Читаем без скачивания Счастье как способ путешествия - Марина Йоргенсен

– Никак не могу вспомнить, где мы с вами встречались? – первым нарушил наше улыбчивое молчание «хозяин».

Я напомнила где, заодно вкратце рассказав и предысторию нашей встречи. К середине моего рассказа «хозяин» кое-как сдерживал смех.

– Ну вы даете, такое нарочно не придумать! Вы не возражаете, если я подсяду за ваш столик?

Я не возражала.

– Вы любите цветы? – спросил он, указывая глазами на мой букет.

– Некоторые. А вы?

– А я люблю девушек, которые любят цветы.

Ну и тип! Не успел «здрасти» сказать, а уже сразу клеиться. Или мне показалось и это всего лишь форма португальской вежливости?

– А я не люблю мужчин, которые любят девушек оптом.

– Почему оптом? – удивился он.

– Ну, если учесть, сколько в Лиссабоне девушек, которые любят цветы. И сколько их на всей планете.

– Да вы не обижайтесь на меня, в мои планы совсем не входило вас расстроить. Вы любите искусство?

– А вы любите девушек, которые любят искусство? – вопросом на вопрос съязвила я.

– Если вы любите искусство, – миролюбивым голосом продолжил мой новый знакомец, не поддавшись на мою провокацию, – то вот вам пригласительный билет. Открытие биеннале современного искусства. Обязательно приходите, не пожалеете. Это настоящее событие для культурной сцены Лиссабона.

А ведь я слышала об этом биеннале. Его рекламой пестрит весь Лиссабон. Событие. Спасибо ему, конечно, но как-то не хочется одалживаться у незнакомого человека.

– Вас это совершенно ни к чему не обязывает, – как будто прочитав мои мысли, сказал он. – У меня несколько пригласительных билетов, и достались они мне совершенно бесплатно. В силу моей профессиональной деятельности. Примите в качестве моральной компенсации за неугомонный характер вашей сумки, – шутливым тоном добавил он. – Я правда чувствую себя немного виноватым в том, что она, негодница, решила сбежать с вашего плечика к моему старому шезлонгу. Ну и вкусы у некоторых сумок!

Я пообещала прийти на открытие биеннале. Мы поболтали обо всем и ни о чем еще минут десять и расстались почти друзьями. Ну, или добрыми знакомыми.

А зовут его Педру. Ну и имечко. Хотя мне-то, собственно, какая разница? Да хоть Тутанхамон!

Глава 12

Кстати, об именах. В португальском языке перед именами собственными в большинстве случаев, кроме официальной речи, ставится артикль. В официальной речи не ставится, потому в ее случаях перед именем всегда стоит титул имярека. Артикль может быть мужского или женского рода. Звучит забавно: «О Jorge», «А Manuela». А теперь представьте с соответствующей интонацией. Губки уточкой, взор к небу и с интонацией обиженного ребенка: «О Джооордж!» Почти «О прекрасная Дульсинея!». О Джордж пьет кофе, а Дульсинея вяжет носок. Правда, смешно было только нам с полькой Гошей. У Дэйва, Николь и Энтони родные языки «артиклевые». Так что им не привыкать. Артиклем больше, артиклем меньше. Артикль в португальском языке может быть определенным и неопределенным, и указывает он на число и род. Перед названием многих стран в португальском языке тоже ставится артикль.

– Почему Бельгия, Англия и Китай женского рода, а Иран, Ирак и Камбоджа мужского? – спросил Дэйв нашу «сеньору профессору».

– Не знаю, – задумчиво ответила она. – Может быть, они мужского рода потому, что слишком часто находятся в состоянии войны?

Род одних и тех же слов в русском и португальском языке очень часто не совпадает. Скажем, «газета», «карта» и «проблема» в португальском – это мужской род, а «мир», «свет» и «салат» – женский. В принципе, если перепутаешь род, то ничего страшного, португальцы поймут и простят. Но если хочется лингвистического совершенства, то единственный надежный метод – это зубрежка.

Зубрить сегодня у меня не было ни желания, ни настроения. Вместо этого я отправилась ужинать к соседям. Не к соседям, с которыми я живу в одном доме, а в ресторанчик по соседству, от которого меня отделяет всего метров пять по гипотенузе.

