, однако этот довод не убедил даже его самого.
— Дэйва, — продолжил Брайант, — очень беспокоило появление этих новых «Нексусов–шестых». Как ты знаешь, розеновцы заверили нас, что для выявления таких андроидов, вполне достаточно стандартных психопрофилирующих тестов. Мы поверили им на слово. Теперь же нам придется делать то, что нужно было сделать с самого начала. Именно этим ты и займешься в Сиэтле. Как тебе, конечно же, понятно, тут возможны накладки как в одну, так и в другую сторону. Если ты не сможешь выявить всех андроидов, получится, что у нас нет достаточно надежного аналитического инструмента и мы не способны найти и нейтрализовать всех беглых. Если же ты посчитаешь андроидом человека… — по губам Брайанта скользнула ледяная улыбка, — это было бы крайне неловко, хотя можно ручаться, что никто — и уж особенно никто из розеновских — не станет распространять эту новость. При желании можно было бы скрывать такой промах до бесконечности, однако в действительности мы, разумеется, оповестим о нем ВПО, а те в свою очередь оповестят Ленинград. Когда–нибудь пикантное известие дойдет до какого–нибудь газетчика, и начнется настоящая свистопляска. Но можно надеяться, что к этому времени мы разработаем новый тест. Ну что, летишь? Тогда я звоню, — он поднял трубку видеофона, — а ты бери департаментскую машину и заправь ее на нашей заправке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
