Читаем без скачивания Чугунные сапоги-скороходы - Донцова Дарья

Я снова направилась к выходу.

– Грабитель так же решил.

В столовой Зинаида стала размышлять вслух:

– Чемоданчики находились в мастерской, значит, их спрятал Юра. Я понятия не имела о тайнике. Девочки, конечно, не в курсе, Игорь с Петром, естественно, тоже.

– Мужчинам показывали мастерскую? – поинтересовалась я.

Хозяйка начала заплетать из бахромы скатерти косички.

– Да, но они туда никогда не ходили.

– Вы можете дать нам на время несессеры? – попросила я.

– Пожалуйста, но зачем? – спросила Зинаида.

Я встала.

– Отпечатки пальцев надо снять, они остаются повсюду, правда, не навечно сохраняются. Можете предположить, куда уехал Федор?

– Утром он не собирался покидать нас, – ответила Морина, – ушел в девять, предупредил, что вернется поздно.

– Вы ему дали ключи, – вздохнула я.

– А как иначе? – развела руками собеседница. – Я его сразу полюбила, он же внук Миши, нашего лучшего друга. Муж Михаила Воробьева братом считал. Сколько раз он нам помогал, сколько раз поддерживал. Танечка, найдите Федора. Это щекотливая ситуация, не хочу сообщать ни девочкам, ни Игорю, ни тем более Пете о том, что случилось. Зять будет переживать, считать себя виноватым: из-за него пустили в дом вора! Вы отыщите Федю, объясните ему, что лучше вернуть украденное владельцам. И все. Ни наказания, ни вызова полиции не будет. Решим все по-семейному, без посторонних людей.

– Сомнительно, что он согласится, – сказала я, – но попробовать можно. Мне придется запачкать ваши руки.

– Чем? – изумилась Зинаида.

– Краской, – ответила я, – она смывается.

– Не понимаю, – продолжала удивляться Морина.

Пришлось объяснить:

– И вы, и я трогали несессеры. Мои отпечатки пальцев есть в лаборатории, а ваших нет.

– И что? – никак не могла сообразить собеседница.

– Надо определить их, знать, что «пальчики» принадлежат вам, Зинаида Борисовна, не искать в базе, чьи они.

– Ой, прямо как в кино! – восхитилась Морина.

Глава одиннадцатая

Утро началось с крика Надежды Михайловны.

– Летит! Бей его!

Послышался стук и лай «кабачков». Наверное, последние слова ввергли вас в изумление. Разве овощи умеют гавкать? «Кабачками» мы называем французских бульдогов Мози и Роки, которые очень похожи на цукини, собачки такие же округлые, безо всякого намека на талию. Правда, сейчас псинки медленно, но верно превращаются в дыни торпеды.

Я накинула халат, выбежала в столовую и увидела две фигуры странного вида. Та, что повыше, была одета в серебряный комбинезон с пришитыми к штанинам сапогами. В правой руке она сжимала сковородку. Вторая облачилась в непромокаемую куртку с капюшоном, брюки цвета оливок, в калоши, которые привязала к ступням шнурками. В руках у нее было полотенце.

Я остановилась на пороге столовой, услышала звук:

– Ш-ш-ш, – увидела перед своим лицом нечто большое с крыльями и шарахнулась в сторону.

– Лови его! – завопил «комбинезон».

– Сейчас таракану мало не покажется, – ответили «калоши».

Парочка бросилась в коридор, за ней потрусили бульдожки. Кот Альберт Кузьмич, который сидел на столе возле сахарницы, подергал носом и произнес:

– Мяу, мяу!

– Да, дорогой, – отозвался Иван Никифорович, который, сохраняя олимпийское спокойствие, ел овсянку, – люди такие странные! Чего только не выдумают.

– Ш-ш-ш, – раздалось в комнате.

Альберт Кузьмич подпрыгнул и сбил лапой таракана. Тот упал прямо в тарелку мужа.

Иван посмотрел на неожиданное добавление к каше.

– В Китае считают, что насекомые – идеальный источник белка. Но я пока не готов лакомиться прусаками. Танюша, если у тебя другое мнение по данному вопросу, отдам тебе сей деликатес. Хочешь?

Я содрогнулась:

– Фу! Никогда!

– Куда он подевался? – закричала Рина из коридора.

Я захихикала.

– Где мама и Надя взяли эти странные одеяния?

Муж отодвинул тарелку и сделал глоток кофе.

– Я всегда подозревал, что Рина никогда ничего не выбрасывает. А сегодня мои подозрения превратились в уверенность. Серебряный костюм – противочумная защита, отцу его выдали, когда мне было лет десять-одиннадцать. Папа в него еле влез, хотел застегнуть молнию, но не удалось! Живот мешал. Мама ему велела:

– Вдохни, задержи дыхание и стой так. Я застегну комбинезон.

Куда там! Не получилось. Отец рассвирепел:

– Рина, все ты виновата!

Мама удивилась:

– Что я не так сделала?

– Зачем вкусно готовишь? – выдвинул претензию муж. – Вот не хочу ужинать, а увижу, что ты на стол несешь, и все сметаю.

Рина у него комбинезон отняла и унесла. Понятное дело, спрятала где-то. Противочумная защита не одно десятилетие лежала в укромном месте и, пожалуйста, пригодилась сейчас.

Альберт Кузьмич, сидевший у тарелки с кашей, встал, повернулся задом к каше и начал зарывать ее лапой.

– Абсолютно с тобой согласен, – вздохнул Иван Никифорович, – возможно, геркулес с тараканом и полезен, но мне не хочется его есть.

– Где он? – закричала Рина, вбегая в столовую.

– Если ты имеешь в виду таракана, то он утонул в овсянке, – объяснил сын.

– Ужас, – попятилась моя свекровь, – катастрофа!

– Тебя травмировала кончина насекомого? – прищурился Иван. – Но вы же с Надей хотели лишить прусака жизни. Или я ошибаюсь?

– Мы планировали его поймать, – закричала Бровкина, тоже появляясь в столовой, – и посадить в банку.

– Арестовать и отправить отбывать срок, – хмыкнул Иван Никифорович.

– Нет, – возразила Рина, – потом Таня возьмет склянку, отнесет на улицу и выпустит ужасную дрянь на волю.

Я заморгала, а Иван решил прояснить ситуацию:

– Почему роль спасателя таракана отведена Танюше?

Конец ознакомительного фрагмента.