— Ладно. Повторим эксперимент, но с определенной модификацией.
— Что вы мне сделаете?
— Точно то же самое. С одним лишь изменением: как только ты войдешь в фазу REM, я сброшу лежащую здесь ложечку сюда. Вот, погляди. — Ружицкий снял с полки приличных размеров стеклянную банку и поставил его на пол. — Ложка упадет точно вот сюда. И ужасно зазвенит.
— Так я же проснусь.
— Нет. Мы разбудим тебя через секунду после того. Начинаем?
Теперь парень был явно заинтересован. Он кивнул. Медсестра наложила ему на голову кислородную маску, Малый занялся своими приборами. Ружицкий проверил, хорошо ли установлена камера на треноге. Он включил запись.
— Есть.
— Усыпляем.
Все следили за энцефалограммой. Секунда за секундой, минута за минутой.
— Есть REM, — сообщил Малый.
Ружицкий сбил ложечку, которая упала в стеклянную банку с громким звоном.
— Буди его.
Как только Игорь открыл глаза, он тут же заработал пощечину.
— Что тебе снилось?
— Господи… Сколько я спал?
— Это неважно. Что тебе снилось?
— Точно и не знаю. Была зима. Мы жили в каком-то замке, а там сквозняки были такие, что ой-ой-ой. Какая-то женщина, моя сестра или что-то вроде того, пришла с сообщением, будто бы кто-то… Король? Даже и не знаю. Что кто-то очень важный планирует поход на восток. Помню, что дорогу нам должны были указать колокола. Начались годы подготовки, крестьяне стаскивали запасы, мастерили какие-то телеги, рыцари устраивали охоты, только все шло не так. Кошмар какой-то.
— Неважно. Рассказывай дальше.
— Короче, в конце концов, мы выступили. По дороге нам угрожали какие-то страшные опасности, ежеминутно кто-то исчезал. Начались чащобы и бездорожья, грузовые лошади стали дохнуть. Но потом мы добрались до какого-то восточного города.
Я не знаю точно, в чем было дело, но миссию мы выполнили. Началось не менее тяжкое возвращение. Все мерли как мухи. Я знаю, что чувствовал себя паршиво. Я остался сам, с каким-то пожилым мужчиной. И вдруг, когда думал, что мне уже конец, мы услышали колокольный звон. Мой товарищ поднялся и крикнул: «Спасены! Слышен колокольный звон с церковных башен! Это уже Польша!» И вот тут-то вы меня разбудили.
Ружицкий развернул столик с ноутбуком, на который велась запись с камеры.
— Сколько лет прошло с того момента, когда ты услышал, что вас будут вести к себе колокола, до того момента, когда ты их услышал?
— Не знаю… Года четыре… или пять дет.
— Погляди на запись, — он нажал на соответствующую клавишу. — Всю историю с колоколами в фоне, длящуюся где-то лет пять, ты увидал во сне, длящемся в течение одной секунды.
Парень изумленно глядел на экран. Потом он отвел глаза.
— И что это доказывает?
— Я хотел показать тебе относительность сна. Там целых пять лет способно пролететь за одну секунду. А ты все это переживешь реально. Но ты можешь продвинуться еще на шаг. Ты можешь сам формировать течение времени. Можешь сформировать и сам сон.
— Как?
— Ты поймешь это, когда в первый раз задашь себе вопрос: «А не снится ли мне это?»
— Так ведь я же целый день задавал себе этот вопрос.
Ружицкий поднялся со стула.
— Ты должен задать его сам себе и во сне.
Он улыбнулся и вышел, оставляя Малому и медсестре собирать аппаратуру.
* * *
Оля прибежала с Ханкой на террасу, когда, окруженный облаком табачного дыма, он заканчивал уже второй бокал. Обе девицы хохотали, стаскивая с себя акваланги.
— Добрый день, пан доктор! А точнее, добрый вечер, — воскликнула девочка, хотя Солнце в этом мире только-только восходило. В реальном же мире стояла ночь.
— Чем вы занимались?
— Какой здесь классный риф! А рыб сколько! Пани Ханка научила меня нырять, но про это я расскажу позднее, потому что мне нужно вытереться. Я не хочу, чтобы пани Ханка кричала на меня как мама.
Его личный фантом сладко улыбнулся.
— Если не хочешь, можешь не вытираться, — сказала красавица. — Здесь ты не простудишься. А если даже и чихнешь, мы тут же попросим пана доктора изобрести против простуды лекарство, самое сильное из тех, которые известны цивилизации.
— Да ну… — Ружицкий подошел к стоящему в тени бару и налил себе уже третью порцию выпивки. — В химии я не разбираюсь, но если захочу, формулы сами складываются в мыслях.
Девочка вдруг остановилась.
