в печали?
Алёна Ивановна прошлась по всем углам кухни и вернулась влиять на дочь:
– Хоть бы мусор вынесла и убралась, как можно в таком бардаке спать ложиться? Всё. Собирай манатки, возвращайся домой!
– Мама присядь, – нагло указала на стул дочь, Тамара. Язык ее заплетался, чего уж там. – Я давно уже взрослая, вышла замуж и у меня теперь своя семья. И я сама знаю, как мне следует жить! Не надо меня учить!
– Да? – удивилась мать, – А когда у тебя проблемы в твоей семейной жизни, чего ж ты названиваешь мне «мамочка, помоги»? Нет уже никакой семьи! Ваня живет сам по себе и возвращаться, насколько я понимаю, не желает! Дальше, где твоя свекровь? Она что, пришла в себя и вернулась к себе домой?
– Нет, – ответила Тамарка. – Вчера она не захотела домой и поехала гулять дальше. Не имею понятия, где она.
– Так, – кивнула головой Алёна. – Все с вами ясно. Кот из дома, мыши в пляс!
К зятю с проверочкой
– Да кто там? – открыл дверь и замер на пороге Ярослав Иванович, сват Алёны. – Ты? Чего не спится в такую рань?
– А вот не спится! – словно бульдозер, сметая на своем пути все и вся, шагнула в квартиру Алёна.
Женщина нагло прошла, не поздоровавшись мимо свата и сняв обувь с ног, промаршировала прямиком в кухню. В кухне был настоящий бардак. Стол заставлен полупустыми тарелками, пепельница, полная окурков, у мусорного ведра колонной выстроились пустые бутылки.
– И что вы тут отмечали? – не вытерпела и поинтересовалась женщина.
– Грядущий развод! – гордо ответил мужчина.
– Какой развод, вы ж сопьётесь все потом!
– Ну и чего ты пришла? – недовольно вздернул брови сват, Ярослав Иванович. – Морали читать? Какое тебе дело, выхаживаешь тут как царица!
–Я пришла, потому что я – ваша родственница! И вы мне не чужие люди! Где зять мой, Ваня?
Ярослав сел на табуретку:
– Вани дома нет. Он вчера не пришел домой ночевать. И он тоже решил с твоей дочерью разводиться, Алён. Так что не надо всего этого, ладно?
Алёна Ивановна безвольно опустила руки.
– Как, разводиться? Но я же так старалась… И Ванечка мне как родной.
– Послушай меня, Алёна. Они – молодые. И сами решат, жить им дальше вместе или нет. Да не убивайся ты так, сватья. Женаты меньше года, детей еще не успели завести. Всё впереди, найдет еще твоя дочь счастье.
– Уже ищут, – кивнула головой Алёна.
– Кто, ищет? – с сочувствием поинтересовался Ярослав, – Твоя дочь?
Алёна кивнула головой:
– Да ваши женщины ищут, Ярослав. Твоя Алина и моя Тамарка, спелись вдвоем и на фоне своих семейных несчастий, бороздят на пару все самые злачные места в городе. Караоке, бары-рестораны.
Ярослав Иванович был пренеприятно удивлен этим известием.
– То есть, они не плачут, раздумывая над своими грехами? Ты же говорила, ревут обе в три ручья?
Алёна вздохнула и покачала головой:
– Поревели немножко да пустились во все тяжкие. Я только из квартиры дочери пришла – там такой же бардак, как и тут. Так что разводитесь с чистой совестью, Ярослав Иванович, вперёд!
Женщина медленно поднялась со стула и пошла к двери:
– Делайте что хотите. Только оставьте меня в покое. Раз так, то у меня теперь тоже – своя личная жизнь. Будете звонить-трезвонить по телефону, ни разу больше трубку не возьму!
***
После ухода сватьи Ярослав посидел задумчиво у окна. Достал свой телефон и принялся названивать жене, с которой собрался разводиться. Та трубку телефона не брала, и он занервничал:
– Ну и где ты ходишь, дурная баба? Без меня пропадешь же совсем! – покачал он головой:
– До чего же она бестолковая. С такой развестись по-человечески ж невозможно, переживай за нее потом!
***
– Придется работу искать, – подумала Алёна Ивановна, когда в кошелек заглянула. Денег у нее осталось – кот наплакал, а квитанции, требующие оплаты уже начали нервировать, скапливаясь стопочкой на тумбочке у двери.
Она позвонила Марье, подружке, которая торговала мясом на рынке:
– Приеду себе другое место на рынке искать. Услышишь, что, так дай знать, Мань, договорились?
Мария в помощи отказывать не стала и всячески подбодрила, как могла, заверив:
– Обязательно возвращайся! Мы тебе другую лавку в два счета найдем! Прямо сейчас приезжай!
– Прямо сейчас не могу, – уклончиво ответила Алёна. – Раз уж у меня выдался незапланированный свободный денек, значит я в кои то веки спокойно отдохну.
– Тоже верно, – словесно поддержала подруга. – Работа не волк, в лес не убежит.
Поговорив с подругой, Алёна заперла свою входную дверь и отключила телефон. Затем прошла в кухню и пошарила в холодильнике и по шкафчикам в кухне.
– Имеется, – громко произнесла она, – Капуста и одна засохшая морковь. Нет. В магазин я сегодня уж точно не пойду! И так в кармане дырка свистит.
Женщина приуныла:
«Такое ощущение, что я всю жизнь живу в долг. Из месяца в месяц нужно думать о том, где раздобыть денег чтобы платежки эти бесконечные оплатить! Может и правда: ну его, одиночество и неприступных мужиков. Выйду за старичка и буду ходить по его дому королевной!»
Капусту она молниеносно нашинковала вместе со сморщенной морковью, закинула в сотейник и потушила. Когда блюдо было готово, без аппетита съела и запила еду пустым чаем без сахара.
Но сердце материнское беспокойно за дочь волновалось несмотря на обиды.
– Как там засранка? – включила она телефон. Никто и не думал ей больше звонить, зато в дверь позвонили и Алёна рванула открывать, даже не став заглядывать в глазок.
***
– А вдруг твоя мать сейчас обратно вернется, – волновался Иван, попивая из чашки чай. – Вернется и увидит, что тут – я.
Тамара суетилась у раковины, почти закончив с посудой.
– Не вернется, обиделась, – заявила она. – Я ее как облупленную знаю: сейчас дуться будет весь день. А назавтра остынет и прибежит обратно как ни в чем не бывало. Сколько раз передо мной кулаками трясла, грозилась, всё равно обратно бежит. Ну не держит человек своего слова!
– Хорошо ты слабые места собственной матери знаешь, – улыбнулся мужчина. – Поэтому ты такая капризная?
Девушка гордо приосанилась, отбросив губку:
– Тебе так это не по нраву?
– Не хочу поднимать эту тему. Боюсь, – признался Иван. – Опять поругаемся.
– Да ладно, – подошла к нему и повисла на шее Тамара. – Я тебя очень люблю.
– И я тебя тоже, – обнял ее Ваня. – Но жить с тобой все-равно невозможно. Характер у тебя вредный.
– Терпи, – уселась ему на колени жена. – Еще раз заикнешься про развод, я сама первая в Загс побегу. Разведусь с тобой
