Прав Зогд – волка не уговаривают, ему вырывают зубы. Честолюбец Севз почуял силу ненависти и использует ее в своих целях. Но чего он хочет: столкнуть с Небесной Башни Хроана, стать на его место и дальше истязать Землю? Или можно убедить его, что самая долгая слава добывается не избиением слабых, а великой любовью к людям?
Глава 2
Стикс
Севз торопился, надо было пройти страну западных гиев до начала летнего половодья, когда тающие льды превращают даже небольшие речки в грозные потоки. В войске было около двух тысяч воинов, Ору это число казалось несметным.
Севз ехал впереди, с вождями племен, проводниками и несколькими опытными в воинских делах атлантами. Следом двигались заросшие бородами борейцы и рослые черные коты на косматых низких лошадках, пешие отряды низкорослых яптов с пращами и дротиками, либов с кожаными щитами и топорами, пеласгов с гарпунами и рыбаков из Оолы с дубинами, утыканными зубами акул. Гии на оленях замыкали шествие.
Жизнь воина нравилась Ору. Интересно было ехать по незнакомым местам, не заботясь ни о чем. В первые дни он старался не отходить от Чаза, но потом осмелел и на привалах бродил между кострами, разглядывая людей разных племен. К его удивлению, наиболее приветливыми оказались меньше всего похожие на людей – людьми он, понятно, считал гиев, - черные котты и злейшие враги, узкоглазые.
Примкнувшие к Севзу атланты ежились под перекрестными злобными взглядами и рады были отозваться на малейшее дружелюбие. Ор трогал их вещи, пытался запомнить названия. После того, как он долго вертел чудной лук с зазубренной бронзовой полосой вместо тетивы, один атлант, ухмыльнувшись, взял у него орудие и за несколько вздохов свалил дерево, которое гий рубил бы полдня.
Войско шло на запад вдоль моря, иногда удаляясь от берега в предгорья, где было меньше болот, и многие реки можно было перейти по снежным мостам. Вечером на шестой день пути остановились в березовой роще перед широкой полноводной рекой Гуад. Севз приказал готовиться к переправе, которую назначил на полдень – проводники говорили, что в это время поток заметно слабеет.
Отряды расположились на ночлег. Оолы и либийцы надували козьи шкуры, атланты рубили деревья для плотов. Только беззаботные гии и борейцы не принимали участия в общей суете, надеясь переправиться, держась за своих коней и оленей.
Бронт – сутулый, с глубоко спрятанными глазами и запавшим ртом, морщась от старой раны, подошел к Севзу. Бывшего атлантского военачальника раздражали споры, путаница, веселый гвалт, сопровождавшие все действия этой дикой армию.
- Молниеносный, - сказал он, развертывая карту, - путь к перевалу идет по этому берегу.
Севз прищурился. От улыбки лицо его становилось лукавым и жестким:
- А разве мы идем к перевалу?
- Куда же еще? К Анжиеру нет другой дороги.
- Ты так полагаешь, военачальник? А я знаю путь короче.
- Что же это за путь? – недоуменно спросил Бронт. Севз близко придвинулся к нему и, продолжая улыбаться, шепнул:
- Воды Стикса!
Сперва Бронт счел это неуместной богохульной шуткой. Мрачная подземная река, по которой вода неслась из Окруженного моря в океан, вызывала у людей ужас. Выражение «войти в Стикс» означало отправиться в мир теней.
Но Севз и не думал шутить. Давно он вынашивал смелый план и, уже отпуская Стропа, начал его выполнять. Верный вояка донесет, что Севз решил перевалами прорваться в землю яптов. Это отвлечет силы и внимание врагов, а он между тем кратчайшим путем выйдет к Анжиеру – основной крепости океанского побережья.
Выслушав Севза, Бронт не слишком ободрился. Да, сотни груженых плотов ежегодно проходили Стикс. Но ни один гий, котт, даже атлант не смел хоть одним глазом глянуть на ужасы подземной реки. У ее истоков в крепости Керб жили харны, проводники плотов. Это племя, ведущее род от пса, покровителя Стикса, из поколения в поколение передавало навыки плавания по соленому потоку, до выхода его из-под земли у города Умизан. Перевозимых рабов привязывали к настилу вниз лицом, атланты завязывали себе глаза. Иначе они могли умереть или сойти с ума от ужаса.
А что сделают харны со слепым войском бунтарей, если даже удастся заставить их вести плоты? Впрочем, до этого надо было еще овладеть стражем Стикса, крепостью Керб.
Строп без отдыха ехал по берегу моря, торопясь в Керб. Через два дня он нагнал корабль Улунга, причаливший на ночевку в устье какой-то речки. Воины поздравляли его с чудесным спасением, Палант крепко обнял приятеля.
Оказавшийся старшим по званию, Строп торопил Улунга. Скорее в Керб, предупредить о замыслах самозванца. Утром того дня, когда Севз еще только переправлялся через Гуад, корабль подошел к крепости.
Гавань Керба была почти пуста, корабли ушли на восток и сейчас, вероятно, стояли у мыса Цсиллы, ожидая, пока освободится ото льда пролив в восточную часть Окруженного моря. Через две луны они вернутся нагруженные рудой, кожами, рабами, если, конечно, начавшаяся на востоке смута не помешает этому.
Еще с корабля Строп крикнул воинам, что везет важные вести. Едва нос корабля ткнулся в песок, он прыгнул на берег, охнул от вспыхнувшей в голове боли и, прихрамывая, чуть ли не побежал к башне. Палант едва успевал за ним. По бревенчатому подъемному мосту они вошли в ворота, над которыми выбитый из камня скалился на входящих огромный трехглавый пес.
Наместник и Держащий меч ждали прибывших в зале главной башни, сидя на меховых подушках по сторонам каменного стола. Строп и Палант молча остановились, ожидая вопросов от старших по власти.
Наместник Керба был невысок ростом – даже для атланта. Но черты его, по атлантским канонам, были красивы и величественны. На плоском лице скулы выступали гораздо резче, чем нос, узкие, скошенные к вискам глаза смотрели холодно и непроницаемо.
- С чем вас прислал Аргол? – спросил он.
Строп рассказал о нападении Севза и дальнейших событиях. Наместник задал несколько коротких вопросов и подозвал Держащего меч. Тот развернул карту, начальники Керба стали совещаться, иногда советуясь со Стропом. Письмо Севза рассмешило их, конечно, они не верили ни единому слову самозванца. Но бахвальство мятежника не много добавляло к тому, что они узнали бы и от Улунга. Главным было то, что Севз появился в земле гиев, а оттуда было не так уж много дорог, по которым он мог пойти. Северный путь к Анжиеру шел через единственный перевал Ван. Южную дорогу в землю коттов и тропу Харнов над Стиксом стерег Керб.
- Усилим охрану перевала, - заключил наместник. – Пошли два отряда, - обернулся он к Державшему. – Первый засядет на подступах, второй на гребне. Когда Севз пройдет засаду, мы оседлаем проход с двух сторон и схватим за горло, как змею. А вы, принесшие весть, пройдете с войском до перевала, а оттуда отправитесь в Анжиер и дадите отчет о том, что было на Оленьей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
