Пани Бася. Все, пан ординатор. Все, что скопила за тридцать лет.
Она уже успела переодеться, достала из сумки отвертку и теперь стоит у балконной двери, выкручивая болты из оконных рам. На одном окне висят рентгеновские снимки. Ординатор подходит к ним и — в который уже раз — внимательно рассматривает.
Когда пани Бася приближается со своей отверткой, перевешивает снимки так, чтобы они ей не мешали.
Пани Бася. Вы уже и дома работаете?
Ординатор. Да… Люди все время спрашивают, сколько им осталось жить…
Пани Бася. И вы говорите?
Ординатор. Не говорю… Я ведь не знаю…
Пани Бася отрывается от работы и сообщает, понизив голос, точно открывая великую тайну.
Пани Бася. Я б хотела умереть сразу.
Ординатор отвечает таким же серьезным, заговорщическим тоном.
Ординатор. Боитесь?
Пани Бася. Кто ж не боится. Но я, пан доктор… Пока жива, окна у меня всегда будут сверкать.
Ординатор прячет рентгеновские снимки в портфель. В кухне насыпает в стаканы кофе, заливает кипятком. Пани Бася стоит на пороге, вытирая фартуком руки. Оба садятся, пьют кофе, как всегда маленькими глотками, чтоб не обжечься. После минутного молчания пани Бася напоминает.
Пани Бася. Вы надели кашне…
Ординатор. Кашне… да. Сегодня, пани Бася, рассказ будет недолгий. Надел кашне и пошел на работу, в больницу. Приходит человек и говорит: есть приказ, сегодня ночью переброска в Англию. Я позвонил домой, она спала. Подошел отец, сказал: она спит, поэтому я так тихо говорю. Я спрашиваю: а дети? Все в порядке. Я с ними играл, и девочка от смеха описалась, а малыш проснулся голодный, я его покормил, и теперь он калякает по-своему. Я засмеялся: и о чем же калякает? Видно, он ему приставил трубку, потому что я услышал: гу… гуу… Это было в одиннадцать. В двенадцать я отпросился с работы. Поехал домой, а дома уже не было.
Пани Бася застывает, не донеся стакан до рта.
Пани Бася. Это тогда, значит?..
Ординатор. Тогда, пани Бася. На том месте, где стоял наш дом, была яма. Тогда. В тот самый день, в начале первого.
22
Дорота (за кадром). Квартира Анджея и Дороты Геллер. Вы говорите с автоответчиком. После сигнала сообщите, что вы хотели сказать. У вас есть полминуты.
Как обычно, короткий электронный сигнал. Голос Витека — отчетливый, как будто Витек рядом, хотя он очень далеко.
Витек (за кадром). Дорота, возьми трубку. Ты ведь дома?.
Дорота поднимает трубку. Ночь.
Витек (за кадром). Дорота… Я звоню уже который день…
Дорота. Меня не было.
Витек (за кадром). Ты получила паспорт?
Дорота. Получила… Но… он мне не понадобится.
Витек (за кадром). Почему?
Дорота молчит.
Витек (за кадром). Дорота! Почему? Как Анджей?
Дорота. Плохо. Очень плохо.
Витек (за кадром). Почему не понадобится паспорт?
Дорота. Я иду на аборт.
Витек (за кадром). Что ты сказала?
Дорота. Завтра я иду делать аборт.
Теперь молчит Витек.
Дорота. Понял?
Витек (за кадром). Да. Дорота, если ты это сделаешь, а Анджей умрет… мы не сможем быть вместе.
Дорота. Знаю.
Опять тишина.
Дорота. Этот разговор тебе будет стоить кучу денег.
Витек (за кадром). Я хочу, чтобы ты была со мной.
Дорота. Попроси кого-нибудь привезти тебе ноты…
Витек (за кадром). Да. Я хочу… Я тебя люблю.
Дорота вешает трубку. Вырывает телефонный шнур из розетки и обнимает руками подушку.
