слишком поздно. Нас засекли…
Снова раздались резкие удары в дверь, и тот же голос, что и прежде, прокричал:
– Откройте, командан Моран! Нам нужно только кольцо и мисс Ли…
– Это они! – коротко бросила Сандра с ужасом.-Длинные ножи!
Прежде чем он успел вмешаться, Боб увидел, как тоненькая фигурка ринулась к окну, и понял, что девушка хочет бежать тем же путем, каким проникла сюда.
– Вы с ума сошли! – закричал Моран. – Вы сейчас…
Но он так и не кончил. По ту сторону двери зазвучали выстрелы.
– Ложись! – взревел Баллантайн.
Боб уже лежал на долу, а выстрелы из коридора все продолжали звучать. И тут Боб понял смысл этой стрельбы.
Они стреляют не в нас, а стараются взломать замок… Ну и рожи они скорчат, увидев, что закрыт засов…
– Угу, – пробормотал Билл, – только все равно это долго не продлится и они нас все– таки прищучат,..
Француз вынужден был согласиться со справедливостью этого замечания.
– Эх! Было бы у нас оружие! – прошептал он.
– Да я же отнял пистолет у этого козла, – опомнился Билл. – Сорок пятого калибра, с запасной обоймой…
– Прекрасно… Запрёмся в ванной…
И не заботясь больше о пленнике и о сбежавшей Сандре Ли, они проскользнули в ванную. Закрыв дверь на задвижку, Боб выдохнул:
– Сядем на край ванны.
Теперь в дверь били тараном.
– Ты веришь, командан, что речь действительно идёт о Длинных ножах, как это утверждает мисс Ли?
– Никакого сомнения, Билл. Как ты, наверное, обратил внимание, в обслуге этой гостиницы много азиатов. Так что одному из них не составляло никакого труда что-нибудь сделать с электричеством, что и позволило людям Джона Мо прорваться сюда.
– Джон Мо? Ты же сказал, что его арестовали портовые власти?
– Да, конечно. Но если он действительно шеф Клуба длинных ножей в США, то быстро смог выкрутиться.
Треск сломанной двери дал понять, что нападавшие вот-вот ворвутся в комнату.
-Дай-ка мне пистолет, – шепнул Моран Биллу.
Тот повиновался. Боб схватил оружие и тут же на ощупь проверил, снято ли оно с предохранителя. Потом передернул затвор и загнал патрон в ствол.
– А теперь пригнись, – хмыкнул он, – они входят.
– Затопали ноги, кто-то подергал ручку ванной.
– Они там! – крикнул кто-то.
– Да, мы здесь! – крикнул в ответ Моран. – Но советую не лезть сюда. Вас ждет скверный подарочек..!
– Вытащите их! – приказал голос.
Автоматная очередь дала друзьям понять, что атакующие пользуются тем же приемом, чтобы вскрыть дверь, как это было с дверью в номер.
– Ещё раз советую прекратить! – крикнул Моран. – Иначе…
Ответа он не получил, но возобновились удары в дверь.
– Тем хуже для вас! – опять выкрикнул француз. – Вы сами этого хотели…
Он прицелился в дверь и трижды нажал курок. Прозвучали три выстрела, оглушительно отдавшись в ушах в замкнутом пространстве ванной комнаты.
– Поаккуратней, – посоветовал Билл. – У нас не так много зарядов…
Удары в дверь продолжались.
– А если отдать им это проклятое кольцо? – задумчиво спросил Билл.
– Ты думаешь, что они после этого оставят нас в живых? Наоборот. Им будет выгоднее избавиться от нас, как нежелательных свидетелей. Судя по их репутации, убийством больше, убийством меньше, для них ничего не меняет. Для них человеческая жизнь все равно что жизнь мухи.
Удары в дверь были все злее и резче, а хруст напоминал, что она скоро сорвётся с петель.
– Когда они ворвутся, – быстро приказал Боб Баллантайну, – ты ложись в ванну, а я открою стрельбу по куче.
В этот момент раздался вой полицейских сирен, приближающихся с двух сторон к зданию.
Глава 8
Лейтенант Мартинец из сан-францисской полиции выглядел очень недовольным. Он шагал по номеру вдоль и поперек, опустив голову и рассматривая пол, как будто пытался найти там ответы на вопросы, которые сам себе и задавал.
Свет в отеле «Пердидо» горел уже с четверть часа, буквально с прибытия полиции, которую вызвала одна из горничных, услышавшая стрельбу наверху.
С сорванными с петель дверями и толпой полицейских, которые как будто собирались провести весь остаток своей жизни здесь, номер Морана выглядел настоящим полем сражения. Боб и Билл, сидя в креслах, как пай-мальчики, чувствовали себя словно на краю бури, центром которой был лейтенант Мартинец.
Некоторое время полицейский изображал из себя тигра в клетке, потом неожиданно остановился перед Мораном и в очередной раз взорвался вопросом:
– Но в конце концов, можете же вы сказать, почему эти типы напали на вас7
Я еще раз повторяю, лейтенант, – спокойно отвечал Моран, – что речь шла об ограблении.
– Грабители, которые терроризируют весь отель и поливают все свинцом?
– А почему бы и нет? – заметил Баллантайн. – Бандиты, которые грабят банки, еще и не то вытворяют.
– Здесь не банк, – нетерпеливо перебил его Мартинец.– Этих парней интересовала комната, и ничего больше,.. Но здесь не хранятся никакие сокровища!
«Ну, если бы ты знал, лейтенант! – подумал Боб, сунув руку в карман пижамы и нащупывая кольцо Крови и Дракона.– Если бы ты только знал!» Был момент, когда он хотел все рассказать полицейскому, но потом решил промолчать. Поверил ли бы тот? Поскольку кольцо было у него, оно защищало – в том числе и мисс Ли – от Длинных ножей, которые, конечно, не считали себя побежденными. Они скрылись при приближении полицейских машин, но до поры до времени.
– Может быть, эти грабители считали меня… более богатым, чем я есть на самом деле, – предположил» француз.
Мартинец продолжал мерить шагами номер. Его мексиканская внешность, плохо выбритые щеки и черный клок волос, выбивающийся из-под напяленной фуражки, придавали ему скорее вид гангстера, чем полицейского. Что касается его светлого костюма, то он был настолько помят, что напоминал ночную пижаму.
Через несколько минут Мартинец замер в охотничьей стойке. Он заметил куски простыни, которая служила путами для человека– горы и была разрезана, когда Длинные ножи его освободили.
– А это что, веревочка для танцев или куски скакалки?
Моран развел руками.
– Мой друг и я были заперты в ванной, как я уже говорил, лейтенант. Так что ничего не могу сообщить о том, чем тут занимались бандиты в наше– отсутствие.
– Но это объяснение явно не удовлетворило полицейского. Он указал на пистолет, лежащий на комоде.
– Это тоже необъяснимо оказалось здесь?
Билл Баллантайн ухмыльнулся, глядя на пистолет, как на газонокосилку.
– Это негодяи оставили нам на память, лейтенант.
Говоря так,*
