горела желанием выбирать ёлочные украшения, хотя обычно безумно любила новогодние хлопоты и с особым трепетом разглядывала витрины с недоступными моему скромному бюджету вещицами. Ёлку я уже два года не ставила, ведь сначала была беременна, а потом родился Мирон, он был ещё слишком маленький для того, чтобы отмечать Новый год.
- Как ты познакомилась с моим братом? – вдруг спросил Михаил, и я вздрогнула, посмотрев на него.
- Искала в журналах «Форбс» имя богатого и успешного холостяка. Как ещё я могла с ним познакомиться? – ответила я, но тут же прикусила язык. Я вроде как не собиралась флиртовать со своим бывшим, но всё случилось само по себе. Или нельзя назвать флиртом мои слова? Я вроде бы огрызнулась.
- Один богатый и успешный, вероятно, уже успел спрыгнуть с крючка? – с пренебрежением в голосе спросил Михаил, и я покосилась на него, но ничего не стала отвечать. Вероятно, он на самом деле не знал о том, что Мироша его сын, но это теперь уже ничего не меняло. Он отказался от меня, а держать рядом с собой мужчину при помощи ребёнка я не собиралась.
- Вероятно, - прошептала я себе под нос, понимая, что в вопросе мужчины есть доля истины, пусть тогда я и не знала, что отец моего сына – богатый и успешный человек. Я влюбилась в простого программиста, пусть он умело притворялся, чтобы соблазнить молоденькую простушку.
Михаил замолчал, упорно скрывая свои истинные чувства внутри. Он следил за дорогой, а я радовалась возникшей тишине. Пусть думает всё, что хочет. Неважно, кем он видит меня. Теперь уже ничего не важно. Он сбежал, оборвал связь и решил, что так будет лучше, так тому и быть.
Часть 9
В гипермаркете, куда привёз меня Михаил, был огромный отдел с новогодними украшениями. Переливающиеся яркими огнями гирлянды, пушистые искусственные ели, скромненькие живые макушки сосен, множество игрушек. Глаза разбегались, и мне хотелось схватить всё. Вот только я в мгновение вспомнила, что денег у меня нет. Андрей ничего не сказал по этому поводу, поэтому мне пришлось снова заговорить с бывшим.
- Какой у нас бюджет?
Он хохотнул и пожал плечами.
- Какой душа пожелает, - ответил так, словно сделал мне одолжение.
- Почему Валентина Семёновна захотела, чтобы именно я выбирала украшения? Почему ты не мог съездить сюда один?
- Она хочет, чтобы ты чувствовала себя частью нашей семьи. Ты понравилась маме, хоть она не знает твою истинную сущность.
Мне стало обидно, но я проглотила слова бывшего, сделав вид, что мне ни капли не больно. Пусть думает, что хочет. Какая мне разница теперь? Это не я изменила номер телефона и скрылась от него… На мгновение меня оглушила мысль, что у него тоже могли быть весомые причины так поступить, но я запретила себе думать о том, как всё могло сложиться в ином случае. Какой теперь смысл разбираться и пытаться выяснить, что конкретно произошло между нами?
Вспомнив, в какой цветовой палитре оформлена гостиная, я решила выбрать нежные тона для украшения новогодней ели и складывала в тележку голубые оттенки шаров и белоснежные фигурки. Случайно уронив одну из коробок, я наклонилась, чтобы поднять её, и мы с Михаилом стукнулись лбами, потому что он поспешил сделать то же самое. Наши взгляды пересеклись, а мои губы приоткрылись, ведь именно такой была наша первая встреча. Тогда я бежала по коридору с бумагами, в которых нашла ошибку. Запнувшись, я выронила бумаги из рук и присела собрать их, но оказалась не единственной, кто решил сделать это. Миша тогда хотел помочь мне, и мы больно стукнулись лбами. Так началась история нашей любви. Вероятно, именно так она и должна закончиться, вот только во мне вдруг вспыхнуло отчаянное желание поцеловать мужчину, которое пришлось с силой подавить. Я быстро подскочила на ноги и стала поправлять одежду, а Михаил медленно поднялся, поставил коробку на место и отошёл на пару шагов, вероятно, решив выдерживать между нами дистанцию.
- Как много украшений нужно выбрать? Я о том, насколько большая ель у вас? – спросила я, но Михаил даже не шелохнулся, словно не услышал моего вопроса. – Миш? – Я осторожно прикоснулась к руке мужчины, и он вздрогнул. Посмотрев на меня, он нахмурился.
- Что тебе?
Вероятно, Михаил вспомнил наш первый поцелуй и утонул в воспоминаниях, точно так же, как провалилась ненадолго в них я сама.
- Какая высота у вашей ели? Нужно определиться, сколько игрушек брать. Нужны ли гирлянды? Мишура?
- Бери всё, что посчитаешь нужным. Набирай полную корзину. Игрушки лишними не будут. Мама любит, когда всего много, - ответил на удивление спокойным голосом Михаил, и я кивнула.
Хоть какой-то бонус в этой поездке был – я могла вдоволь насладиться выбором украшений, который приносил мне сильнейшее душевное удовлетворение.
Окончив с выбором игрушек – несмотря на то, что бюджет мне никто не ограничивал, я пыталась выбирать из относительно недорогих, - я перешла к гирляндам. Переливающиеся всеми цветами радуги шишки, лампочки, звёздочки и снеговики приводили меня в восторг.
- Ты любишь моего брата? – вдруг спросил Михаил, и я вздрогнула, обернувшись в его сторону. С чего вдруг он решил заговорить о моей любви к Андрею?
- Разве я стала бы соглашаться выйти за него замуж в ином случае? – увильнула от ответа я и схватила первую попавшуюся на глаза коробку с гирляндой, где лампочки были выполнены в виде маленьких желейных мишек.
- А меня любила?
Второй вопрос ударил под дых. Я резко обернулась и посмотрела на Михаила, пытаясь понять, чего именно он жаждет добиться этим разговором. Вот только ни одна дельная мысль не посетила мою голову в это мгновение.
- Миш, а какое это теперь имеет значение? Я выхожу замуж за твоего брата. Мы с тобой больше не вместе. Не стоит жить воспоминаниями о прошлом. Взяв ещё несколько гирлянд, ярких дождиков и мишуру, я решила, что этого более чем достаточно, но не смогла пройти мимо светящихся снежинок
