Но я не мог, это было непрактично. Это не входило в план. Мне нужно было сделать это сейчас, даже если это означало, что я уйду на три часа и, вероятно, стану ходячим зомби к утру. Кроме того, завтра пятница, и ночь не будет такой безрадостной, как сегодня.
— Чертовски обожаю тебя, детка, — прошептал ей на ухо. Я поцеловал её в плечо и накрыл одеялом. Как только я встал с кровати, то услышал стук во входную дверь.
Нахмурившись, я поспешно вышел из комнаты, закрыв за собой дверь, чтобы Элли не проснулась. По пути остановился на кухне и взял нож. Никогда не знаешь наверняка, верно?
Прислонившись к входной двери и услышав ещё один настойчивый стук, я заглянул в глазок. Напряжение мгновенно спало. Я бросил нож на пол и отпер дверь. Распахнув её, я прорычал:
— Какого хрена ты делаешь у моей двери, чувак?
Марко закатил глаза и протиснулся мимо меня.
— Я уже давно жду тебя у входа. Чёрт, неужели я единственный пунктуальный человек в этом дерьмовом городе?
— Знаешь, существует телефон. Это то, что нормальные люди используют, когда хотят поговорить с кем-то поздно вечером. Они, чёрт побери, им звонят. Можешь сказать спасибо за это Александру Грэму Беллу.
Марко пожал массивными плечами.
— У меня нет времени разговаривать по телефону, который привязывает тебя к дурацкому плану, из которого ты не сможешь выбраться, если не заплатишь непомерную сумму денег.
— Непомерная сумма денег? Суть в том, чтобы придумать план, который мы можем себе позволить и не отходить от него.
— То же дерьмо.
— Ну, ты не можешь продолжать заниматься этим дерьмом. У меня есть ребёнок и женщина, которые спят в нескольких шагах от нас.
— Да, но я чувствую запах секса на всём твоём теле, поэтому уверен, что ты сегодня в лучшем настроении, чем раньше. Чертовы отношения, чувак. Мужчины этого не заслуживают.
Я сердито посмотрел на него, а потом оглянулся в сторону спальни. Я не хотел, чтобы Элли проснулась и увидела Марко в нашей квартире. Он ей не нравился. Ни разу с тех пор, как она видела, как он победил меня в драке много месяцев назад. Честно говоря, он был невероятно умелым бойцом. Теперь наши бои были непредсказуемы, и всегда было не ясно, кто из нас победит. Это сделало наши бои самыми обсуждаемыми. Люди любили смотреть кровавый бой, результат которого нельзя было предсказать до конца. Это делало процесс заключения пари интересным и рискованным.
Несмотря на всё это, Марко был моим лучшим другом. Он появился в мастерской через пару недель после того, как победил меня, в поисках работы механика. Мы только открыли вакансию, и десятки резюме хлынули потоком. Но как только наш босс увидел, как Марко вошёл в кабинет с широкими, как дверной косяк, плечами, он тут же дал ему работу. Возможно, он просто испугался Марко. Я бы не стал его винить.
У него был тяжёлый взгляд. Он всё ещё смотрел так. Но в тот день его поведение говорило: «Если ты не дашь мне эту грёбаную работу, я вернусь и сожгу твой драгоценный магазин дотла… Вместе с тобой».
Так что он тогда получил её. Мне не хотелось нравиться этому парню. По правде говоря, какое-то время я его ненавидел. Но на определённом уровне мы были похожи, и в конце концов сблизились, даже не осознавая этого. Мы работали на ненавистной работе, сражались на стороне, чтобы свести концы с концами, и по уши влюблялись в женщин, которых не должны были любить. Единственная разница?
У меня была девушка.
А у него нет.
Но его история была гораздо более запутанной, чем моя. Такая вот херня, отчего у меня по спине побежали мурашки, а голова затряслась от того, как всё было запутано.
Для него не будет никакого счастливого будущего. Не сейчас. Никогда.
— И вообще. Что у неё за проблемы со мной? — продолжал он, злобно глядя на меня. — Я слишком жуткий для неё?
— О, да. Она думает, что ты чёртов дьявол.
Он рассмеялся.
