Сильвия настороженно вслушивалась в разговор. Бедняжка Сильвия. Ей суждена вечная покорность и молчание. И тут я снова почувствовала прилив благодарности своим родителям: они приучили нас совсем к другому.
— А кто эта Элис Линкрофт?
— Дочь домоправительницы. Но имейте в виду, миссис Линкрофт очень важная персона в доме. Она жила в этой семье еще до своего замужества. Была компаньонкой леди Стейси, затем уехала и вернулась после того, как овдовела… вернулась вместе с Элис. Ребенку тогда было всего два года. С тех пор девочка живет в Лоувет Стейси. Если бы она не была таким спокойным ребенком, вряд ли бы ее стали терпеть. Но с ней никаких хлопот… не то, что с Оллегрой. И все-таки принять в дом Элис было непростительной ошибкой. Когда-нибудь эта девочка доставит неприятности. Я часто об этом говорю священнику, и он со мной полностью согласен.
— А что с леди Стейси?
— Она умерла довольно давно… Еще до того, как миссис Линкрофт вернулась.
— Но есть еще одна юная леди, которая будет моей ученицей.
Миссис Ренделл усмехнулась.
— Эдит Коуен… или, вернее, теперь Эдит Стейси. Это была довольно странная затея. Я говорила об этом священнику и буду это повторять. Мне, конечно, ясно, почему сэр Уилльям так решил поступить.
— Сэр Уилльям?! — поразилась я. — Разве не сами молодые решили пожениться?
— Моя дорогая, когда вы пробудете в Лоувет Стейси хоть один день, вы поймете, что там есть только один человек, который все решает, и этот человек — сэр Уилльям. Он взял к себе Эдит и стал ее опекуном, и затем решил вернуть Нейпьера и поженить их. — Миссис Ренделл понизила голос. — Конечно, вы сами будете жить в этом доме, поэтому рано или поздно вам самой все станет ясно. Только из-за денег Коуэнов сэр Уилльям решил вернуть Нейпьера.
— Ах вот оно что! — я попыталась подтолкнуть ее к дальнейшему рассказу, но видимо, она поняла, что и так была слишком разговорчива. Откинувшись на спинку сиденья, миссис Ренделл поджала губы и сложила руки на коленях с видом высшего судьи.
Поезд катил, тихо покачиваясь на ходу, все хранили молчание, я обдумывала следующий ход, который побудил бы эту словоохотливую даму выболтать еще какие-нибудь сведения о Лоувет Стейси, но тут Сильвия робко произнесла: «Мы почти приехали, мама».
— Да, действительно! — воскликнула миссис Ренделл, вскочив на ноги и перебирая свои свертки. — Надеюсь, эта шерсть как раз то, что нужно для носков священника!
— Я уверена, мама. Это же ты выбирала.
Я внимательно взглянула на девочку. Нет ли в этом ее замечании иронии? Но по миссис Ренделл не было видно, чтобы она заметила подобный нюанс в ответе дочери.
— Бери вещи и пошли, — сказала она Сильвии.
Я тоже встала и сняла с полки свой багаж. От меня не ускользнуло, с каким оценивающим вниманием она его оглядела, как, впрочем, и меня в первый момент нашей встречи.
— Полагаю, вас встретят, — сказала она и легонько подтолкнула Сильвию вперед, а затем вслед за дочерью спустилась на платформу. Обернувшись ко мне, миссис Ренделл произнесла:
— Все верно, вон миссис Линкрофт! — И она окликнула ее пронзительным возгласом:
— Миссис Линкрофт! Вот тут молодая особа, которую вы ищите.
Я вышла из вагона и остановилась на платформе, поставив сумки на землю. Жена настоятеля коротко кивнула мне, затем приближавшейся к нам женщине и пошла дальше со своей покорно семенящей дочерью.
— Вы миссис Верлейн? — ко мне обратилась высокая стройная женщина лет тридцати пяти. Во всем ее облике была какая-то привядшая красота, напоминавшая мне цветы, которые я когда-то засушивала между страницами книг. На ней была широкая соломенная шляпа с подвязанным под подбородком вуалевым шарфом. Голубизна ее глаз казалась выцветшей. Лицо было немного костлявым, да и сама она была очень худой. На ней все было серых тонов за исключением блузки василькового цвета, что оживляло ее бледные глаза. Она совсем не производила впечатления грозной домоправительницы. Я представилась ей.
— Меня зовут Эми Линкрофт, — ответила она. — Я домоправительница в Лоувет Стейси. Нас ждет коляска. Не беспокойтесь, ваши сумки доставят на место.
Она подозвала носильщика и отдала ему распоряжение. Через несколько минут мы уже шли с ней по привокзальной площади.
— Я вижу, вы уже познакомились с женой священника.
— Да, довольно странно, но она догадалась, кто я.
Миссис Линкрофт улыбнулась.
— Может быть, эта встреча была заранее спланирована. Она знала, что вы приедете на этом поезде и хотела познакомиться с вами раньше всех остальных.
— Я польщена, если моя персона вызвала столь повышенный интерес.
Мы подошли к коляске. Я села внутрь, миссис Линкрофт повела лошадь.
— До нашего дома добрых две мили, — сообщила она.
Я обратила внимание на ее тонкие запястья и длинные нежные пальцы.
— Я надеюсь, вам понравится жизнь вдали от большого города, миссис Верлейн.
Я сказала ей, что никогда еще не жила долго в сельской местности, поэтому все здесь для меня будет необычно и интересно.
— И в каких городах вы жили? — поинтересовалась миссис Линкрофт.
— Выросла я в Лондоне, потом жила с мужем заграницей, и когда он умер, я снова вернулась в Лондон.
Она на некоторое время примолкла и, зная о ее вдовстве, я предположила, что в этот момент она вспомнила своего мужа. Я попыталась представить себе, что это был за мужчина и была ли она с ним счастлива. И почему-то решила, что нет.
Как отличалась эта женщина от болтливой жены священника, которая за короткий промежуток времени так много мне рассказала. Миссис Линкрофт показалась мне женщиной скрытной.
Она произнесла несколько общих фраз о Лондоне, где жила очень недолго, затем заговорила о характерных для этого побережья восточных ветрах.
— Именно на наш район они обрушиваются со всей силой. Надеюсь, вы не мерзлячка, миссис Верлейн. Но уже скоро весна, а весна здесь превосходна. Как и лето.
Я спросила ее о своих ученицах, и она подтвердила, что я буду учить ее дочь Элис, а так же Оллегру и Эдит, то есть миссис Стейси.
— Думаю, Элис и миссис Стейси будут прилежными ученицами. Но Оллегра не то чтобы плохая девочка… просто у нее вспыльчивый характер, и она иногда не прочь выкинуть какой-нибудь фортель. Но так или иначе, они вам все понравятся, я в этом уверена.
— С нетерпением жду, когда мы познакомимся.
— Уже совсем скоро. Девочки сами жаждут встретиться с вами.
Дул резкий ветер, и мне казалось, что он доносит сюда запах моря. Вдруг невдалеке показались раскопки римского поселения.
— Его обнаружили совсем недавно, — пояснила миссис Линкрофт. — Здесь работали археологи. Сэр Уилльям дал им разрешение на раскопки, хотя потом сожалел об этом. Сюда хлынул народ, чтобы посмотреть развалины, и потом случилось трагическое событие. Может быть, вы слышали об этом. Одно время вокруг него было много шума. Одна женщина из археологов исчезла… и, насколько я знаю, до сих пор ничего не прояснилось.