Вечер начинал обволакивать сумерками. Официант щелкнул зажигалкой по свечке на моем столе. Obrigada! Разглядываю мерцающий огонек. Он переговаривается на своем огоньковом языке с уличными фонарями и зажигающимися окнами домов. Мы улыбаемся друг другу: я огоньку, а он – мне. Мимо проходят туристы, оживленно переговариваются и с любопытством разглядывают все вокруг. Взгляд на стену дома. На карту. Снова на стену. Наверное, пытаются вычислить: «Это уже Байрру Алту или еще нет?» Во всех туристических справочниках Байрру Алту упоминается как район, в котором обязательно нужно хотя бы один раз поужинать и посидеть в баре. И прогуляться по его извилистым переулкам. Иначе вроде и в Лиссабоне не побывал. Притормаживают около ресторана, оглядели столики, поглядели на меня. Занятые столики на многих людей действуют как приглашение присоединиться. Вот, думают, наверно, другим тут комфортно, ну а мы чем хуже? Приятно ощущение того, что я не турист, а всего лишь ужинаю на своей «почти кухне». В неспешную атмосферу сегодняшнего вечера я смогу погрузиться и через две недели. И через три. Нирвана forever. Быть «не туристом» – это классно, это дает возможность войти в реку дважды. Быть «не туристом» – это плохо: свежие, как парное молоко, впечатления, если их сразу же не превращать в строчки, имеют тенденцию растворяться и начинают восприниматься как обыденность. Не говоря уже о фотографиях: в первые минуты знакомства с городом хочется «отсканировать» каждый метр окружающего пространства. По мере того как «новые места» превращаются в «свои места», желание фотографировать пропадает. И что я тут, как дура, буду с фотоаппаратом ходить?

Заказываю sardinhas assadas (сардины-гриль) и um copo de vinho da casa (бокал домашнего вина). Отказываюсь от принесенной вместе с меню стандартной закуски (сыр и какие-то паштеты), кивком головы разрешая оставить на столе только хлеб и тарелку с оливками.

– Um copo de vinho branco? – уточняет официант.

– Sim. Obrigada!

– О, ты говоришь по-португальски! – радостно комментирует мой заказ со своего балкона соседка. Добавляя при этом добрый десяток пока еще непонятных мне фраз. Она уже предвкушает общение со мной. Португальские соседки очень общительны. Спонтанные диалоги завязываются между нами почти ежедневно, несмотря на почти полное отсутствие общего языка. Поднимаю глаза – из окна дома напротив выглядывает другая соседка. Кивает мне головой. Пара за соседним столиком с интересом на меня поглядывает. Наверное, им интересно, почему все так сердечно приветствуют эту девушку, толком не говорящую по-португальски. Кто она? Я тут живу.

Официант принес мои сардины. К ним отварной картофель и салат. Поставил передо мной две маленькие бутылочки – оливковое масло и виноградный уксус.

К ресторану приближаются четыре девушки. До меня долетает произнесенное по-английски восклицание-вопрос: «Интересно, а вдруг и у этих идиотов нет сангрии?» Пытаюсь скрыть улыбку. Через минуту они выяснят, что у «этих идиотов» сангрии тоже нет. Потому что до «идиотов с сангрией» три часа по автостраде на хорошей скорости. Сангрия – это Испания. Девушки выпорхнули из ресторана. Мучаюсь раздумьями: «Может быть, нужно было им намекнуть о тщетности поиска? Или нет?» Договариваюсь с собой, что «нет». Люди имеют право на заблуждения. Делаю глоточек вина. Его легкая кислинка замечательно сочетается со вкусом жирненьких сардин. В это время в Португалии им самый сезон. А вот салат меня откровенно разочаровал. Несколько зеленых листков салата-латука, кольца репчатого лука и крупные полукружья откровенно недозрелых помидоров. Не салат, а недоразумение какое-то. Самое смешное, что мне на этой неделе уже третий раз приносят салат с зелеными помидорами. Ну да ладно, не буду фокусироваться на плохом. Зато сардинки чудо как хороши!

Официант подошел к моему столу. Убирает тарелки и зачем-то снова протягивает мне меню. Ах да, десерт! Ну как же без него. И конечно же, чашечка bica. Без нее, в качестве завершающего аккорда, самый вкусный ужин – не ужин.

Тем временем на улице совсем стемнело. Пасторально тихий днем и ранним вечером Байрру Алту постепенно заполняется традиционным для более позднего времени суток гомоном.

Я медленно ем свой pudim flan и пью кофе, смакуя каждый его глоток. Я и мои маленькие радости жизни. Момент безупречен и крайне близок к тому, что Амели называла «чувством абсолютной гармонии».

Чтобы проверить почту и заодно продлить момент абсолютной гармонии, я зашла в соседний бар. Который по счастливому стечению обстоятельств еще и интернет-кафе. Но для меня он в первую очередь бар – потому что там делают самую лучшую на всем Байрру Алту кайпиринью. Здесь не жалеют лаймов, «Кашасу» льют щедро, сахар растерт почти в пудру, лед правильно поколот в мелкую крошку, а не просто кубики – как во многих других местах. Если покупаешь алкогольный напиток, то Интернет – бесплатно. По четвергам, то есть сегодня, кайпиринья стоит всего три с половиной евро. А не четыре с половиной, как обычно. Хотя четыре с половиной – это тоже по-божески. В Лиссабоне она редко где стоит меньше пяти евро.