— Я её не виню. Это из-за угрожающего взгляда, который я бросаю на других? Или она просто имеет что-то против македонцев?
— Нет, чувак, думаю, дело в твоих татуировках.
Хорошо, что Марко был таким понимающим.
Хотя у него был ужасный характер, ум всегда прорывался наружу. Он был рассудительным, уравновешенным человеком, которому я мог доверять. Он не становился грёбаным мудаком, когда люди осуждали его. Он знал, что на него страшно смотреть, поэтому то, что Элли воротила от него нос, было для него естественным.
— Мои тату? А, блин, она не первая. Но меня это задело.
Нет, это было не так. Он привык к тому, что его ненавидят. Я рассмеялся над тем, как театрально он опустил плечи в притворном отчаянии. Грёбаный Марко Александр Бранков. Ненавидеть его было невозможно. Мне просто нужно было, чтобы Элли увидела его моими глазами, а не с подозрением.
— Просто проваливай отсюда, — сказал я. — У нас ещё куча дел, верно?
Веселье исчезло с его лица, когда он кивнул.
— Абсо-блядь-лютно, чувак. Ты купил кувалды?
— Да, купил.
С озорством в глазах он ответил:
— Тогда давай начнём вечеринку.
Глава 4
Хит
Я проезжал мимо этого дома всю неделю. Красный кирпичный дом в глуши стоял в самом конце тихой улицы. На подъездной дорожке не было ни одной машины. Жалюзи закрыты, внутри не горел свет. Только на крыльце, и он горел там весь день. Я знал, что это была жалкая попытка кого-то задержать, создать иллюзию, что внутри кто-то есть.
Марко и я внимательно наблюдали за происходящим. Он даже брал отгулы, чтобы просто посидеть на улице напротив дома. Мы не заметили никакого движения. Свет горел ради того, чтобы никто не полез за тем единственным, ради чего мы здесь все собрались.
Я припарковал машину на подъездной дорожке, достал книгу, которую нашёл в спортивной сумке в тот день, когда убил Рикардо, и пересчитал деньги. Для всех остальных это была записная книжка, заполненная всякой тарабарщиной; состоящая из бесчисленных строк случайных букв, которые невозможно было прочитать. Но я понял, что это коды, как только увидел. Когда я разобрался с одним, до меня дошёл смысл всей тарабарщины.
Расшифрованный блокнот представлял собой список адресов с долларовыми знаками рядом с ними.
Я всегда вспоминал тот момент, когда обнаружил записную книжку. Я был смущён, удивлён и даже взволнован. Меня трясло от желания узнать смысл тарабарщины, потому что знал: если книжка лежит на дне денежного мешка, значит, очень важна.
— Что ты делаешь? — спросил Марко, сидя рядом со мной неподвижно.
— Просто хочу убедиться, — ответил я.
— В чем?
— В точности адреса.
— И?
Я несколько раз смотрел поверх линии, зная наверняка, что он верный. Мы следили за этим домом целую неделю, а план разрабатывался гораздо дольше. Это был правильный адрес, как сказано в книге, но я проверял, чтобы оттянуть неизбежное. По правде говоря, я был напуган до глубины души. Уверен, Марко тоже. Это было безумие.
— Так и есть, — пробормотал я, захлопывая записную книгу и бросая её в бардачок. Я повернулся к нему в темноте, едва различая его лицо. Я пристально посмотрел на него, позволяя тишине доминировать в пространстве, прежде чем прошептал: — Готов?
Без колебаний он согласился:
— Да.
Я бросил ему чёрную маску и надел свою собственную.
— Хватай кувалды.
— Откуда ты знаешь, что они нам вообще понадобятся?
Выключив двигатель машины, я ничего не ответил. Как и расшифровка кода, это был мой собственный маленький секрет.
— Просто возьми. Пойдём.
Мы быстро выскочили из машины и тихо закрыли её за собой.
Мы почти не шумели. В такие моменты окупалось то, что ты боец. Мы легко передвигались и бесшумно прошли к передней части дома. К тому времени, как я добрался до двери, Марко уже вытащил отмычки. Я повернулся лицом к улице, стоя позади него, пока он мастерски возился с замками. Это было то, что заставляет задуматься, какого хрена он делал в своей жизни, чтобы научиться этому.
