Вспомним 1990 год. Два президента - СССР и РСФСР рушили КПСС, в которой оба и состояли. Именно в это время РСФСР обрела свою партийную организацию, в будущем и ставшую основой для создания современной Коммунистической партии Российской Федерации. Нашлись дальновидные люди, которые решили обезопасить партию и создать фактически страховочную Компартию РСФСР. Многим эта структура поначалу казалась излишней, нежизнеспособной, но как это в дальнейшем помогло, показало время. Пройдя множество искусственно созданных преград со стороны М.Горбачева и идеолога «перестройки» А.Яковлева, в июне 1990 года состоялся Учредительный съезд КПРСФСР.
Илюхин в то время еще работал в прокуратуре и, как многие другие наши граждане, внимательно следил за изменениями организационной структуры партии. Но появления КП РСФСР осознать и прочувствовать не успел, так как новые громкие события переключили его сознание на другое. Люди в одно прекрасное августовское утро проснулись и обнаружили в своем лексиконе новую абривиатуру - ГКЧП. Виктор Иванович понял, что произошло событие, которое даром для страны не пройдет. И вскоре все наглядно увидели, кто лучше всех воспользовался плодами краткосрочного «путча». Это был Ельцин. Более того, складывалось впечатление, что он заранее знал конечный результат противостояния Горбачева и членов Государственного комитета по чрезвычайным ситуациям, был к этому готов. Вплоть до загодя подготовленных проектов указов, которые ждали часа подписания и опубликования.
О том, что у президента России на момент ГКЧП было все «схвачено», невольно проговорился Александр Коржаков в своей книге «Борис Ельцин: от рассвета до заката. Послесловие». Не напрямую, конечно, возможно, намеренно скрывая, но внимательный читатель легко сопоставит приводимые автором факты и события. Никто даже не пытался интернировать Ельцина и его окружение, у них все время были комфортные условия для «пережидания» происходящих в стране событий. Вот смотрите:
«За несколько дней до путча Борис Николаевич был у него (у В.А. Крючкова. - Авт.) на приеме в новом здании КГБ на Лубянке. После беседы они вышли вдвоем, и шеф КГБ особенно тепло со мной попрощался, сказал добрые напутственные слова. «Неспроста», -подумал я. Для нас, офицеров госбезопасности, он был всесильным генералом могущественного ведомства. И вдруг - такое радушие, почти дружеское общение».
«К Ельцину с известием о ГКЧП я пришел первым. Все в доме спали и ни о чем не ведали. К восьми утра подошли Полторанин, Бурбулис, «обозначился» Собчак. Я позвонил в службу, приказал по тревоге поднять всех ребят и, как только можно, отправить на машинах в Архангельское .
В начале девятого Борис Николаевич при мне позвонил Грачеву - в тот момент Павел Сергеевич занимал пост командующего Воздушно-десантными войсками.
А за несколько месяцев до этого мы побывали в 106-й воздушно-десантной дивизии в Туле, там шеф уединился с Грачевым, и, что интересно, с глазу на глаз они обговаривали, как лучше себя вести именно в подобной ситуации. Реального ГКЧП, конечно, никто не допускал, но профилактические разговоры велись на всякий случай».
«.Я понимал: если на нас нападет спецподразделение или армейская часть, мы долго не продержимся.».
«После короткого совещания решили ехать открыто - с российским флагом».
«Самый опасный участок пути - от ворот Архангельского до выезда на шоссе. Это километра три. Вдоль дороги - густой, высокий лес. За деревьями, как потом выяснилось, прятались сотрудники Группы «А». Они должны были выполнить приказ руководства ГКЧП - арестовать Ельцина. Но «Альфа» ничего не сделала - спецназовцы молча наблюдали за пронесшимся кортежем».
«.Мы думали: как эвакуировать семью президента. Подогнали «рафик» со шторками к дачному крыльцу и туда посадили всех членов семьи Бориса Николаевича. У ворот их остановили люди в камуфляжной форме. Один из них заглянул в салон, обвел взглядом женщин, детей и спокойно пропустил машину».
«Ельцин разрешил Лебедю подвести к зданию (Белого дома. - Авт.) роту десантников. Для этого защитники разгородили баррикады и впустили их за оцепление».
«Много раз я выходил за оцепление и беседовал с танкистами, десантниками, офицерами. По настроению военных понял: никто из них не собирается штурмовать Белый дом».
Можно и далее цитировать Коржакова. Но, думаем, достаточно. Вывод однозначен: ГКЧП не собирался захватывать власть. Ельцин несколько дней в подвалах Белого дома активно работал, отсыпался, пировал с Лужковым, а семья президента спокойно пребывала в московской квартире. Борис Николаевич, дав время путчистам вступить во взаимодействие с госчиновниками и организациями Компартии, начал реализовывать свой план по ликвидации КПСС и КП РСФСР.
23 августа 1991 года Ельцин издает указ «О приостановлении деятельности Коммунистической партии РСФСР», в котором говорилось, что КП РСФСР не была в установленном порядке зарегистрирована, но активно поддержала ГКЧП. Начались аресты, изъятие документации, блокирование финансовых счетов, опечатывание помещений. Погром!
А вот что пишет об этом времени в книге «Власть в тротиловом эквиваленте» Михаил Полторанин. В интересующий нас период он находился на пике политической карьеры -был министром печати и информации, заместителем председателя Российского правительства. Он вспоминает, как виделась ему в стане Ельцина ситуация в первые дни после разгрома ГКЧП.
«Как и следовало ожидать, среди первых крупных решений Ельцина после путча была политическая казнь КПСС .
Действо решили провести публично. С этой целью 23 августа Михаил Сергеевич приехал даже в Белый дом на заседание Верховного совета РСФСР. Я сидел в первом ряду напротив трибуны, когда Борис Николаевич зачитал указ о приостановке деятельности партии (в ноябре он запретит ее окончательно). Он поднял над трибуной ручку, чтобы подписать этот указ. Надолго и картинно задержал ее в воздухе, поглядывая на Горбачева. Тот встал с места, изобразил порыв протеста и притворно сказал:
- Не надо, Борис Николаевич.
- Надо! - громко произнес Ельцин. Нож гильотины упал. Борис Николаевич повел Михаила Сергеевича к себе в кабинет.
Тут же Горбачев отказался от поста генсека ЦК КПСС, призвал ЦК объявить о самороспуске, а всем коммунистам посоветовал разбежаться и создавать новые партии.
А Ельцин? Борис Николаевич сполна удовлетворил чувство мести за унижение от партии на пленумах ЦК и Москвы .».
Согласитесь, нарисованная картинка многое объясняет.
Итак, 23 августа 1991 года вышел указ «О приостановлении деятельности Коммунистической партии РСФСР», в котором говорилось, что КП РСФСР не была в установленном порядке зарегистрирована, но активно поддержала ГКЧП. Кроме того, она всячески препятствовала проведению указа Б. Ельцина о выдворении парторганизаций из учреждений и предприятий. Здесь же предписывалось МВД и прокуратуре провести расследование по вышеуказанным фактам и обеспечить сохранность партийного имущества. Центральный Банк должен был «заморозить» все счета Компартии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