— Пан доктор, а не могли бы вы сделать такое лекарство там, внизу? — спросила она.
— Нет.
— А вы можете помнить там эти формулы?
— Да. Только я принял принцип не вмешиваться во что-либо.
— Почему?
— О-о, это долгая и довольно сложная проблема. — Ружицкий допил свой коктейль. — Давай-ка я лучше побольше расскажу тебе о правилах сна и реальности.
— А можно мне еще раз выпить колы?
— Ну конечно.
— Но только холодной-холодной?
— Можешь даже ледяной.
— А не хочешь попробовать жидкого азота с сахарком? — Ханка вышла из спальни в костюме настоящей богини. — Тоже не повредит.
* * *
Они вонзились в его сон, но сон настоящий, а не специально созданный. Они ехали на машине с какой-то девушкой, вроде бы и знакомо-незнакомой, по какой-то грунтовой дороге через лес. Оля с любопытством разглядывалась по сторонам.
— Мы в Польше? — спросила она.
— Да, это какое-то мое обычное воспоминание. Ничего особенного.
— Далеко еще?
— Точно так же, как и в любом обычном сне. Не знаю.
Девушка кивнула. Через какой-то долгий промежуток времени они добрались до какого-то небольшого, совершенно одичавшего городишки. Сидевшая за рулем девушка остановилась перед первым же магазином, сказав, что нужно купить чего-нибудь поесть. Ружицкий с Олей тоже вышли. Они прогуливались по бесцветным, грязноватым улочкам. В этой дыре ничего примечательного для осмотра не было.
— Сон действует точно таким же образом, что и реальность. Он множит проблемы. Разница лишь в том, что сон дурной, а реальность — нет. Но если ты научишься выживать здесь, осознавая то, что все это тебе только снится, то точно так же ты сможешь справляться и с действительностью. Правила идентичны, но здесь они более дурные…
— Ничего не понимаю.
— Хмм, тогда попроще. Ха, только что до меня дошло, что я не знаю, где наш автомобиль. Мы потерялись.
— О Боже! И я тоже забыла. Я тоже!
— Ты не управляешь этим сном, точно так же, как не управляешь действительностью. Но ведь ты способна управлять собой. Придумай несколько способов, как мы могли бы вернуться к машине.
Девочка задумалась, прикусив указательный палец.
— Давай позвоним той женщине, которая ехала с нами.
— Неплохо. — Ружицкий вынул из кармана телефон. — Но ты видишь, аккумулятор полностью разрядился. Обычное, понимаешь злорадство сна. Точно такое же, как и злорадство реальности, но явно дурнее.
— Тогда давай позвоним ей из будки.
— Я не знаю номера. Он записан в карточке аппарата.
Оля стала искать по карманам.
— Ой, а я свой телефон в машине оставила.
— Ну как, видишь, это злорадство сна. Так что делаем?
— Попросим у кого-нибудь зарядку для телефона.
— Ну ты даешь! Кто же носит с собой зарядку, да еще и подходящую к этой модели?
Девочка остановилась под засохшим деревом.
— Так что будем делать?
— Можно попросить у кого-нибудь его телефон и переставить сим-карту. Только люди с улицы дают неохотно, так что можно зайти в дорогой ресторан, заказать шикарный обед и попросить телефон у кого-нибудь из обслуживающего персонала. Тогда дадут наверняка. Можем спросить у кого-нибудь из прохожих, но не о том, где мы оставили автомобиль, поскольку об этом они знать не будут, но о том, как проехать на Вроцлав. Мы же припарковались в самом начале въездной дороги.
— Хорошо, давай так и сделаем.
Ружицкий отрицательно покачал головой.
— Нет, дитя мое. Злорадство сна приведет к тому, что как только мы дойдем до того места, кто-нибудь украдет у нас машину, так что на нем мы и не поедем.
— Тогда, что же мы должны сделать?
— Принять правила сна, но перехватить инициативу. Раз сон такой злорадный, мы будем еще более злорадными.
Ружицкий подошел к городскому стражнику, жующему бутерброд.
— На службе лопаешь, хамло?! А у нас тут автомобиль своровали!
— А… так я же… — стражник выбросил бутерброд в ближайшую корзину для мусора. — Не знаю…
— Чего не знаешь, придурок?! Тут со мной принцесса Оля, дочка царя Навуходоносора!!!
Совершенно ошеломленный стражник глянул на девочку в прекрасном бальном платье. Впрочем, она и сама с изумлением глядела на собственный наряд.
— О Боже! Уже бегу, — и он ринулся бегом вдоль улочки. — Уже бегу разыскивать ваше авто.
— Ну, бл-и-ин, — шепнула Оля.
— Точно так же и в действительности. Прими ее правила, но перехвати инициативу.