23
В комнате, заставленной канцелярскими шкафами со множеством ящичков, принимает посетителей блондинка средних лет.
Дорота. Я хочу вернуть паспорт.
Блондинка. Фамилия.
Дорота. Дорота Геллер.
Блондинка выдвигает один из ящичков, без труда находит удостоверение личности Дороты и с удивлением смотрит на приколотый к нему квиток.
Блондинка. Вы несколько дней назад получали. В Штаты.
Дорота. Да.
Блондинка. Пока не обязательно отдавать. Даже если поездка откладывается.
Дорота. Она не откладывается. Я никуда не еду.
24
Ординатор проводит у себя в кабинете совещание.
Ординатор …по этому поводу я тоже не скажу ничего утешительного. Чтобы вывести тараканов надо на несколько дней освободить все палаты, чего мы сделать не можем. Так что придется еще по крайней мере год жить…
На пороге появляется секретарша, говорит шепотом.
Секретарша. Эта дама, она уже приходила… Геллер…
Ординатор. Впустите.
Секретарша выходит из кабинета, а ординатор возвращается к прерванной теме борьбы с тараканами.
25
Секретарша. Пан ординатор сказал: только в порядке исключения.
Открывает стеклянную дверь, ведущую из отделения в коридор, и впускает Дороту. Дверь палаты № 12, как мы помним, тоже наполовину застеклена. Дорота подходит к этой двери, смотрит через стекло палату. У Анджея волосы слиплись от пота, щеки еще больше ввалились. Резиновые шланги капельницы, маленький лоток, в который Анджей поминутно, не открывая глаз, сплевывает. Невдалеке от Дороты в коридоре стоит — не замеченный ею — молодой мужчина в чем-то белом, похожем на врачебный халат. Внимательно смотрит то на Дороту, то на Анджея. Его лицо нам знакомо. Может быть, мы уже видели в этом сериале, может быть, где-то еще. Возможно, каждый из нас когда-нибудь видел это лицо… Дорота садится возле Анджея. Наклоняется к нему.
Дорота. Анджей. Ты меня слышишь?
Искаженное от боли лицо Анджея разглаживается — больше ничто не указывает, что он услышал Дороту.
Дорота. Слышишь?
Говорит тихо, но очень отчетливо, разделяя слова.
Дорота. Я — очень — тебя люблю.
Трудно сказать, понимает ли что-нибудь Анджей. Его лицо снова искривляет гримаса боли. Дорота гладит мокрые волосы. Ей хочется, чтобы Анджей — даже если ее не слышит — знал, что она рядом.
Молодой мужчина в белом по-прежнему смотрит в палату сквозь стеклянную дверь. Смотрит на Анджея, который сейчас не ЗДЕСЬ и не ТАМ. Дорота убирает упавшую на лоб мужа прядь волос и выходит из палаты, а Анджей разглядывает мир: облупленную спинку кровати, на которую — неизвестно откуда — капает вода. Теперь она густая, плотная, как прозрачная ртуть. Капли разбиваются о спинку с неожиданной силой…
26
Дорота бесцеремонно проходит через комнату секретарши и резко открывает дверь в кабинет. Ординатор умолкает на полуслове, секретарша вскакивает с сознанием допущенной оплошности. Ординатор обращается вначале к ней.
Ординатор. Оставьте нас.
Дорота. Не надо, я на секунду.
Смотрит ординатору в глаза.
Дорота. Вы отказались вынести приговор моему мужу. Но я не хочу, чтобы ваша совесть была спокойна. Вы вынесли приговор моему ребенку.
Ординатор снова обращается к секретарше.
Ординатор. Оставьте нас, я же просил.
Дорота. Через час я иду к врачу.
Ординатор. Не делайте этого.
Дорота останавливается.
Дорота. Что?
Ординатор. Не делайте этого.
Ординатору трудно произнести то, что он решил сказать.
Ординатор. Он умрет.
Дорота. Откуда вы знаете?
Ординатор. Каждый день новые метастазы. Шансов нет.
Дорота. Поклянитесь.
